Чтение онлайн

– От крепкого тебя развезет, господин!
– сказал юнга и на всякий случай отошел подальше.

– Мать твоя - крыса!
– рявкнул Хихарра.

Нил захохотал.

– Эй, не смейся!
– сказал ему юнга.
– От твоего смеха осыплется краска с мачты, и ты станешь таким же черным, как я. Кто тогда поверит, что ты это ты, а не твоя набальзамированная тетка?

Нил захохотал еще пуще, а Хихарра нашарил под гамаком сандалию и запустил в юнгу. Не попал, конечно.

Мальчишка отправился за кухарем, а Нил, приподнявшись на локте, окинул взглядом северный берег Фуа.

– Это не та?
– спросил он, имея в виду высокую серую стену, видневшуюся между купами деревьев.

– Нет, - ответил кормчий, не повернув головы.
– Если ветер продержится, завтра до полудня мы придем. А уж дальше правь сам. Рад бы помочь - не по зубам.

– Ты нас приведи, - сказал Нил.
– А мы достанем.

– Давай, давай!
– буркнул Хихарра.
– Соххоггои - тебе в самый раз. Владение - еще почище Урнгура. Про Урнгур мы не знаем ни хрена. А про Владение знаем: ни хрена хорошего, кусай меня в задницу десять раз!

– Если бы ты не был так ядовит, из тебя вышел бы добрый кусок жаркого к столу соххоггоев!
– засмеялся Нил.

– Вот, вот!
– Хихарра хлопнул себя по плечу.
– И жира добавлять не потребуется. Только я слишком стар для них. Они любят молоденьких!

– Все любят молоденьких!
– сказал Нил и повалился на спину.
– А я люблю всех!

– Все любят молоденьких, никто не любит старого Хихарру, - пожаловался кормчий.
– Один ты сказал, что любишь, но я думаю - ты врешь!

– Точно!
– согласился Нил.
– Всех, кроме тебя! Потому что твой кухарь ленивей, чем хуридская шлюха. Где мое тайское?

– "Светоч" доставит нас сюда.
– Вагар провел пальцем по карте. Владение - здесь, чуть ниже излучины. Это удобно для нас. Выше судну все равно не подняться - слишком мелко. Отсюда же, если все кончится благополучно, мы сможем верхом достичь предгорий, обойти Урнгур с юга и идти на северо-восток.

– Не стоит углубляться в горы, - заметила Этайа.

– Идти напрямик, по земле Урнгура, конечно, быстрее, - согласился вагар.
– Но такой путь представляется мне сомнительным. И здесь трудно будет форсировать Черную.

– Нам не стоит углубляться в горы!
– повторила Этайа.

Биорк свернул карту и сунул ее в футляр.

– Если ты скажешь идти через Урнгур, мы пойдем через Урнгур, - отвечал он.

– Будущее скрыто от меня, - медленно проговорила светлорожденная.
– Не могу я знать даже того, кто из нас достигнет цели. Может быть, собственный мой путь кончается здесь, в Конге.

– Не хочешь ли ты сказать, что оставишь нас, светлейшая? обеспокоился вагар.
– Неужели ты пришла сюда только ради мальчишки?

– Мальчишки?
– повторила Этайа.
– Он - величайшее сокровище, Биорк. И его место в будущем определено.

– В том, которое туманно?
– не удержался вагар.

Этайа засмеялась. Смех ее был как музыка.

– Когда оно туманно, - сказала она, - это не значит, что его нет. Если юноша не займет в нем своего места, оно останется пустым. Тогда - худо.

– Мы вытащим его!
– заявил вагар уверенно.

– Пожалуй. Силы наблюдают за нами.

– Оставь!
– отмахнулся Биорк.
– Не будь ты той, кто ты есть, я решил бы, что ты пытаешься меня запугать. Слишком похожи твои речи на болтовню моей покойной жены, да утешится ее душа в Нижнем Мире. Она была пророчицей, как ты помнишь. И она была красивая. Красивым женщинам многое прощают, хотя, видят боги, ее предсказания сбывались куда реже, чем мои!

– Мои предсказания сбываются всегда, - уронила Этайа.
– Прости, меня утомил разговор. В нем нет света.

– Может, выйдешь на палубу?
– предложил вагар.
– Здесь душно.

– Нет, - отказалась светлорожденная.
– Слишком много глаз, а я устала. Не будешь ли ты так любезен позвать сюда Эрда? Я чувствую: ему нелегко сейчас.

– Ему всегда нелегко!
– проворчал вагар.
– Он как бык. Выставил рога и вперед. Пока не получит дубиной по лбу. А получит - удивляется.

– Биорк!
– укорила Этайа.
– Я не узнаю тебя!

– Позову, позову, - сказал вагар.
– Но вы с Нилом слишком нянчитесь с этим мальчишкой! Его достойный отец был куда тверже. Впрочем, ваше дело. И Биорк вышел из крохотной каюты.

Этайа легла на узкую подвесную койку и закрыла глаза. Пушистый следопыт выбрался из-под кровати, лизнул ее руку. Этайа погладила его по голове.

Ветер спал. Корабль еле двигался. Казалось, все силы парусов уходят на то, чтобы удержать его на месте.

– Отец!
– сказал Хихарре Флон.
– Не нанять ли упряжку? Того гляди назад поплывем.

– Пустое, - откликнулся разморенный Хихарра. Щеки его и прежде были красными, а от спиртного запламенели, как закатное солнце.
– Не будет ветра - бросим якорь. Слышь, Нил?
– обратился он к дремлющему великану.

– И-и-и!
– отозвался тот.

– Да, знавал я одного мага, кусай меня в... Ты чего, сынок?

– Надо, говорю, упряжку нанять!

– От настырный! Вели прибавить парусов!

– Все поставлены, отец.

– Ну, так. А кто у руля?

– Пипус.

– Добро. Ну так сядь и не маячь. Слышь, Нил, знавал я одного мага, кусай меня в задницу. Вез его с севера. На Красную мы шли. Так весь рейс ветер был - что хорошее вино. Ровный, крепкий. В самую меру. Всю дорогу. Ну, он, когда сходил на берег, обещал: назад пойдем - такой же будет. Представь - не соврал.
– И добавил подумав: - А плату я б с него и так не взял. Что ж, я сам себе враг? У мага деньги требовать!

– Угу, - сквозь сон пробормотал Нил.

– Он те так заплатит! Обратит, скажем, в жабу! Или еще в какую дрянь вот и вся плата! Так я к чему: вот бы нам такого мага, а? Что скажешь, Флон, сынок?

– Упряжку надо брать, отец. Не будет ветра.

Нил проснулся, поглядел на краешек белесого неба.

– Будет ветер!
– пообещал он.
– Погоди чуток, парень, хороший ветер будет.
– И вновь закрыл глаза, погружаясь в сон.

Флон сплюнул за борт (на море - дурная примета, здесь - добрая. Речную воду презирать - моряку заслуга) и пошел дать команду - бросить якорь.