Чтение онлайн

– И что ты устроила?

– Вошла в роль. Переборщила? – поморщилась я виновато.

– Да. Но… - вздохнул он задумчиво. – Наверное, так даже лучше. Мама приняла тебя за хабалку, так что копаться в твоей личности точно не станет.

– Хотите, я еще немного на нее поору? Может, она и в вашей личности копаться перестанет?

– Обо мне не думай. Твое дело – Тим. И его нужно покормить.

– Хорошо, поняла, - потеряла я интерес к мужчине и переместилась в кухню, ориентируясь на серый холодильник, который был виден из гостиной.

Усадив Тима в стул для кормления, взяла баночку пюре, которое, похоже, было домашнего приготовления, и, прихватив маленькую детскую ложку в виде самолетика, принялась кормить малыша.

– Я думала, что Тим – это Тимофей, а ты, оказывается, Тимур, - проговорила я, когда за нами в кухню зашел Мирон Александрович. – Тимур – как Тимати. Да, Тим? Где лучшие пюрешки? У бабули… - напела я, чем развеселила мальчишку и сделала еще более хмурым его отца, который следовал за нами недовольной тенью. – Езжайте на работу, Мирон Александрович. Дальше я справлюсь.

– Ладно, - взглянул он на наручные часы. – Часам к девяти вечера постараюсь вернуться. Если меня не будет к этому времени, то примерно полдевятого Тима нужно искупать, покормить и уложить спать. Всё необходимое ты найдешь в ванной комнате или в комнате Тима.

– Хорошо, поняла, - согласно кивнула я. – Ну, что, Тима, пойдем провожать папу Моню на работу?

– Так и знал, что ты в это вцепишься, - строго посмотрел на меня мужчина и предупреждающе ткнул в мою сторону указательным пальцем. – Моё домашнее имя остается только дома. В кафе или ещё где-либо его никто слышать и знать не должен.

– Конечно, Моня Александрович. Сама собой разумеется, Моня Александрович. Я нема как рыба, Моня Александрович.

– Уральцева! – рыкнул он на меня недовольно.

– Простите, - я даже не пыталась скрыть улыбки. – Если мне никому нельзя говорить это имя, то я должна выговориться хотя бы вам, Моня… Александрович.

– Уральцева, - качнул мужчина головой, но, кажется, я заметила на его губах легкую улыбку. – Ладно. Я поехал. Тим, - подойдя ближе к сыну, мужчина наклонился и чмокнул его в макушку. – Скоро вернусь, не скучай.

– Пока-пока, папа, - мягко помахала я маленькой ручкой, и Тим сразу включился в эту игру и начал трясти ручкой сам.

Входная дверь хлопнула. Я повернулась в Тиму и отправила в его ротик очередную порцию пюре.

– Ну, что, дружище, я никому не скажу, что твой папа - Моня, а ты не скажешь ему, что он теперь не Дядя-демон, а просто Демоня. Да? Про дядю-демона ему тоже лучше не знать, - заразительная улыбка малыша заставила и меня улыбнуться шире. – Вот и договорились. Ам?

Глава 14. Мирон

Чертовы идиоты! Инфантилы с завышенным самомнением! Тупицы с идиотскими оправданиями своей никчемности!

Купив готовый бизнес, я планировал получать пассивный стабильный доход, продолжая заниматься знакомым мне и известным гостиничным бизнесом. Но в итоге получил кота в мешке. Тупого, ленивого, плешивого и требующего дополнительных в него вливаний, чтобы избавить его от блох (недобросовестных и бесполезных сотрудников) и глистов (изменить внутренний дизайн, чтобы заведение не было похоже на привокзальную тошниловку).

Но стабильный доход стал всё больше походить на здоровенную занозу в моей заднице, из-за которой не было возможно спокойно сидеть или спать.

Припарковал машину на стоянке близ дома. Устало откинулся затылком на подголовник и прикрыл глаза, протяжно выдохнув. Башка болела, виски давило так, что казалось вот-вот треснет череп.

Мне просто нужен сон. Продолжительный настолько, насколько позволит Тимка. Осталось только надеяться на то, что сегодня у него не решит прорезаться еще один зубик. Второго такого «пришествия» я точно не вынесу.

Вернее – третьего.

Второе «пришествие» в моей жизни – это Уральцева. С момента ее «фееричного» появления в моей жизни рядом с ней я так и не познал расслабления. Кому, вообще, может быть известно, что она выкинет в следующую секунду? Ее шутки и чрезмерная болтливость в кафе раздражают меня, но в то же время благоприятно действуют на посетителей. В ее смены всегда самая большая выручка, часть которой очень хочется потратить на скотч, которым к концу дня просто необходимо залепить ей рот. За многие выходки и вольности, которые она себе позволяет, любого другого сотрудника я бы уже давно уволил без разбирательств, но, к счастью для себя, Уральцева наделена завидным трудолюбием, упорством и способностью собраться в критических ситуациях. И, стыдно признаться самому себе, но в том, что она не пытается пресмыкаться рядом со мной есть приятный адреналин.

Я звонил ей около часа назад, чтобы убедиться в том, что все в порядке. Нанять ее няней своему сыну было большим риском и остается им до сих пор, но вместе с тем во мне таится некоторая уверенность в ее ответственности. Если не из-за любви к моему сыну, то, по крайней мере, из-за любви к учебе, за которую ей нужно платить, месяц она должна отработать образцово.

На лифте поднялся на свой этаж. У двери квартиры прислушался к звукам внутри. Были слышны какие-то радостные возгласы.

Плача нет – отлично.

Тихо открыл дверь и вошел в квартиру. Стянул туфли, оставил пиджак на вешалке и, закатывая рукава рубашки, прошел в гостиную.

Видно никого не было, но зато было полно улюлюканий и нежного женского бормотания.

– …Молодой человек, я не такая, - тихо, но очень ласково приговаривала Уральцева. – Прежде, чем меня целовать, нужно подарить мне букетик и хотя бы одну конфетку… да-да… А хотя ладно. Целуйте… Вам, молодой человек, можно всё…

Тихий голос моего сына прерывался на короткие мгновения, затем снова заговорила Уральцева:

– Муа! Вкусный-вкусный мальчишка! И-и… опа! – села она с Тимкой на руках, отчего головы их показались над креслом, из-за которого я их не видел. – Ой, здравствуйте! – вздрогнула Уральцева, а зеленые глаза ее расширились, что стало свидетельством того, что моего прихода она не слышала и эта сцена не была наиграна. – А мы не слышали, когда вы пришли. Давно вы здесь?

– Меньше минуты, - ответил я сдержано и потянул руки к сыну, которого мне тут же передала Уральцева. – Привет, сынок. Как вечер прошел? Лучше, чем у папки?