Чтение онлайн

– Да, Корван говорил, чтобы я бился бок о бок с вами в войне с Неримом. И я не могу ему отказать. Маги нам помогали много, - горец почесал свою бороду. – Но скажи, почему я должен это делать?

– Понимаю, - крепко говорит Исаил. – Наши предки долго изводили вас, долго лили вашу кровь, долго... вы и сами знаете, и я не собираюсь отрицать этого или оправдывать. Сегодня, я пришёл, чтобы попросить вас о помощи… и предложить нашу.

– Я не поверю Святому ордену! – возгласил горец, едва привстав, опираясь на клеймор. – Собаки Арантеаля нас кусали, обманывали и знают только язык стали!

– Мы не Святой орден! – крикнул Исаил, но не со злобой, а с чувством справедливости. – Мы не представляем интересов Арантеаля! Мы не хранители. Мы сражаемся только за Эндерал! За всех людей и аэтерна его, за будущее и против Нерима.

– Хорошо ты говоришь и даже Корван за тобой пошёл. Скажи, - прищурился вождь, – что за вера заставила тебя проявить неведомое милосердие к нашему народу? В то время, как твои братья не желают видеть нас живыми, ты лечишь и спасаешь? Пока ты шёл, ты сделал три дела – помог мальчику, исцелил больного и «спас» мою дочь, - после минувшей фразы Исаил покосился, и горец пояснил. – Ею тебя испытали. Насколько ты жаждешь крови и до какой степени хватит твоего милосердия? Оказалось, что довольно ты крепок в деле милости. Ответь, Исаил, что тебя повело на это?

Я взглянул на друга. Этот вопрос не поставил в ступор его, а только вызвал подъём духа, лицо словно просияло, в глазах сверкнул огонь души, вложивший пламя и в глагол:

– Не Рождённые Светом, дали мне это, но от Того, Кто послал их свершить божественную миссию, но они отпали от истинного предназначения, - пламенно начал Исаил. – Так как они отступились, то нет от них ни спасения, ни правды.

– За эти слова тебя на твоей родине могут повесить, - хрипло и с улыбкой заметил горец. – Рождённые светом суровы.

– Они – мертвы, - без всякой осторожности, прямо и честно сказал Исаил, столкнувшись твёрдым взглядом с суровым воззрением горца. – Ибо всякий, отступивший от Истины, ходит под знаменем смерти. Но вверив и сердце, и душу Создателю, он разобьёт на них оковы гордыни и злобы.

– А наши боги, что ты о них скажешь? – осторожно спросил вождь.

– Не обидься, но они только камень и дерево, железо и золото, но не более того, а порой и хуже! – Исаил сделал шаг вперёд, мужественно противопоставляя свою веру, растущему гневу советников, чьё воззрение оскорбилось. – Вождь, я был свидетелем того, как женщины и мужчины падали жертвами злобных духов, поклоняясь истуканам земным, ибо они обитали духов злобы! Аркчане бесновались после жертв перед Мальфасом, дюнницы болели от служений Али-Арланди[9], речники неистовствовали, когда общались с жертвами Тируна[10]. И среди вас, знаю, что ходит бушевание чумы неистовства.

– Да, есть такое, - горец приподнялся. – Но ты сейчас говоришь против наших божеств. Разве ты не уважаешь нашу культуру? Пришёл просить союза, но без уважения относишься к нам? – поморщился вождь.

– Истина важнее, - твёрдо вымолвил Исаил, не опуская лица, в голосе его нет ни тени дрожи, я же стал уже бояться за нашу миссию. – И я не имею неуважения к вам, только провозвещаю о Том, Кто тронул сердце моё и без кого невозможна ни одна победа.

– Да, хорошо ты говоришь, - улыбнулся вождь и губы обнажили крупные зубы, – ответь, как мы можем одержать верх, когда нам придётся сражаться против врага, которого мы раньше не видели.

