Чтение онлайн

Убедившись в недвижимости врага, посетитель в сером коротко осмотрелся, увидел две стоявшие рядом машины и, пригнувшись, по очереди обежал каждую из них по кругу. Закончив, он заприметил инженерную будку недалеко от главного здания и бесшумно скрылся в ней.

А ещё через полминуты представление для Егорки и Спири закончилось: на всей территории мануфактуры вдруг погас свет, потом скрипнула входная дверь склада, а после стало совсем темно и тихо.

Сознание возвращалось к Славе по дороге не раз. Но его похитители каждый раз прикладывали к его лицу какую-то пахучую тряпку – и Слава моментально проваливался обратно в забытье. Он только успевал услышать какие-то голоса и шум дороги. Похоже, его куда-то везли.

Когда сознание вернулось окончательно, Слава был этому не рад: голова раскалывалась от боли, затёкшие, стянутые каким-то шнуром конечности плохо слушались. Да ещё и на голове обнаружился мешок, а во рту – туго затянутая вокруг головы тряпка. Мешок этот был пылен и несвеж, однако неплохо пропускал звуки и даже какой-то сильно приглушённый свет.

Слава ощупал шнур на руках и ногах – толстый и мягкий. Путы были тугими, но завязанными, похоже, наспех. Такие узлы дядька Митяй из докерских десятских развязывал на спор раньше, чем догорала спичка… Но Славе интуиция нашёптывала и даже вопила о том, что именно сейчас стоит лежать недвижно и самому прикинуться мешком.

На первую пору он решил попробовать разобраться, где оказался. И одних только звуков ему было пока предостаточно. Во-первых, он слышал мерный гул вентиляции, вроде как в том старом цеху, где ему по молодости пришлось с год работать. Во-вторых, словно бы недалеко за стенкой, слышалась перебранка каких-то мужчин. Ну или не перебранка, а беседа, только вот очень странная…

– Он точно телегу на нас катать хотел! Да если б не я, то следак бы уже шило в стенку и на боковую! – визгливо оправдывался кто-то сильно испуганный, в ком Слава после некоторого сомнения узнал Пашу.

– А если проверим? – прервал его стенания голос с изрядным акцентом.

– Мне землю из горшка с цветами есть? Ихние ксивы это были! Ихние!

– Друзья мои, довольно праздной болтовни, – произнёс кто-то третий негромко, но так, что склока как-то сразу прекратилась. – Я услышал достаточно.

– Но ведь деньги…

– Уймитесь, друг мой! Уж не воображаете ли Вы, что беседуете сейчас с наркобароном? Полно! То, что мы оказали вам честь покровительством, вовсе не означает, что мы одобряем ваш мерзкий бизнес. И из вашего отчёта не уяснил я одного: чего ради вы доставили несчастного сюда? И, главное, чего ради сюда пришлось приезжать мне?

– За остальными хацами следят. А здесь можно…

Как оказалось, здесь тоже было нельзя. Не дав консилиуму договорить (и, судя по всему, решить судьбу незадачливого Славы), погас свет. За стенкой сразу же началась какая-то кутерьма, которую было слышно плохо, потому как вытяжки всё ещё гудели. А через минуту вдруг раздались выстрелы.

Тут-то Слава на свой страх и риск, одним лишь жгучим желанием бегства развязал путы и стянул с себя ненавистный мешок. Пригодились-таки ему докерские уроки! А после этого, едва перебирая ногами, стал на полусогнутых ощупью пробираться через темноту…

Спасший его Алекс оказался прав, и погони за ними не обнаружилось. Однако по настоянию всё того же Алекса начало новой недели Слава встретил в какой-то недорогой квартире, сыскавшейся на таких задворках Петрограда, что даже Славе они были в диковинку. На двадцатом этаже, в неполную сотню аршин, состоящая лишь из спальни, прихожей и столовой, она сдавалась в наём без лишних проволочек, но зато и меблирована была… Впрочем, Слава за все тридцать восемь лет в другой меблировке и не живал, так что на новые условия не жаловался вовсе.

Посуда была несвежей, но Слава, привычный к такой работе, споро её перемыл. Ванная с уборной функционировали исправно, чем после мануфактурного плена с радостью воспользовался. Оставалось лишь наполнить холодильный шкаф продуктами, для чего достаточно было вызвать рассыльного… Но Алекс делать это настрого запретил и сам сходил в ближайшую бакалею.

Вопросы с Надей новоиспечённый майор тоже взялся уладить самолично, для чего телефонировал ей в Славином присутствии с имевшегося в квартире аппарата. Впрочем, говорил Алексей Климентович при этом не много, а всё больше слушал, силясь лишь изредка вставить какие-то оправдания. Через добрую четверть часа изрядно побагровевший за время диалога майор закончил разговор и коротко сообщил другу о том, что супруга-де дала согласие на пару дней отлучки.

Сказавшись на работе больным, Слава поутру закусывал поздним завтраком из той снеди, что принёс с собой Алекс. Сам Алекс сидел за тем же столом и жевал сыр с оливками без особого аппетита – чему, быть может, до известной степени способствовало неудержимое стремление Славы поделиться всеми подробностями своего пленения, и рассказать о том прямо с набитым ртом.

– По-русски… Истинная правда, по-русски! И говорил, прямо как баре. Даже не баре… Не знаю, как это и передать-то. Так вот даже ты не говоришь.

– И что же он говорил?

– Говорил, что его-де зазря на этот склад вызвали. Да и меня зря притащили.

– Это так баре говорили?

– Нет, барин говорил по-манерному. А портовым образом перед ним отчитывался Пашка-прохвост. В конторе-то он так не собачится, сдерживает себя… То есть я его самого не видел, если честно, но готов поклясться, что это он!

– Верю.

– То есть ты видел его?

– Не видел, но раз ты говоришь… Да и в любом случае, ту мануфактуру уже вдоль и поперёк прочёсывают мои коллеги. Так что если Павел твой и впрямь там был, то узнают это скоро.

– А скоро ли мне отсюда выйти можно будет? А то моя Надежда…

– Твоя Надежда, друг мой, это сейчас не самое большое твоё беспокойство. А моя надежда в том, что через пару дней всё закончится и тебе уже можно будет возвращаться домой и на службу… Но только после того, как я сам тебе скажу, что опасность миновала.

– Но ведь…

– Не раньше ни в коем случае! Ты и так держался молодцом, это я по чести тебе говорю, и помог изрядно. А теперь побереги себя.

С этими словами майор Велецкий откланялся, обещав держать связь. И запретив связываться с кем бы то ни было, кроме него самого.

Тем богатым на события морозным утром Слава с Алексом не были единственными, кто покинул старую мануфактуру.

Всего через пару минут после того, как погас свет, два силуэта тихо отделились от здания и торопливо проследовали к чёрному Руссо-Балту. Один из них воссел на пассажирское место, второй – юркнул в кресло водителя. Как только он завёл мотор, тотчас пискнул датчик, возвещая о низком давлении в шинах. Водитель чертыхнулся, извинился перед хозяином, а после каким-то чудом тронулся-таки с места. Вероятно, непростое авто было подготовлено и на такой случай. Вскоре чёрного Руссо-Балта простыл след.