Чтение онлайн

– Напишите, как устроитесь, - улыбнулась я, укладываясь обратно. – И, Вьен, возьмите рецепт. Пусть он будет у вас.

– Обязательно напишем, - кивнула Вивьен и поднялась с моей кровати. – Я надеюсь, мы придумаем, как побыстрее найти цветы. Не хотелось бы тебя тут одну оставлять надолго…

– Все будет хорошо, - ободряюще улыбнулась я и махнула девушкам на прощание.

И я действительно верила, что все будет хорошо, только вот… только вот вечером мне стало значительно хуже. Было ли тому причиной, что организм просто устал бороться с болезнью или с графом что-то случилось и я-таки получила отголосок его боли, но внезапно нахлынувшая слабость быстро сменилась нестерпимым жаром и жаждой. Мне настолько хотелось пить, что даже мысль прокусить собственную руку, чтобы добраться до крови, не казалась странной. Я готова была даже на это, лишь бы дышать стало легче, ведь каждый вздох как ножом резал пересохшее горло.

Кое-как дотянувшись до кувшина, я жадно принялась пить прямо из горла, но это не только не принесло облегчения, но еще и больше разожгло жажду, словно я глотала вовсе не воду. За сим занятием меня и застала госпожа Лирэ, по обыкновению заглянувшая ко мне перед сном. Впрочем, задержалась она ненадолго: негромко охнув, женщина тут же скрылась за дверью. Чтобы вернуться через несколько минут в сопровождении герцогини де Соро.

– Как ты себя чувствуешь? – окинув меня внимательным взглядом, поинтересовалась леди Анитта. Выглядела она слегка растрепанной и сонной, будто только-только проснулась, однако это вовсе не помешало ей самым внимательнейшим образом изучить мою измученную персону. И от ее взора, похоже, не укрылись ни пустой кувшин, который я держала до сих пор в руках, ни разлитая мною в спешке вода, ни безотчетное облизывание пересохших губ.

– Жарко. Пить хочу, - честно призналась я.

– Воду пила? – махнув рукой управляющей, мол, сама справится, женщина решительно пересекла комнату и, отдернув тяжелые занавеси в сторону, распахнула окно. В комнату тут же ворвался, кинув на пол горсть снежных хлопьев, холодный вьюжный ветер. Еще днем по полям стала стелиться поземка, а к вечера налетела такая буря, что в снежном вихре дальше своего носа и видно-то ничего не было. Я, конечно, своими глазами не видела – госпожа Лирэ запретила вообще портьеры в моей комнате раздвигать, но стоны и подвывания ветра весьма красноречиво дополнили рассказ принесшей мне под вечер ужин Милы. Потому, должно быть, девчонок и не хватились – решили, что те остались кто в городе, а кто в деревне: по такой погоде больно уж страшно домой возвращаться.

Непроизвольно натянув одеяло повыше, я кивнула. Впрочем, похоже, леди Анитту мой ответ вовсе не интересовал – он скорее был отражением каких-то ее мыслей.

– Я приготовлю тебе напиток, - как-то странно, словно сомневаясь, стоит ли, произнесла герцогиня и забрала у меня кувшин. – И добавлю в него снотворное, чтобы ты смогла уснуть, - уже более твердо проговорила она, достав откуда-то несколько мешочков с травами и пару пузырьков. – Ничего страшного в нем нет, - темная, густая синяя жидкость тягуче полилась на дно кувшина, куда минутой раньше отправились мелко поломанные сухие травы. – Однако, - женщина тщательно перемешала зелье и, осторожно откупорив последний пузырек и капнув последнее составляющее, налила часть в кружку мне, - пить ты его будешь только тогда, когда совсем станет невмоготу, и не раньше. Поняла? А теперь пей, - властно закончила она.

Я осторожно кивнула, хотя уж больно расплывчато выразилась леди, и глотнула оказавшуюся жутко горькой смесь. Что значит «невмоготу»? Кому-то и легкий укол перенести невмоготу, а кого-то и страшные пытки не ломают. И почему только тогда? Что вообще происходит?!

А спать-то как хочется…

– Когда ты станешь видеть не подруг, - уже почти сквозь сон услышала я, как горько усмехнулась опустившаяся рядом со мной на кровать леди, - а всего лишь сосуды с жидкостью, тогда и поймешь, что я имела ввиду…

30.06 На закуску перед отпуском)

Не знаю уж, что намешала там герцогиня в своем зелье, но выспалась я отменно. И даже кошмары, впервые с моего возвращения в замок, не решились потревожить мой сон.

Более того, несмотря на то, что жар не спал до конца, но жажда, сводившая меня с ума еще вчера, пропала. Мне больше не хотелось разорвать собственную руку, чтобы добраться до крови, и это, надо сказать, весьма и весьма радовало. Еще больше радовало, что вернулась ясность мышления, потому как размышлять о чем-то здраво, когда в воспаленном мозгу бьется всего одна мысль: "Пить!" - невозможно.

