Чтение онлайн

Мне было восемнадцать лет, когда мной увлекся пятидесятивосьмилетний профессор. Он был высокий, с сединой и в синем пиджаке. Он рассказывал мне интересные истории и делал небанальные комплименты. Они звучали для меня, словно из прошлого. И прикасался он ко мне всего несколько раз – когда подавал руку, чтобы я вышла из машины. Мне все хотелось назвать его Есениным. Я, конечно, не соответствовала ему совсем, и была намного младше, и все боялась, что кто-то увидит меня с ним. Что он во мне разглядел – вообще непонятно.

Я училась на втором курсе. Это было время обтягивающих лосин и варенья на пальцах рук. Может быть, ему было приятно смотреть, как я внимательно его слушаю. А я ведь не просто слушала, я прилипала к его словам, как двусторонний скотч.

Со временем я перестала отвечать на его голос, как только в моей жизни появился рваный душой сокурсник, похожий на молодого Мика Джаггера. Больше я никогда не видела того профессора.

– Отличное платье, – Лера вытащила меня из моря воспоминаний. – В такую жару только и хочется, что прозрачной шали и холодной воды. Не представляю, как вообще дышат эти девочки в джинсах. А еще эти длинные волосы и блеск на губах… Но – красота требует жертв. Особенно, если ты хочешь удержать мужчину рядом с собой.

– Ты – хочешь?

– Только этим и занимаюсь.

– Я думала, это он старается удержать тебя.

– Конечно, он… Он так думает, – Лера рассмеялась. – Бороться за мужчину – значит сделать так, чтобы он думал, будто это он борется за тебя.

Лера сразу и бесповоротно мне понравилась, и я решила, что буду говорить с ней долго, пока у нас обеих не пропадет голос. Потому что нельзя так просто отпускать человека, который тебе симпатичен: это же такая редкость – приятный собеседник. Надо обязательно насытиться им, потому что сегодня вы живете в одном городе, в нескольких станциях метро, а завтра – ни у кого нет времени даже ответить на звонок.

– Я тебя долго буду мучить вопросами, хорошо?

– Хорошо.

– Он ведь тебе сначала не понравился, да? Как его зовут?

– Саша. И он не то чтобы мне не понравился, я вообще пропустила его мимо себя, не откладывая в памяти. Есть мужчины, которых ты с первой же секунды знакомства начинаешь рассматривать для серьезных отношений. А через пять минут разговора начинается подробное сканирование человека, и в мыслях проносятся кадры роман-свадьба-дети-внуки. При этом иногда мужчина тебе и не нравится вовсе, но процесс сканирования все равно запускается, автоматически. Это, наверное, на каком-то подсознательном уровне.

Я кивнула. Еще бы, сама не раз просматривала подобные романтико-эротические экшены на внутреннем экране.

– А есть и другие мужчины – те, которых ты пропускаешь. С Сашей было именно так: я его вообще пропустила и не собиралась искать.

– Сбой в системе сканирования, да? – Я улыбнулась, хотя веселого в этом было мало. Женская интуиция иногда сильно нас подводит: захлебнувшись слишком насыщенным запахом тестостерона какого-нибудь харизматичного самца, мы совершенно зря упускаем из виду тех, кто не стремится броситься в глаза. – И как было дальше? Мне вот всегда интересно, как это происходит, когда человек сначала не любит, а потом – любит.

– Знаешь, я его действительно люблю. Он перед сном обычно надевает очки и читает. Любит блинчики с курицей и грибами. Левой рукой он жестикулирует всегда намного больше, чем правой. Смех у него тихий, почти беззвучный. Мне очень нравятся эти детали.

– Ты его изучаешь?

– Конечно. В наблюдениях – сила. Человек – это мелочи, которые выдают его характер. Соберешь мелочи – поймешь человека. Поймешь человека – сможешь быть с ним всегда.

Официант принес мороженое, посыпанное сверху апельсиновой стружкой. Я боялась, что Лера окажется светловолосой инфантильной куклой для обеспеченного мужчины. Ее прямые волосы доходили до пояса, на шее висел кулон с жемчужной капелькой. Она была в летних цветных брюках и белой шелковой майке с глубоким вырезом.

