Чтение онлайн

Но Оли не мог ответить. Сложно говорить с клинком в кадыке.

– Я же сказал: твоя жизнь принадлежит мне, – прошипел Дражко, проворачивая нож и не позволяя схватиться за оружие. – Отправляйся в Хель!

Когда он разрезал верёвки на лодыжках, Оли рухнул, а стражники вскочили, осознав, что произошло.

– Держи гада!

Дражко перехватил копьё, метнул в ближайший силуэт, вытащил меч из ножен Оли и освободил руки Цедрага. Ноги не успел – пришлось отбиваться от дана с топором.

Меч оказался несбалансированным, клинок перевешивал рукоять, но это позволило разрубить ключицу даже через толстую дубленую куртку.

Дан взвыл, в лагере началась суета. Из шатров и палаток повыскакивали люди, Стиг с оружием наголо распахнул полог.

Дражко тем временем расправлялся со следующим противником, скорее всего саксом. Но не успел – сбоку навалились другие, поэтому пришлось отступить.

Цедраг развязался, поднял топор и встал рядом, почти случайно отвёл копьё, замахнулся, а затем мимо что-то просвистело, бряцнуло по шлему копейщика, и тот пошатнулся, подставив шею под удар.

Следующих двоих снесло сулицами. Дражко расправился с последним стражником и наконец увидел спасителей.

– Удо! – Даже в скудном свете узнать его не составило труда.

– Целы?! – Здоровяк вытащил сулицу, оглянулся.

С разных сторон подтягивались враги. Нужно было спешить, о чём напомнили из темноты:

– Быстрее, уходим!

Значит, Сбыслав тоже здесь. И остальные, посланные отвлечь всадников Людольфа. Несмотря на опасное положение, в груди полегчало.

Когда стало ясно, что все стражники перебиты, полетели стрелы. Дражко и Цедраг, прикрываясь щитами, рванули прочь. Удо снова метнул сулицу и последовал за ними.

Сквозь лагерь пробирались не таясь, петляя по узким проходам, рубя попавшихся саксов и отстреливаясь от людей Сины, которые первее всех пустился в погоню.

– К опушке! – Сбыслав указал в сторону леса, откуда донеслось ржание и топот копыт. – Они уже идут.

– Кто – они? – удивился Дражко.

Все посланные с Большаком, сейчас находились неподалёку. Сам землепашец с большим рвением орудовал тяжёлым лесничим топором, наводя ужас на всех, кто оказывался рядом. Даже на своих.

У границы лагеря показались всадники. Сначала Дражко насторожился, но затем понял, что это их спасители примчались на выручку.

– Прыгай! – крикнул один из них, ведущий за поводья вторую лошадь.

Дражко закинул за спину щит, почувствовал, как в него втыкается стрела, и, оказавшись в седле, вдарил по бокам.

Сперва хотели направиться в крепость, но наперерез выскочил отряд Сины.

– Прове, порази их молнией! – воскликнул Сбыслав, но бог грозы не ответил на просьбу.

– Значит, понадеемся на Лешего? – Большак не решился указывать, но говорил верно.

– В лес! – скомандовал Дражко.

Деревья снова укрыли их от опасности.

?-?----??----?-?

Свежий ночной воздух царапал горло из-за частого тяжёлого дыхания. Лошади нервничали, били копытами землю. Из-за туч показалась Луна, наконец удалось рассмотреть лица незнакомцев: бородатые, грубые, чем-то похожие на Большака, только меньше размером.

– Кажется, оторвались.

Удо прислушался. Признаков преследования не было.

– Живы! – Дражко дал волю чувствам, крепко обнял друга, свесившись с седла.

– Живы, живы. А вот вы с Цедрагом едва не отправились в Ирий.

Незнакомцы спешились, собрались вокруг Большака, будто сторонясь руян.

– Кто такие? – Дражко кивнул на них.

– Смерды с окрестных сёл, – пояснил Сбыслав.

– Нас поджали, – продолжил Удо. – Мы саксов увели, но те оказались шустрее, чем думали. Нагнали, пришлось с тропы сойти, а там уж завязались… Думал – всё. Тут и полягу.

– И вдруг – стрелы! Праща! Свист! – подхватил Сбыслав. – Девятко, вон, чуть не попал под копьё, но сакса повело от камня по башке.

Вместе с Удо отправились Девятко и Молчан, его дальние родственники. Хотя внешне между ними не было ничего схожего.

Селяне, живущие близ границы, хорошо управлялись с оружием, умели устраивать засады и ловушки, многие метко стреляли из лука и пращи. Когда нагрянули саксы, люди попрятались в знакомых рощах, иногда совершали вылазки, чтобы проверить, не ушла ли беда. Ну, и старались расправиться с чужаками, если они встречались.

Руян, кстати, тоже едва не порешили. Спасло то, что один из них и вправду приходился Большаку братом по двоюродной тётке, а потому узнал родственника по голосу и громадному силуэту. Других опознали по говору. Повезло, ведь под началом Людольфа были не только саксы.

– Господарь! – Большак подбежал с запыхавшимся довольным лицом.

– Я обязан тебе жизнью. Мы обязаны. Такой долг будет непросто отплатить.

Здоровяк залился румянцем, засмущался, словно захваленный ребёнок.

– Полно тебе, жупан. Ежели б не вы, я б так и сгинул за привязи.

Это было неважным. Спасение воеводы стоило намного больше жизни смерда. Жаль, одарить пока нечем, но, когда доберутся до крепости и прогонят врага, награда не заставит себя ждать. Однако до этого придётся хорошенько потрудиться.

– Зови своих молодцев, – он похлопал Большака по плечу, скосив взгляд на окровавленное топорище. – Будем думать, как дальше бить гадов.

Теперь в распоряжении Дражко находилось восемнадцать человек, шесть из которых, не считая самого воеводы, могли потягаться с лучшими воинами и данов, и саксов, а двенадцать могли сделать так, чтобы ублюдки сгинули в лесу бесследно.

К тому же, доспехи и оружие саксонских всадников неплохо смотрелись на землепашцах вагров.

Большака, впрочем, можно было отнести и к тем, и к тем. Мысль позвать его в дружину крепко засела в голове. Глядишь, Удо не придётся сдерживаться на скамье, чтобы ладью не повело в бок.

Обсуждение выдалось недолгим, но бурным. Сбыслав ожидаемо предложил двигаться в крепость, ведь там скоро потребуется каждое копьё; Удо предлагал остаться в лесу и ударить в тыла, когда начнётся штурм – даже небольшой отряд способен навести шороха; Большак эту идею поддержал – за стенами он убивал хуже, чем среди зарослей и оврагов; Девятко порывался прямо сейчас вернуться и погулять по лагерю данов – мол, вряд ли кто ожидает подобной наглости. Молчан за всё время не проронил ни слова.

Цедраг положился на решение Дражко. Он иногда морщился от боли, поэтому стоит ему держать подальше от гущи сражения. Может, пусть командует селянами?