Однако на этом, похоже, поводы для радости заканчивались. Потому как последние сказанные вчера леди Аннитой слова окончательно разрушили мои надежды, что я всего лишь простудилась от беготни по зимней дороге без теплой одежды. И хотя я и до этого сомневалась, то укус пройдет для меня бесследно, однако все же в глубине души надеялась, что все обойдется. Но, видимо, несмотря на все мои молитвы, Бедна решила по-другому. А ведь одна только мысль, что я могу стать вампиром, меня приводила в такой ужас, что я всеми силами старалась все это время убедить себя в обратном. И не только потому, что я могу обратиться низшим вампиром - потерявшим всякую человечность существом, для которого единственной целью его посмертного существования является утоление своей столь же вечной, как и он, жажды. Ведь те вампиры, что живут среди нас – лишь малая часть их расы. Есть и другие - гонимые вечной жаждой и лишившиеся остатков разума хищники, обуздать которых способны лишь высшие. Оно и понятно, высшие вампиры сами же их и плодят из нас, людей. Удобно же: укусил человека и – раз – у тебя есть неспособный тебя предать и подчиняющийся только твоей воле слуга. А если учесть, что и силой обладают они поистине немереной, то… Столько после этого «то» можно придумать, что удивительно, что люди вообще еще существуют.

Правда бывает и по-другому. Бывает, что после укуса человек обращается в высшего. Почему так происходит и какие звезды для этого должны светить, а мысли в голове у вампира бродить – я не знаю. Никогда не подумала, что мне потребуются такие знания. Никогда бы не подумала, что я стану вампиром… И буду пить чужую кровь. И убивать людей.

От одной только мысли о том, что ради своего существования мне придется отнимать чужую жизнь меня передернуло. И как-то сами собой закрались мысли о самоубийстве. Ведь лучше так же? Только надо приворот с себя снять, чтобы девчонок не утянуть, да узнать, что с лордом все в порядке, а там, если овампиривание пойдет полной силой, башни тут высокие, реки глубокие, да и яд, наверняка, найдется. Или…

– Можешь не пытаться делать вид, что спишь, - прозвучал голос герцогини, прервав мои размышления. – Я и так вижу, что ты проснулась. Как ты себя чувствуешь?

Я от неожиданности – я-то думала, что одна в комнате, - распахнула глаза и удивленно взглянула на расположившуюся в кресле у моей кровати леди Анниту. Она что, всю ночь тут сидела?

– Лучше, спасибо, - приподнявшись, чтобы поправить подушки, ответила я.

– Что ж, хорошо, - кивнула женщина в ответ и поднялась из кресла явно с намерением покинуть мои покои.

– Леди Аннита, - вскинулась я. – А… что с графом? Вы не знаете, где он?

– С графом? – удивленно взглянула на меня герцогиня, которую мой оклик остановил уже в дверях. – Зачем тебе?

– Я… я просто беспокоюсь, - смутившись произнесла. И добавила совсем тихонько: - Мне сны дурные снятся.

– Сны, говоришь, - как-то странно скривившись, повторила леди и, вернувшись к моей кровати, опустилась на ее край. – Я надеюсь, - остро взглянула на меня женщина, словно пытаясь прочесть ответ на моем лице, - ты не влюбилась в лорда?

– Нет, но… - стушевалась я под взглядом герцогини.

– Никаких «но», - категорично заявила вампирша. – Даже не думай об этом. Тебе никогда не добиться взаимности. А если ты думаешь, что хоть что-то значишь для лорда, то вынуждена тебя разочаровать – вампиры никогда, слышишь, никогда не влюбляются в людей. Все признания, все обещания – всего лишь сладкая ложь, не более того. Ведь, подумай сама, что у нас может быть общего с человечками, чья жизнь так коротка? В молодости, пока вы красивы, вы глупы, ну а когда мудреете, то век ваш уже подходит к концу. Поэтому вы для нас – еда, не более того, - зло хмыкнула женщина. – Но тебе, наверное, кажется, что это не так, что ведь граф, пока вы путешествовали, был, скорее всего, весьма обходителен и галантен с тобой. Водил на прогулки, дарил подарки, и вы заключили, должно быть, какую-то сделку, иначе бы фамильное кольцо дома де Гарэ не красовалось бы у тебя на пальце. А после нападения не только сумел сдержаться и не убил тебя, не выпил до конца, но принес сюда. Ведь, согласись, думала? – вопросительно вскинула бровь женщина и, дождавшись моего почти незаметно кивка, с легкой усмешкой продолжила: - Так вот, милая моя, лордом де Гарэ двигало вовсе не мифическое чувство влюбленности или, возможно, симпатии, как ты, юная моя особа, должно быть себе уже надумала. Ты была всего лишь удобной игрушкой, которой можно было спокойно вертеть так, как захочется. Тебя просто использовали, как зачастую и делают вампиры. Уж не знаю как и с какой целью, но, поверь, раз лорд так поступил, значит, это было выгодно для него. Ну а что же касается укуса… Неужели ты не догадалась, что твоя смерть просто не выгодна? Умрешь ты, умрет и граф. Даже замутненный жаждой разум в состоянии это понять, так что в том, что ты выжила, нет абсолютно ничего романтического. Граф всего лишь спасал собственную жизнь. Не будь вы связаны, он, не раздумывая, убил бы тебя. И уж точно он никогда не любил, и не полюбит тебя.