Чтение онлайн

[4] Командор – воинское звание и должность времён Единой Армии Оборонного совета, предполагающее задачи оперативного командира войск и подразделений, численностью до 300 воинов. Должности варьировались от подразделения и задач. Стандартная структура представляла следующую схему – наместник командовал 10, центроус – 60, трибун – 120, коммандер – 580, командаующий армией – всеми подразделениями.

[5] Кирийская зелёная смесь – взрывоопасное и очень мощное вещество, которое сильнее пороха 10-50 раз.

[6] Кинтийская эра – огромный, тысячелетний пласт истории Вина, который охватывает эпоху от звездопада, когда был уничтожен практически весь прошлый мир до прихода к власти Рождённых светом. Эпоха довольно противоречива. Её начало характеризуется резким и глубоким цивилизационным упадком. От всемирной империи люди и аэтерна скатились до примитивных царств и магократий. В это время бурно начиает развиваться область магии и её применение. Выжившие после катастрофы примерно за 1000 лет расселились по новообразованным континентам. Некоторые народы, такие как скарраги, южные аразельцы и южные неримляне, «коренные» эндеральцы деградировали до родоплеменного строя, создавая дикарские поселения и полцарства. Килеяне, кирийцы и северные неримляне развивали ремёсла, торговлю, науки и технологии, становясь сильнее и могущественнее. На протяжении практически 4000 лет люди и аэтерна создали многочисленное количество королевств, новых империй, республик или коммун. Эта эра свободы и открытий, когда запретного практически не существовало. Некоторые аэтерна и люди создают «коммуны удовольствий», где предаются самым разным порокам. Эра помимо этого ознаменована колоссальным количеством военно-политических конфликтов, экспериментов с иными планами бытия. Нормой было, когда в какой-нибудь отдалённой «коммуне удовольствий» правят демоны. Жестокие магократии, и их диктаторы-чародеи ставили на колени десятки тысяч человек, делая из них рабов. Эры героев и эра стабильности миновала. Эта была эпоха великих царей, беспрестанных битв, правления всесильных колдунов, прогресса науки и апофеоза гедонизма. Всё это прекратилось через три тысячи девятьсот восемьдесят семь лет от звездопада, когда пришли семь магов, объявивших себя богами, и установили тотальный порядок туда, куда могли добраться, прекратив всякое беспутство, бесконечность войн и разврат.

[7] На’Айрим – название континента «Нерим» на языке «сашмит», которым до прихода светорождённых владели жители юга сего материка.

[8] Остианский древний кодекс – собрание древнейших рукописей о истории южного Нерима, времён кинтийской эры. Повествует о царствах, племенах, людях, царских родах и войнах, живших в промежуток от 500 до 2300 годов от звездопада.

[9] Али-Арлданди – дюннийское название Ирланды.

[10] Тирун – языческое божество, которому втайне поклонялись варвары Солнечного берега и некоторые жители Речного, ведущие род (и сохраняющие традиции) от потомков неримских переселенцев и коренных жителей Эндерала. Видимо является результатом синкретизма древнеэндеральской языческой религии и культа светорождённых, поскольку Тирун по свойствам очень схож с Тиром.

Глава 14. В погоне за надеждой: верой и наукой

«И сказал Он – возлюби ближнего своего»

– Из книги «Предание».

В объятиях безумия

Следующий день.

Я не могу больше терпеть, сама душа взывает – «иди и помоги ей». О’Брайенн носился, как сумасшедший с больными и Лишари, не находя времени на лекарство для неё. И в этот мрачный час явился я – освобождённый на скоротечные мгновения от военного долга, я решаю бросить все силы на спасение неримки. Так требует моя душа и я не могу поступить иначе. Вымолив день отдыха, я использую его, чтобы пуститься в путешествие и схватиться с ещё одними смертельными врагами – болезнью и смертью.

Операция «Баррикада» продолжится и без моего участия. Пока полководцы Велисария выстраивают совершенную оборону, опрокидывают неримлян и теряют воинов, я иду на другой фронт. Накачавшись зельями от апотекария, заделывающими меня подобием железа, мне не страшен ни один враг… либо мне просто всё равно.

На моём поясе покоится небольшая сумочка с набором для сбора образцов. По поручению О’Брайенна я должен собрать несколько… материалов с тел заражённых, чтобы он смог продолжить свои исследования над лекарством. А взамен этот апотекарий послал нескольких наёмников за ингредиентами для лекарства, так необходимого Лишари. Что ж, ради этого можно и покопаться в кишках, заражённых. Кажется, что действие «успокоительных», которые мне прописал апотекарий не то что прошло… сама мысль, что я смогу помочь ей, вдохновляют меня.

