Чтение онлайн

Раздражение Майло очевидно, но он следует совету тренера. Выходит из бокса, глубоко выдыхает и берёт паузу, пытаясь мысленно собраться.

— Я говорю это не для того, чтобы польстить твоему эго, — продолжает Эмметт. — Но у тебя идеальная механика.

С другой стороны клетки Исайя фыркает.

— Мне ты такого никогда не говорил, Монти.

— Да потому что у тебя её нет.

На губах Майло появляется улыбка.

— Всё дело в голове, — продолжает Эмметт. — Ты слишком много думаешь. Здесь все видят, что ты сейчас напуган. Ты так же выглядел во время той игры. Но тут нечего бояться. Это всего лишь тренировка. Никто не смотрит. Кому какое дело, если ты облажаешься? Ты получаешь шанс отбивать подачи парня, которым восхищаешься, но он не играет против тебя. Так что покажи ему, на что способен, и бей без оглядки.

Майло кивает и снова становится в бэттерский бокс. По его расслабленной стойке видно, что он уже успокоился.

Трэвис даёт сигнал, Кай делает замах и бросает фастбол — прямо по центру, почти такой же, как тот, которым закончилась наша последняя игра, когда Майло был у биты.

Треск биты почти оглушает — звук разносится по пустому стадиону.

— Чёрт возьми… — бормочет Трэвис за домашней базой, срывая маску, чтобы посмотреть, как мяч взмывает в воздух и перелетает через плющ в центре поля.

Раздаётся глухой удар о металл — мяч приземляется где-то на верхних трибунах.

Мы все молча смотрим вдаль, не веря своим глазам.

— Я только что выбил хоумран против Кая Роудса, — голос Майло звучит почти благоговейно. Он оглядывается, ожидая нашей реакции, но мы всё ещё смотрим куда-то за четыреста ярдов.

Эмметт поворачивается к своему бывшему асу.

— Ты что-то сбавил?

Кай качает головой, подняв брови — впечатлён по-настоящему.

— Я только что выбил хоумран против Кая Роудса, — повторяет Майло.

— Чёрт возьми, да, — говорит Эмметт. Я почти вижу, как с него спадает напряжение. — А теперь сделай это ещё раз.

Майло тут же становится легче, он снова готовится к подаче.

— Именно таким он был в тот день, когда мы ездили смотреть его игру в Вегасе, — тихо говорю я мужчине рядом со мной.

— Он вернётся к этому состоянию. У него просто кризис уверенности.

— Кажется, я кое-что знаю о таких кризисах, да?

Эмметт тихо смеётся и, опираясь подбородком на скрещённые руки, смотрит на меня.

— Ты хорошо выглядишь.

— Я чувствую себя лучше.

— Хорошо.

Я толкаю его плечом, но это абсолютно не сдвигает с места кирпичную стену по имени Эмметт Монтгомери.

— Кстати, это очень мило с твоей стороны. Сделать это для него.

— Ну… — он слегка усмехается. — Я бы соврал, если бы сказал, что он был моей главной мотивацией.

Он сделал это ради меня.

Его мягкая улыбка заставляет мой желудок перевернуться самым безрассудным образом.

На днях он сказал мне доверять своему чутью. И прямо сейчас моё чутьё говорит: просто сдайся уже. А он делает всё возможное, чтобы я забыла о последствиях такого решения.

— Если бы ты мог попытаться сделать так, чтобы я нравилась тебе немного меньше, это было бы очень полезно, Эм.

Он лениво улыбается.

— Ничего не могу поделать. Думаю, мы оба знаем, что я бы сделал для тебя что угодно.

И ни одна часть меня не сомневается, правда ли это, и не задаётся вопросом о его мотивах.

Это одновременно освобождает… и пугает.

Потому что я почти уверена, что Эмметт Монтгомери — это именно всё то, чего я никогда не планировала искать.

Я буквально падаю на диван в своём кабинете.

Тяжесть прошедшей недели прижимает меня к подушкам, и я быстро понимаю, какой плохой идеей было сесть.

Я даже не замечал, насколько измотан. Насколько меня вымотало беспокойство за Риз на этой неделе. Насколько я переживал из-за того, что Майло не играет на своём уровне. Но теперь, когда я прислушался к себе, напряжение чувствуется — оно засело в плечах и скрутилось вокруг позвоночника.

Сегодня она выглядела лучше. Светлее. Больше похожей на себя.

Я почти физически ощущаю, как часть тревоги начинает таять, соскальзывая с меня, пока я утопаю в мягкости диванных подушек.

Но всё же мне стоит встать. Нужно поехать домой и подготовиться к сегодняшней вечеринке по случаю ухода Артура на пенсию — так же, как Риз и ребята уже уехали готовиться.

По крайней мере, я думал, что она уехала.

Пока где-то вдалеке не слышу отчётливый стук каблуков по бетону.

Риз уверенно входит в мой кабинет — как будто она здесь хозяйка. Хотя… она и есть хозяйка этого места. Но даже если бы это было не так, приятно видеть, что эта уверенность снова вернулась в её походку.

Она садится на край моего стола напротив меня, вытягивая ноги и скрещивая их в лодыжках.

Мне нечасто выпадает возможность смотреть на эту женщину так, как мне хочется, поэтому я пользуюсь моментом.

Несмотря на то, что сегодня в офисе больше никого нет, Риз всё равно одета безупречно. Облегающая юбка-карандаш подчёркивает её бёдра и заканчивается у колен. Шёлковая блузка слегка расстёгнута сверху, открывая ровно столько, чтобы это дразнило. А её туфли… тёмно-коричневые, с тонким ремешком вокруг щиколотки.

И всё, о чём я могу думать — что мне бы совсем не помешало встать перед ней на колени и расстегнуть этот ремешок зубами.

Я, чёрт возьми, был бы не против оказаться на коленях перед этой женщиной.

— Я думал, ты уже уехала, — говорю я, не отрывая взгляда от её тела.

Медленно поднимаю взгляд выше, по длинной линии её ног, к изгибу груди, и в итоге встречаюсь с ухмыляющейся улыбкой на её губах.

— Мне правда пора ехать. Я просто хотела зайти и сказать… — она запинается. — Хотя, наверное, скорее спросить. Ты же понимаешь, что сегодня вечером нам нужно держаться подальше друг от друга, да?

— Да, Риз. Я примерно так и понял. С учётом того, что здесь будет каждый человек, который когда-либо работал на эту команду, мне вряд ли сойдёт с рук снова тереться об тебя в спортзале.

— А жаль. Это была моя любимая тренировка за всю жизнь.

Чёрт.

Мне нравится эта женщина.

Нравится до глупости.

Она честна со мной. Смешна со мной. Настоящая со мной.

— Что ты собираешься надеть сегодня вечером? — спрашиваю я.

— Платье.

— И какого цвета это платье?