– Только укрепив сердце верой, только приобщившись к Истине, можно одержать победу, - Исаил сделал два шага вперёд, показывая незащищённую грудь, будто вверяя свою жизнь в их руки, сжимающие рукояти клейморов, чьё лезвие остро так же как и душа проповедника. – Ибо без Него – всё тщетно. Удалив беззаконием своим от наших сердец и жизни, мы позволили великому архипредателю поразить народы Вина.

– Вот ты говоришь о неком Едином, но разве есть его святилища, есть его статуи или изваяния? Как можно поклониться, Тому, Кто не имеет выражения? – удивлённо, с желанием поймать Исаила на слове, спросил вождь.

– Как ты можешь выразить Его? Как может материя выразить полное величие Того, Кто создал её? Золотильщик и столяр способны сделать статую, но Он не она. Он куда бесконечное величественнее, и нельзя спосодобить Его – статуе.

– За что ты борешься, Исаил? – неожиданно сменивший тему вождь опрокинулся на трон, приказав одному из советников наполнить кружку вином со стола. – Ты горишь верой, помогаешь тем, к кому даже сородичи не подходят… но за что ты сражаешься?

– Мы боремся за новый мир, где горец и кочевник, аркчанин и дюнниец могут мирно ходить и иметь общение достойное между собой. Да, нам не жить в полном единстве, но мы сражаемся за то, чтобы больше не лилось крови безвинной, - ответил Исаил, приподняв голову.

– А как же Святой орден?

– Святой орден глух к народам под его властью, так и говорить ему нет права в делах грядущих, - весьма загадочно, но в тоже временно предельно понятно ответил Исаил и мне стало – мы готовы оставить Святой орден, как могли плюнуть на то, что скрепляло Эндерал? Мы уже заменили его багрячно-золотое знамя с оком на лилово-златое с орлом... что же дальше? на это может ответить только Велисарий; а Исаил продолжает. – Наше дело, дело братства.

На этот раз вождь не стал ничего спрашивать, он только встал, и подозвал резким движением к себе советников. С придыханием и биением сердца я ожидал решающего момента. Но долго не пришлось стоять, ибо скорые на решения и слова души горцы, дали свой ответ, который огласил вождь:

– Что ж, Исаил, проповедник неведомого Единого, я готов сразиться за такое будущее и ни за какое иное. Твой командир, Велисарий, получит нужное. Наши сыны и дочери встанут на защиту страны, ярость их обратит неримлян в бегство. Только дочь моя отправится с тобой и составит служение Неведомому.

Исаил кивнул, отдал поклон и повернулся. Девушка сбросила с плеч меховой плащ, передавая его проповеднику, который тот цепкой хваткой притянул к себе и накинул. Перед тем как мы покинули шатёр, друг остановился и вынул из кармана балахона нечто маленькое и юркое, но в тоже время, веющее неведомой теплотой воспоминаний из детства.

– Что это? – недоумевающе спросил я. – Откуда это у тебя? Их же больше не выпускают? Больше нет этого. Это же, - я взял в руки деревянного красного кота с пол ладони размером… игрушка моего детства, согревавшая меня, и дарящая ранее радость… снова у меня. – Откуда?

– До своей… комы, - едва подавлено заговорил Исаил, - ко мне подошла Лишари. Она передала это со словами: «Ты знаешь Фриджи. Я хотела подарить это ему лично, но у меня нет времени… я в работе. Отдай это ему, прошу тебя. Мастер из Речного оказался хорошим мужиком», - Исаил зажал в моей ладони дорогую игрушку, и как только я зажал её, ощутил гладкость дерева, понял, что операция «баррикада» для меня закончилась. Что ж, пора отвлечься от войны, настал момент обратить внимание на ту, по которой плачет душа… но что же Эндерал?

[1] Копейщики тяжёлого ряда, топорники прорыва и рыцари народа – особые подразделения армии Нерима, считающиеся элитными. Предназначены для выполнения специфических задач, либо для создания решающего преимущества на поле боя.

[2] Ландскнехты – наёмные неримские воины, появившиеся во время финальных этапов второй гражданской неримской войны. Отдельные подразделения и компании предлагают свои услуги по всему Вину после победы Коарека.

[3] Компания – подразделение неримской армии, численностью сопоставимое с ротой.