Чтение онлайн

ХЛОЯ

Я была даже рада, что не иду сегодня к Джеку. Я не чувствовала себя особенно бодрой. На самом деле, я ощущала себя убийцей. Мне хотелось вытолкнуть Хартли из окна.

— Тебе нужно успокоиться, — сказала Нина. — К счастью, тебя не отправили домой. Теперь у нас осталось всего четверо участником. Не делай ничего безумного. И еще, ничего не говори Джеку. Он, похоже, из тех людей, которые легко впадают в ярость. Он достанет Хартли, а она станет изображать из себя жертву. Ты же не хочешь, чтобы он оказался в тюрьме.

Я заметила движение в дверях нашей спальни.

— Ты отвратительная ведьма! — я закричала на Хартли. Она ухмыльнулась, когда Дана выглянула из-за ее спины.

— Хлоя, можно тебя на минутку? — спросила Дана.

Я последовала за ней в коридор.

— Послушай, — сказала продюсер. — Тебе нужно остудить ваши отношения с Джеком.

— Ничего не происходит, — солгала я. — Мы просто друзья.

Дана выглядела расстроенной.

— Знаешь, у меня сейчас итак дел невпроворот. Уверена, ты читала статьи в таблоидах обо мне и моем брате.

Я кивнула. Поговорим о семейной драме.

— Это шоу почти закончилось, и я бы хотела, чтобы мы все вышли из него целыми и невредимыми.

Я начала протестовать, но она подняла руку с идеальным маникюром, чтобы остановить меня.

— Другие конкурсантки выражают недовольство из-за предполагаемого фаворитизма, — сообщила Дана.

— Другие участницы? — возмутилась я. — Нас осталось только четверо. Это была Хартли, не так ли?

Дана сердито посмотрела на меня.

— Наше шоу зависит от нескольких рекламодателей, и мы не можем допустить никакого скандала. Нам нужно, чтобы это шоу приносило прибыль. Людям нужно платить зарплаты. Ты же не хочешь быть причиной того, что люди не получают зарплату столь близко к Рождеству, не так ли?

Я покачала головой.

Она похлопала меня по руке.

— Просто продолжай концентрироваться на своем аккаунте в Инстаграм. Уже почти Рождество! Ты наша маленькая рождественская звезда. Поклонники «Грандиозной рождественской выпечки» любят тебя, потому что ты здравомыслящая. Более любопытные зрители могут притвориться, что вы с Джеком влюблены друг в друга, но мы не можем по-настоящему представить вас целующимися на экране. Легкий флирт — это хорошо, но не более того. Больше никаких томных взглядов.

Хартли ухмылялась мне, когда я вернулась в квартиру. Я не могла находиться с ней в одном помещение и не доверяла себе рядом с Джеком. Поэтому я спустилась в вестибюль.

Снаружи находился Санта Клаус. Он стоял на другой стороне широкой улицы, и я распахнула дверь, чтобы встретиться с ним лицом к лицу. Я так устала от этого.

— Оставьте меня в покое! — закричала я на него.

Санта, казалось, ничуть не смутился, увидев меня. На нем были солнцезащитные очки. Это был тот самый Санта из торгового центра? В темноте я не могла сказать наверняка. Могу поклясться, что он улыбнулся мне, прежде чем повернуться и неторопливо удалиться.

В вестибюль вошел Эдди.

— Разве ты не должен охранять это место? — огрызнулась я на него.

Эдди был одет в более чистый костюм Санты, и от него пахло так, словно он только что принял душ. Он достал фляжку — значит, он не полностью искупил свои грехи.

— Извините, мисс Хлоя. Поступило сообщение о двух бродягах, которые пытались проникнуть внутрь помещения через грузовой отсек. Пришлось разобраться с этим. Они сказали мне, что знают вас.

— Извини, что накричала на тебя, — сказала я ему. — Если снова увидишь этих двоих, то меня здесь нет, и они должны понять, что не могут заявляться во Фрост-Тауэр, выпрашивая деньги.

— Понял. Вот вам еще одна посылка, — он поставил коробку на прилавок.

Я уже начала уставать от этих нарядов, хотя Джеку они нравились. Я отнесла эту коробку наверх. Мне не хотелось возвращаться в квартиру. И я все еще злилась на Хартли и Дану за то, что они предположили, что я сплю с Джеком, — хотя так оно и было, так из-за чего же я злилась?

Я поднялась на лифте на верхний этаж и, не открывая, выбросила посылку в мусоропровод.

— Прости, сумасшедший фанат, — пробормотала я. — Сегодня вечером никаких фотографий в Инстаграм.

Я ввела код от пентхауса Джека. Он дал мне его, чтобы я могла оставлять ингредиенты для маффинов в его холодильнике. Я не хотела злоупотреблять этим и надеялась, что он не будет возражать против моего присутствия здесь. Я также надеялась, что Дана не узнает об этом.

Они же не выгонят меня из шоу, правда?

Я прокралась в спальню Джека. Было уже поздно, и я предположила, что Джек вернулся со своей деловой встречи. Но Майло спал на кровати один, так что, возможно, это не так. Нос пса дернулся — должно быть, он учуял меня, — затем он проснулся и завилял хвостом.

— А где Джек? — я прошептала псу.

Пентхаус занимал почти весь верхний этаж, хотя я его толком не исследовала. В основном я была на кухне и иногда в спальне Джека.

Когда я пробиралась по пентхаусу, Майло не отходил от меня ни на шаг, я услышала лязг и чью-то ругань.

«Он, должно быть, наверху», ? подумала я и направилась к свету, льющемуся из открытого дверного проема.

— Джек? — позвала я, мой голос звучал неуверенно.

— Хлоя, — он встал из-за верстака. Мы неловко стояли, глядя друг на друга.

— Как твоя рука? — спросил он.

— Все в порядке.

— Я взглянул на пистолет.

— Я правда не хочу об этом говорить. Пытаюсь поднять свое плохое настроение.

Он кивнул. Я теребила пушок на своем свитере. Джек подошел и обнял меня. От него пахло металлом и маслом.

— Работаешь допоздна?

— Просто испытываю новые роботизированные приспособления для хирургии.

— Ты не устал? Уже так поздно.

Я хотела, чтобы между нами снова все было просто. Предполагалось, что наши отношения с Джеком будут веселыми. Это было частью моего настоящего нью-йоркского опыта, пока я не потерплю неизбежную неудачу в осуществлении своей мечты и не буду вынуждена вернуться на Средний Запад, поджав хвост.

— Ты устала? — спросил он.

— Не совсем.

— Хочешь что-нибудь поесть?

— Пожалуй, я приготовлю яичницу.

Он посмотрел на меня с беспокойством. На его голову были надвинуты защитные очки. Они запутались в волосах, поэтому я сняла их и пригладила ему волосы. Он улыбнулся и наклонился, как будто собирался поцеловать меня, наши лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга.

— Можно я тебя поцелую?

— А ты хочешь?

— Да, но не хочу, чтобы ты откусила мне голову.