Вне конкуренции
Шрифт:
Я включаю лампу на столике у входа и бросаю ключи в небольшую миску рядом. Не теряя времени, скидываю туфли на каблуках, роняю сумку и направляюсь прямо на кухню.
Нахожу среди бутылок красного своё любимое пино, откупориваю бутылку, наливаю немного в любимый бокал и пробую. Убедившись, что вкус именно такой, как нужно, наполняю бокал почти до края.
Как только вино касается задней стенки горла, я расслабленно опираюсь на столешницу — в единственном месте, где могу позволить себе опустить защиту.
Я люблю эту квартиру. Она роскошная, чистая и моя. Обставленная вещами, которые я покупала или собирала годами. Украшенная картинами, которые выбрала сама.
Но самое главное — между этими стенами нет ни капли напряжения.
Здесь не витает в воздухе ни грамма обиды или злости.
Я никогда не понимала, насколько ценным может быть собственное пространство, пока не пришлось делить его с неправильным человеком. И теперь, когда большую часть своих дней я провожу на работе, где за каждым моим шагом следят под микроскопом, возможность прийти домой и расслабиться стала для меня бесценной.
Да, этот пентхаус огромный и явно рассчитан больше чем на одного человека. Но я даже не собираюсь оправдываться.
Я прекрасно понимаю, что мне повезло родиться в той семье, в которой я родилась. Но я также много работала, чтобы оказаться там, где нахожусь сейчас. Я работаю, чтобы позволять себе хорошие вещи. Я не должна отказываться от того, что хочу, только потому, что живу одна.
Если бы это было так, мне пришлось бы жертвовать всю жизнь.
И я вполне готова прожить эту жизнь одна.
Мне уже однажды пришлось выбирать между карьерой и жизнью, которая выглядела бы совершенно иначе, чем та, что у меня сейчас. Я выбрала карьеру. И сделала бы тот же выбор снова.
Я давно поняла и приняла, что большинству мужчин моя работа не кажется впечатляющей.
Она кажется им пугающей.
Им не нужна женщина, которая работает по двенадцать часов в день. Им не нужна женщина, которая половину года проводит в разъездах.
Нет, не всем мужчинам.
Просто всем мужчинам, которых я встречала.
Иногда, конечно, я чувствую одиночество. Но это случается редко. Я выросла единственным ребёнком и научилась развлекать себя сама. Мне нравится собственная компания. Мне нравится кем я стала.
И к этому моменту я просто отключила ту часть мозга, которая когда-то активно искала партнёра.
Когда передо мной встал выбор между двумя жизненными дорогами, я выбрала эту. И если это всё, что приготовила для меня жизнь, я всё равно рада, что приняла именно это решение.
Я делаю долгий глоток вина и любуюсь видом, за который заплатила.
Солнце почти полностью село, оставляя мягкое свечение между бесконечными небоскрёбами. Сочетание заката и огней города захватывает дух.
Когда-то мои субботние вечера были куда веселее, чем сейчас. Но потом мне исполнилось тридцать, и я выяснила, что похмелье может длиться несколько дней. А если я недосплю, мне потом требуется целая неделя, чтобы восстановиться.
Поэтому если я не на стадионе, наблюдая за игрой, и не задерживаюсь в своём офисе, то теперь мои субботние вечера выглядят просто: один бокал вина и горячая ванна.
С бокалом в руке я направляюсь в спальню — именно этим и собираюсь заняться.
Эта неделя выдалась изматывающей: перелёты, игры. Когда сегодня утром мы приземлились в О'Харе, я даже не поехала домой, сразу отправилась на стадион в офис.
Весь день смотрела записи игр других команд, продумывала, как перераспределить бюджет, проверяла дела в нашей системе фарм-клубов. Всё в таком духе.
Работа не заканчивается никогда.
И мне это нравится.
Это держит меня в тонусе. Я люблю быть занятой. Но иногда всё же хочется немного замедлиться.
Оставив свет в ванной приглушённым, я зажигаю несколько свечей и включаю музыку, пока набирается вода. Делаю всё по максимуму: добавляю английскую соль, беру свою новую книгу.
А почему бы и нет?
Если уж делать что-то приятное для себя, то наслаждаться каждой секундой.
Сбросив одежду в корзину, я погружаюсь в горячую воду и позволяю ей расслабить уставшее тело.
На этой неделе у меня не было ни секунды, чтобы осознать, насколько я напряжена. Кажется, будто всё это время я находилась в состоянии постоянного «бей или беги».
Борясь за то, чтобы доказать: я справлюсь с этой работой. Когда большинство людей хотят, чтобы я просто сбежала и передала команду кому-нибудь другому.
Взять хотя бы вчерашнюю пресс-конференцию.
Мне стоило огромных усилий не показать, как сильно меня задели их вопросы. Конечно, я достаточно уверена в себе, чтобы выдержать критику, но человеку свойственно хотеть нравиться людям. Хотеть, чтобы его принимали.
Хотеть хотя бы раз услышать, что ты хорошо справляешься, вместо того чтобы слышать обратное, да ещё и под запись.
И рядом тогда сидел Эмметт.
Да, сначала мы снова сцепились, как обычно. Но потом он стал каким-то… защитником.
Я чувствовала, как сильно ему хотелось вмешаться, когда начались те вопросы. Видела, насколько он оскорбился за меня.
Думаю, отчасти это потому, что у него есть дочь.
Но я не могла позволить ему защищать меня.
Я женщина, работающая в мужском мире. И последнее, что мне нужно — чтобы мужчина говорил за меня. Я должна делать это сама.
Но сегодня вечером мне не нужно никого убеждать.
Сегодня я не на работе.
Я делаю ещё один глоток вина, закрываю глаза и откидываю голову на подушку для ванны, готовая наконец расслабиться.
Пока мой телефон не издаёт короткий сигнал.
Невольный стон, который вырывается из моего горла, звучит довольно жалко для тридцатипятилетней женщины, но, честно…
На секунду я даже думаю не смотреть.
Но другая часть меня уверена: вдруг это сообщение от другой команды с предложением невероятного обмена? И если я не отвечу, меня навсегда будут помнить как человека, который на своей первой должности пропустил историческую сделку.