Я помятую о том, что Велисарий может мне выписать далеко не самых приятных наказаний, если я задержусь… однако я всё понимаю, и осознаю тяжесть решения. Чем дальше углубляюсь в Золотой лес, тем больше меня волнуют заражённые, а не Велисарий, который засел в Златоброде и полностью погрузился в выработку плана обороны. Что ж, это отрадно, что он занят действительно важным делом, в отличие от Арантеаля, который ограничился парой приказов… мне порой кажется, что это Велисарий занят обороной, а не Великий магистр Святого ордена.

Оставив размышления, я прохожу в Золотой лес. Это место во истину изумительно – куда не кинь взгляд всюду возвышаются высокие деревья, чьи кроны украшены златом сухих листьев. Тут тихо, обстановка возвышенная и кажется, что среди таких деревьев просто обязан жить какой-нибудь утончённый и мудрый народ. Но нет… тут только в глубине леса бродят монстры, страх наводят живые мертвецы, и деревья, высокие и радующие око драгоценным златом, во время ветра напевают печальные песни одиночества и разорения.

Спустя полчаса ходьбы через это чудное место я подхожу к месту, о котором мне говорил апотекарий. В какой-то скале, верно прикрытое кустарниками цвета поздней осени, оказывается небольшая пещерка. Склоняясь над землёй, вижу, что трава притоптана, а ветви кустов надломаны.

– Сюда кто-то недавно входил, - тихо констатирую и обнажаю клинок.

Пройдя в пещеру, достаю небольшой сосуд и трясу его, заставляя изливать магический свет, который разогнал тьму. Тут сыро и мне в лицо ударил противный запах отходов, как в Подгороде. Но собравшись и сглотнув, продолжаю путь. Клинок слабо замерцал зачарованием холода, а свет разгоняет мрак, который ранее густой вуалью здесь лежал. Магией я не пользуюсь после случая в «Кочевнике»… слишком болезненные воспоминания, поэтому приходится надеяться, чтобы фонарь не потух.

Пройдя достаточно в пещеру ничего не могу приметить, кроме сырости и вони. Но стоп… что это? Я склоняюсь над землёй и вижу какой-то кусок ткани и здесь понеслось.

– Плоть! У него её нет! – раздались безумные крики и из тьмы ко мне прыгнула тварь с такой быстротой, что я даже не успел отреагировать.

Меня опрокинуло костлявое существо, я ощутил прохладный землистый пол пещеры, его пальцы тянуться до моих глаз, но пытаюсь перехватить жилистые руки, а страшная вонь от немытого тела, измазанного отходами жизнедеятельности исторгает режет глаза, которые стали заливаться слезами. Ко мне тянуться его жёлтые зубы, которые я замечаю в распахнутом рту, вокруг которого всё замарано застывшей крови, обдувая меня зловонием. А его глаза – два адских угля в которых огнём полыхает безумие.

– Зараза! Зараза! – кричу пытаясь нащупать меч, но не могу… чтобы не дать разодрать себе шею я подставляю руку под зубы этого безумца и зубы впились в стальные наручи, пытаясь их разгрызть. Освободив вторую руку и хватаюсь за голову сумасшедшего и резким движением пытаюсь его скинуть с себя, одновременно подтягивая себя.

Он, ослабевший от голода, в тряпье и грязный, не удержался и рухнул, а я быстро поднявшись достал «огневицу» и выстрелил. Всполох огня осветил пещеру, пуля вошла в грудь заражённому и поразила его сердце. Не зря перезарядил её по пути. На мгновение мне стало жаль безумца, но до тех пор, пока я не услышал вой из глубины пещеры.

– О, Господи, снова бой! – в досаде кричу, и с лязгом поднимаю меч, готовясь встретить обезумевших.

Я стою в небольшом проходе, где сзади вход, а впереди ещё дальше углубление, ведущее в логово заражённых. Мои руки немного трясутся, в ушах глухо колотится сердце от одних только воплей и криков безумцев. Но я укрепил свой дух мыслью, что моя победа над ними поможет не только Лишари, но и населению Эндерала. У тела хранится подарок, который защитит меня от Красного безумия.

– Хрустящего мяса! – раздаются вопли из мрака впереди. – Ещё хрустящего мяса! Пло-о-оть!