– Я, конечно, сначала бегала от него. Не отвечала на звонки, а если отвечала, то говорила какую-то чушь, вроде того, что не могу с ним встретиться, потому что мне нужно купить курагу или пропылесосить квартиру. Потом согласилась. Потому что было скучно в тот вечер и не хотелось сидеть дома. Мне было стыдно за него, конечно: он старше на двадцать семь лет, и это заметно. Мы выпили тогда, и я стала представлять себе его сморщенное, немолодое тело. А что скажут мои подруги? Я срочно начала врать, что у меня дома кошка, больная менингитом, и вызвала такси. А он снова пришел через несколько дней и сказал, что обожает мое чувство юмора. И что я не должна ничего бояться, потому что он все сделает сам. И он сдержал свое обещание. Мужчина, который держит обещание, – разве это не подарок?

Я бросила взгляд на душную улицу. Десять из десяти. Единственная причина, по которой я больше не отвечу на звонок мужчины, это то, что он бросается своими обещаниями, словно пластмассовыми фрисби. Желтые, красные, зеленые… Мужчина с вечной пластмассовой тарелкой в руках больше похож на скучающего во время каникул школьника, чем на взрослого человека.

– А как вы познакомились?

– На свадьбе друзей. Я подумала, что он чей-то отец, и продолжила рассматривать более молодых кандидатов. Ближе к концу вечера Саша все же пригласил меня на танец и начал задавать вопросы. Я сразу поняла, что понравилась ему, – Лера подмигнула мне. Мороженое плавилось в наших стаканчиках, хотелось окунуться в ледяной бассейн. – Я уже не помню, что он там мне говорил, но я ему все-таки оставила свой номер телефона. Все потому, что было видно: ему не был нужен от меня только секс.

Я кивнула. Большинство мужчин почему-то считают, что мы не в состоянии отличить, когда нас хотят затащить в постель, а когда – в сердце. Есть, конечно, те, которые с изяществом научились выдавать одно за другое, но это редкий вид. Остальных легко вычислить в этот момент. Да и шепчут они не на ухо, а в глаза. Все зависит от желания женщины увидеть реальность.

– Когда он позвонил?

– Через неделю. Я знала, что он обязательно позвонит, но не ждала. Потом начались мои побеги от него, о которых я тебе уже рассказывала, и, наконец, встреча. Ох, – Лера выдохнула и расхохоталась. – Он был в синих кедах и яркой такой рубашке. Пытался выглядеть моложе. И это было очень заметно.

Я приподняла брови. Было трудно представить, насколько смешным был его вид, ведь я не знала, как он выглядит. Лера смекнула и нашла в мобильном телефоне снимок Саши.

Вся его голова была покрыта сединой. В уголках глаз жили «гусиные лапки» – такие морщинки, которые возникают, если много щуриться. Он был некрасив, но ухожен и открыт.

– Слушай, он очень даже ничего.

– Да. Просто так не положено. Не положено молодым девушкам быть с немолодыми состоятельными мужчинами. Что скажут родители? Что скажут друзья? Что скажут люди? Что скажу я сама? А как будет с сексом через десять лет? А может ли и хочет ли он иметь детей? А как у него со здоровьем? Ты же знаешь, быть женщиной – это значит задавать себе миллион вопросов. Это у мужчин все просто: да или нет. А у нас всегда «пятьдесят оттенков серого» [3] и «9 1/2 недель». [4] И это объяснимо. Потому что у общества всегда больше вопросов к женщине, чем к мужчине. В любой ситуации. Вот она и пытается найти сразу все ответы, прежде чем произнести хотя бы звук. Наша попытка все анализировать по пунктикам – это инстинкт самосохранения.

– Глубоко ты копнула.

– Пришлось. Знаешь, сколько я мыслей передумала, прежде чем ответить ему «да»? – Лера показала мне обручальное кольцо. Сочетание белого и желтого золота. Выглядело довольно изящно, особенно на ее тонком пальце. – Это так только кажется, что потом всегда сможешь просто взять и уйти.

– И почему ты сказала ему «да»?

– Защита. Он дал мне стопроцентное ощущение защиты. Мне кажется, это могут только те мужчины, у которых в мозгах уже абсолютно спокойно. И не театрально, а по-настоящему. Он же тогда сказал мне, что все сам сделает, – и действительно делает.