Влюбленный Качок
Шрифт:
— Хотела? Почему не сказала об этом?
Я вроде как сказала, просто он не обратил внимания на мои мольбы. Я пожимаю плечами, хотя нахожусь в позе для сна.
— Потому что ты был настроен остаться дома. Не мое дело давить на тебя, заставляя делать то, чего ты явно не хочешь. Кроме того, не все любят вечеринки, и я решила, что ты из таких людей. Ты был несчастен в тот вечер, когда мы познакомились три года назад.
— Это верная оценка.
Верная оценка.
Я хихикаю над его формальностью, прикусывая нижнюю губу.
Он такой очаровательно умный.
Наши руки переплелись, и я не знаю, как так получилось, но его пальцы сцепились с моими, и это заставляет мое сердце бешено биться в груди.
Такое ощущение, что мы находимся слишком далеко друг от друга, как на острове, и я не осмеливаюсь подойти ближе. Не хочу теснить его, ставить в неудобное положение или каким-то образом навязываться ему.
Я уже делала это, и посмотрите, к чему это привело.
— Мне нужно выключить свет, чтобы мы могли поспать, — наконец бормочет он, поворачиваясь к двери. Вытягивает длинную руку и щелкает выключателем, погружая комнату в темноту.
К моему удивлению, затем парень перекладывает мою руку и сжимает ее так, как делал это раньше.
Я вздрагиваю.
— Тебе холодно?
Вроде как да, но не совсем. Но я не собираюсь говорить ему об этом. Вместо этого отвечаю:
— Да, немного. Наверное, стоило надеть штаны и не вылезать из-под одеяла.
На самом деле, мне бы хотелось прижаться к нему.
— Если хочешь двигайся поближе, чтобы согреться. Тепло тела — это защита природы.
Я не нуждаюсь в дополнительном приглашении.
— С наукой не поспоришь. — Я смеюсь, придвигаясь к нему на кровати, прижимаясь спиной к его груди.
Не виляй задницей у его причиндалов, не виляй задницей...
Легче сказать, чем сделать; я прирожденная кокетка. К тому же Роман мне нравится, как человек и как друг. Он красив и очарователен, а кто может устоять перед таким сочетанием?
— Я не знаю, куда деть руки, — через некоторое время говорит он, тихонько смеясь мне в ухо, отчего по моему телу бегут мурашки.
— Можешь обнять меня, я не кусаюсь. — Прошла целая вечность с тех пор, как меня так обнимали.
Роман неуверенно перемещает руки с того места, где он их прятал, на мою руку, большая ладонь ложится на мой бицепс.
Это приятно.
Очень.
Не пытаясь быть слишком очевидной, я двигаюсь назад, прижимаясь задом к его тазу. Наша разница в росте, когда мы стоим, создает идеальное партнерство, когда находимся в горизонтальном положении.
Мы идеально подходим друг другу.
Роман, должно быть, принимал душ, прежде чем прийти ко мне на помощь сегодня вечером, потому что от него божественно пахнет.
Чем-то свежим.
Мужественным.
Я уже чувствовала его запах после душа и добавила его в список своих любимых вещей. «Вещи, которые я могу нюхать вечно» или «Запахи, которые меня заводят».
1. Роман
2. Тыквенная приправа
3. «Олд Спайс»? Ха!
4. Роман
5. Дождь
6. Свежескошенная трава
7. Пряники
8. Печенье
9. Младенцы и детская присыпка
10. Роман
Список можно продолжать и продолжать, так что я закончу его на десяти, но в основном Роман возглавляет его.
Я в шаге от того, чтобы облизнуть губы, хотя эти объятия совсем не сексуальны.
Вздыхаю.
— Становится теплее?
Конечно! Но я ни за что не признаюсь в этом. Он может вернуться на свою сторону кровати, и что тогда? Вернемся к сугубо платоническим отношениям? Конечно, мы так договорились, но скажите это моему телу. Оно не согласно с этим соглашением.
— Твои объятия очень помогают.
Мы лежим так некоторое время, и мое сердце бешено колотится от нервов; мне интересно, о чем он думает, пока мы здесь обнимаемся, как два человека, состоящие в отношениях. Я, конечно, никогда раньше не обнималась с другом-мужчиной... может, я делаю это неправильно? Потому что это абсолютно правильное ощущение.
Роман, в свою очередь, не шевелится — лежит абсолютно неподвижно, как труп в доме с привидениями.
Идеальный джентльмен.
Интересно, что нужно сделать, чтобы нарушить эту вежливую манеру поведения?
Я знакома с его семьей и видела его родителей; теперь я знаю, что его воспитание было связано с правилами, этикетом и манерами. Парень знает то, чему не мешало бы научиться Кайлу и другим парням, с которыми я встречалась и которые не отличали бы обычную вежливость от дырки в своей заднице.
Потянувшись вверх, я беру его руку и перемещаю ее со своей руки... на тонкую талию.
Клянусь, он перестает дышать; я тоже задерживаю дыхание, когда его пальцы обхватывают мое тело, вжимаясь в мою обнаженную плоть. Когда потянулась вверх, моя рубашка задралась, обнажив живот.
Я не делаю никаких движений, чтобы вернуть ее на место.
Роман прочищает горло.
Я прижимаюсь к нему ближе, двигаясь так, что его рука скользит по моему телу.
Даю ему сигнал к действию.
Давай же, Ром.
Большие руки, большое сердце.
И член тоже большой, потому что я чувствую, как он твердеет у моей задницы; намеренно или ненамеренно, но у Романа встает. Он не говорит об этом и не двигается ни на дюйм, так что я предполагаю, что он смущен или не знает, что с этим делать.
Это захватывающее развитие событий, которым я хочу воспользоваться.
Может, мы и состоим в фальшивых отношениях ради его семьи и Кайла, но в его стояке нет ничего фальшивого.
Я лежу так еще пять, или десять секунд, или двадцать — точно не знаю, потому что не считаю, — прежде чем перевернуться на спину, и его руке ничего не остается, как скользнуть по моему животу. Его пальцы накрывают мой пупок, а массивная ладонь охватывает всю область.
Она теплая и обжигает мою кожу, как клеймо.