Чтение онлайн

Часа через три все они вернулись довольными, и радостно по очереди докладывали Велецкому о том, что Нойманн опознан садящимся в такси в поздний час ночи. И что через четверть часа они непременно разыщут и мотоизвозчика, и то место, в которое оный шофёр американца катал.

И всё бы ничего, но сначала Шульгин с Тарасом рассказали, что Нойман сел в такси на берегу Мойки ближе к Фонарному, потом удивлённый Лесников – что у Дворцового моста, Угличев – что на Невском, а капитан Плещеев с Женей Тишкевичем и вовсе обнаружили признаки садившегося в такси американца в Конногвардейском. Собственно, Юрию Степановичу повезло больше всего, зане в его случае американец был опознан аккурат тем мотоизвозчиком, который и забрал его у соседнего отеля запрошлой ночью.

Вот говорят, что «град-де никогда не спит», а только в России это относится скорее к Москве или к Екатеринодару, а никак не к столице. Петроград, утомившись от дневных забот, почивает ещё как, а потому ночные вызовы такси в нём не столь уж и часты. С гильдией мотоизвозчиков связаться не составило труда – те Охранке помочь завсегда готовы (ссориться-то себе дороже выйдет) – и вот уже через четверть часа и в самом деле опрошены все таксопарки, работающие на Адмиралтейском острове, и к меблированным комнатам пред грозные очи подполковника поспешают четыре шофёра, каждый из которых возил злосчастной ночью Нойманна… То есть поспешали, конечно, мотоизвозчики за рулём таксомоторов второго класса, а эстонец на Руссо-Балте двигался как всегда неспешно – вот только к Велецкому все подоспели в одно время.

Пока ждали шофёров, швейцар неожиданно принёс записку, доставленную только что прямо в парадную «на имя Его высокоблагородия подполковника Велецкого». Адресат был удивлён, однако, мельком взглянув на серый конверт, тут же распечатал и прочитал послание.

Удивлённый Плещеев засмотрелся на неожиданное в такой момент письмо и к своему стыду не успел отвести взгляда, когда начальник раскрыл записку. Краем глаза он успел прочитать единственную строчку:

«Если жизнь ваших детей дорога вам, прекратите поиски янки!»

На несколько мгновений Велецкий, изменившись лицом, сделался непохожим сам на себя. Но после чистая ненависть мало-помалу словно бы сменилась азартом, и он, сунув смятый лист в карман кителя, почти задорно приказал запускать прибывших таксистов.

Никто из них не запирался и все признались как на духу, что возили Нойманна ночью куда-то на окраину Петрограда. Приметы все описали точно вплоть до одежды – у всех четверых выходил как есть Нойманн. И в машины к ним он садился почти в ту же самую минуту, что и к шофёру, найденному Плещеевым. Вот только моторы второго класса отвезли Нойманна кто в портовую часть, кто аж в Петродворец, на Руссо-Балте он в то же самое время следовал куда-то за Лавру, а шофёр Плещеева и вовсе вёз в ту ночь пассажира в сторону финской границы, едва успев до развода мостов.

– Подменные, – констатировал подполковник то, до чего его помощники вроде бы уже и догадались, а после отправил команду в каждый из отысканных таксомоторов. Всё же трое из четверых лже-Нойманнов составляют вероятность, которую стоит проверить!

Плещееву с Тишкевичем достался Руссо-Балт, и они покатились прямо по Невскому на юго-восток. Лаврские купола промелькнули за окном, и через пару минут эстонец мягко притормозил у какого-то сквера.

– Вот здесь тот, кого вы называете господином Нойманном, и изволил выйти!

– Прямо в сквер?

– Прямо в сквер.

– А дальше?

– А дальше я получил вызов на Невскую заставу, – шофёр словно бы в подтверждение своих слов даже указал на рацию, по которой, должно быть, и пришёл вызов. – Очень удобно.

– А Нойманн?

– А Нойманн, насколько я помню, сел в сквере на ближайшую скамейку и принялся читать газету.

– В темноте?

– Фонари работали исправно.

– Читать газету на скамейке в сквере в первом часу ночи?! Вам это не показалось странным?

– У нас свободная страна, Ваше благородие, – пожал плечами эстонец и посмотрел на капитана так, словно бы вместо «благородия» сперва хотел назидательно назвать его «молодым человеком», но потом воспитание взяло верх.

Плещеев в отчаянном порыве выскочил было в сквер – но там за день было нахожено столь основательно, что следы американца нечего было и искать! Оглядевшись по сторонам, городового он едва различил на соседнем перекрёстке – а значит, и городовой едва ли мог приметить случайного прохожего, сидевшего здесь ночью в полной тишине…

Корнелиус Нойманн, по всему, знал, как исчезать так, чтобы никто не нашёл.

Вернувшись в Руссо-Балт, капитан Плещеев велел шофёру ехать на Гороховую. Нужно было вновь собраться всей командой и обсудить результаты. А главное – обсудить что, собственно, делать дальше, если и у остальных так же пусто…

А у остальных именно так и случилось. Картинка была похожа до зубовного скрежета: все четверо «Нойманнов» приехали к адресу назначения, вышли из машин, сели либо встали недалеко от места высадки, да и дожидались, пока водители уедут, не двигаясь с места. А после, выходит, могли направиться совершенно куда пожелают. Плохой результат, чтобы представить его начальнику… Да вот начальника-то на собрании группы и не оказалось.

Кто-то вспомнил, что подполковник Велецкий удалился с прошлой их встречи с той самой запиской в руках и со словами, что ему «нужно проверить версию». Похоже, что эта проверка была до сих пор в процессе.

Не желая терять ни минуты (да и доводить до того, что придётся вновь сообщить начальнику о безрезультатных поисках), Юрий Степанович взял командование в свои руки.

– Итак, ещё раз, что у нас? – он стоял во главе стола, опёршись на него по своему обыкновению. – Иван?

– Наш «Нойманн» доехал до Выборга. Где-то на окраине сел на автобусной остановке и дождался, пока мотоизвозчик уедет. Что дальше – неизвестно.

– Денис?

– Портовая часть. Сплошные доки, склады и прочее. Та же схема: сел на скамейку возле касс парома и так и сидел, пока шофёр не уехал. Там много людей садятся, поэтому уже через минуту шофёр ехал обратно.

– Захар?

– Всё то же самое. Петродворец, собор, скамейка, всё.

Капитан Плещеев задумался, усилием воли не давая панике взять над собой верх. Слишком много неизвестных. И у «Нойманнов» была слишком большая фора. Если только…

«Не можешь найти кого-то – не ищи его! – учил когда-то Юру Велецкий. – Постарайся лучше найти того, кто умеет искать лучше тебя».

– Так, коллеги, – сказал капитан, подавшись вперёд. – У нас есть не только пропавший Нойманн. У нас также, возможно, есть и соперник по его поиску.

– «Заокеанский…»! – первым просиял, догадавшись, подпоручик Тишкевич.

– …синдикат, – закончил за него капитан. – Так точно. Он. Я уверен, что если люди этого синдиката его искали, то начали раньше нас. А значит есть шансы, что Нойманн у них. Найдём их – найдём и Нойманна.

– А это идея! – подумав, согласился Лесников.

– И как же мы их отыщем? – недоверчиво покачал головой Шульгин.