Чтение онлайн

Ей нужно составить план для их следующей встречи. Она бросила сумочку на стул и начала искать карандаш.

Она услышала лай Триггера на заднем дворе и пошла по дому, предвкушая, как он будет ее встречать.

— Я иду, мальчик мой.

Стоп. Засов на задней двери не заперт.

Прижав руку к горлу, она развернулась на месте. На столе стояло пиво. Кто-то был в ее доме. Она схватила телефон и набрала 9–1…

— Джин, впусти собаку, пока она дверь не выбила, — раздался голос снаружи. Аттикус.

Она распахнула дверь и шлепнулась на попу из-за восторженного приветствия Триггера.

— Ой!

Приплясывающий мокрый лабрадор ткнулся ей головой в плечо, вертясь вокруг, пока она не погладила его с головы до ног.

— Миленький, ты очень плохая сторожевая собака.

Нисколько не раскаиваясь, он быстро лизнул ее в подбородок.

Как этому глупому животному удалось стать для нее таким важным? Она чмокнула его в пушистый нос.

— Дай мне встать, детка. Мне нужно дать по ушам твоему человеческому другу.

Она вышла на крыльцо и уперла руки в боки.

Ее сидящая в кустах мишень едва виднелась. Но он несомненно мог ее слышать.

— Аттикус Вэр, о чем ты только думаешь? У меня чуть инфаркт не случился, когда я увидела, что дверь открыта. Я думала, это воры.

Он выпрямился во весь рост.

У нее пересохло во рту.

Моросящий дождь хлестал по обнаженным плечам, которые могли бы принадлежать воину-викингу, по мускулистой груди, покрытой пятнами пота и грязи, и рельефному прессу, отлично иллюстрирующему термин «шесть кубиков».

О, господи. Сначала она раскраснелась от злости, теперь — от возбуждения.

Смеясь, он даже не заметил, как она на него смотрит.

— Джин, мой пикап припаркован на улице прямо перед домом.

Она его не видела.

— О, — жар, бушевавший в ней, выжег все возражения.

Поднявшись по ступенькам, он сдвинул назад ковбойскую шляпу. Солнце, пробиваясь из-за облаков, играло на пряжке его родео-ремня, и ее взгляд устремился вниз.

Да уж, джинсы с низкой посадкой — божий дар для женщин. Ее пальцам не терпелось пройтись вниз по узкой дорожке волос от пупка к паху — или свернуть к сексуальной косой складке прямо у бедра.

Она сглотнула.

— Что ты делаешь на моем заднем дворе? Под дождем?

— Строю тебе собачью будку, точнее, строю дом для твоей костлявой дворняги.

Она фыркнула. Он постоянно оскорблял Триггера и все же всегда подсовывал лабрадору лакомые кусочки. Гладил его и разговаривал с ним.

Триггер его обожал.

— Собачья будка это отлично. Спасибо, — господи, вы только на него посмотрите. Аттикус не брился на выходных, поэтому шея пониже бороды была покрыта щетиной. Он выглядел опасным. Хищным. Не в силах удержаться, она шагнула вперед и провела руками по сильным мышцам груди, по каштановым пушистым волосам, дотянулась до сосков. Его кожа была разгоряченной и скользкой от пота и дождя.

Он ухватил ее за запястья.

— Джин, я грязный и…

— Я знаю, — выдохнула она и стянула с себя свитер, затем расстегнула спереди лифчик.

Выражение его глаз мгновенно изменилось — да, он был стопроцентным мужчиной — и его ладони, испачканные грязью, сжали ее груди.

— Дааа, — мягко прошептала она. Она качнулась вперед, достаточно близко, чтобы расстегнуть его ремень и молнию на джинсах. За восьмифутовым забором заднего двора их никому не было видно.

Он взял ее за руки.

— Джин, — предупредил он.

Она знала, что правильная саба должна попросить разрешения, и все же хотела взять в рот больше всего на свете.

— Аттикус, — ответила она, поддразнивая.

Упав на колени, она высвободила его член, вдохнула его яркий мускусный мужской аромат. Он затвердел, и она вобрала его в рот, наслаждаясь тем, как по-детски нежная кожа натягивается на железный стержень: — Мммммм.

— Господи, — Вэр уперся рукой в стену за спиной Джин и облокотился на нее всем весом.

Она подняла голову и улыбнулась ему.

— Я не спросила разрешения, о, Дом. Вы должны будете потом меня наказать.

— Не думай, что я этого не сделаю, — пробормотал он, и она затрепетала. Потому что он сделает. Как Дом, он последовательно, честно и строго соблюдал правила. Ей это ужасно в нем нравилось.

Что ей не нравилось, так это то, что он никогда ни о чем ее не просил. Это было неправильно. Он всегда делал что-то для нее, и игра шла в одни ворота. Теперь, когда она знала, что ее желание заботиться о нем не было односторонним, что эта забота делала ее счастливой, она хотела дать ему больше.

Хотела, чтобы он требовал большего.

Крутя языком вокруг головки, она легко пососала и вобрала его целиком.

Он резко вздохнул.

Она дернула головой и опять легко пососала. Его яички в ее ладони были круглыми и тяжелыми, и она ласкала их, кружа языком по его члену. Так хорошо…

Она остановилась и откинулась назад.

— Ну, нам надо зайти внутрь, — улыбаясь про себя, она начала вставать.

— Даже не думай, — он положил руку ей на плечо и заставил снова встать на колени. Заставил ее поднять голову и внимательно посмотрел ей в лицо. — Ага, тебе нравится делать минет.

Он даже не представляет насколько. Она улыбнулась ему.

Он провел пальцем по ее влажным губам.

— А еще ты командуешь снизу, малышка. Манипулируешь мной, чтобы… — он прищурился, — я попросил у тебя большего.

Она сглотнула. Это так, она хотела, чтобы он не давил на нее, но он раскрыл ее замысел за минуту и предъявил ей это. Ох-ох.

— Мы об этом поговорим, но сначала я приму то, что ты так любезно предложила, — и он ухватил ее за голову.

Когда она открыла рот, он вставил в него член и одновременно осторожно, но безжалостно оттрахал ее. Он держал ее за волосы, и она была вся в его власти, и только он выбирал темп и глубину, двигая бедрами вперед-назад.

Ухватив руками его за бедра, она закрыла глаза и… сдалась. Он входил в нее — его член ударял по задней стенке горла, заставляя ее почти задыхаться, перекрывая дыхание, — но не перегибая палку, потому что это был Аттикус и он знал ее. Заботился о ней.

Она расслабилась, двигая головой в его темпе, зная, что может доверить ему контролировать ее и брать то, что хочется. Радуясь тому, что делает это для него.

Когда он кончил, она глотала и глотала, потом вылизала его, прежде чем он вынул из нее член.