Во власти генерала
Шрифт:
Раз Ее Величество проявила внимание к новой родственнице и пожелала ей угодить, я не имела права разочаровать королеву.
Я-то прекрасно знала о любимых лакомствах Селены. Подруга частенько плевалась от монастырской еды, вспоминая какие восхитительные шедевры кулинарного искусства готовили для нее дома.
Проблема была в другом.
Я не знала, что конкретно лорд Лоренц сказал королеве, тем самым поставив меня в крайне неудобное положение. Вот уж кто был настоящей змеей за столом! На его фоне питомец де Фроста казался безобидной зверушкой.
Можно было, конечно, сослаться на забывчивость дядюшки. Мол, он что-то там напутал, и в детстве Селена любила не сливочный пуддинг, а вон те песочные корзиночки с ягодами…
Строго говоря, в том, чтобы ошибиться с выбором большой трагедии не было. Вероятно даже значения не придадут. Однако, как любила повторять настоятельница, все в жизни складывалось из мелочей. Одна ошибка, две, три — и вот уже все вокруг обращают внимание на нестыковки и странности в моем поведении.
Держу пари, лорд Лоренц уже придумал новые способы мне подгадить.
Я цедила воду маленькими глотками и незаметно скосила взгляд на дядю Селены в надежде, что тот смотрел на нужное мне блюдо. Но вопреки ожиданиям старый лис смотрел не на стол, а наблюдал за мной со снисходительной улыбкой, которую по незнанию можно было принять за вполне доброжелательную. Видимо уже предвкушал мой провал.
Лорд Лоренц вдруг склонился в мою сторону, вероятно решив дать подсказку и на деле продемонстрировать свою так называемую протекцию, чтобы никто не усомнился в нашем с ним родстве. Как неожиданно помощь пришла откуда не ждали:
— Я помню, как леди Селена их обожала и постоянно уговаривала меня совершить набег на дворцовую кухню, — шутливо произнес принц Эндимион.
О-о-о! Вот спасибо! Не зря Селена была влюблена в него в детстве! Можно сказать, что у меня появился свидетель.
Наконец оставив бокал, я уверенно потянулась к подносу с миниатюрными и аппетитными корзиночками с ярко-красной клубникой в белом креме.
— Старший кондитер гонял меня метлой по всему служебному флигелю и клялся, что больше не будет печь эти «проклятые соблазны для юных вандалов», — со смехом продолжал принц.
— Так значит ты опрокинул миску с кремом для праздничного торта из-за ягодных корзинок? — хмыкнул король.
— Я не мог выдать леди, — улыбнулся Эндимион.
Ровена же обескураженно смотрела на покрасневшего лорда Лоренца.
— Память подвела, — извиняющимся тоном произнес тот.
Или воспаление хитрости!
На мое счастье, больше не последовало никаких щекотливых ситуаций или каверзных вопросов. Впервые за этот вечер меня посетила спасительная мысль, что вероятно я не нуждалась в поддержке дяди Селены и вполне могла справиться сама.
Когда ужин подошел к завершению, я набралась храбрости и обратилась к королеве:
— Спасибо, что устроили для нас такой чудесный ужин, Ваше Величество. Все было просто восхитительно.
Ровена благодарно кивнула, явно довольная моей похвалой, и вскоре все присутствующие начали расходиться. Аарон де Фрост подошел было к Ройсу с намерением что-то обсудить, но, прежде чем он успел сказать что-либо, мой супруг покачал головой и произнес:
— У меня дела.
Аарон скользнул по мне выразительным взглядом и вдруг ухмыльнулся.
— Понимаю, дела действительно важные, — лукаво протянул он, затем развернулся и бросил через плечо. — Поболтаем завтра, приятель.
А? Какие важные дела?
Не успела опомниться, как на спину неожиданно легла теплая ладонь Ройса, и меня мягко, но неумолимо повели на выход из зала. Когда мы остались наедине, возле уха раздался низкий голос генерала:
— Теперь пора укрепить наши супружеские отношения.
Это он на что намекает?!
30
Когда мы пересекли уже знакомый мне коридор и переступили порог просторной комнаты, я замерла как вкопанная.
Спальня была мужской! Воздух здесь пах не цветами или духами, а кожей и полированным деревом.
— Что-то не так? — учтиво поинтересовался Ройс. Ну просто сама любезность!
— А что мы будем делать? — спросила я прямо, решив, что в моем положении неизвестность — худший враг. Я и без того постоянно балансировала на острие ножа, скрываясь под чужим именем. Так что я отчаянно нуждалась хоть в какой-то ясности.
— Узнавать друг друга лучше, — невозмутимо отозвался супруг. А затем вдруг скинул с себя камзол, отбросив его на спинку кресла, и остался в облегающем темно-синем жилете и простой белой рубашке. После чего Ройс все с тем же невозмутимым видом принялся снимать запонки.
Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки, а в горле пересохло. Супруг медленно, почти церемонно, закатал рукава, обнажив мощные предплечья.
— Вы ведь не ждете, что я тоже начну снимать одежду? — с надеждой пробормотала я.
Генерал посмотрел на меня как-то странно.
— Заманчивое предложение, — хмыкнул он.
— Я ничего такого не предлагала! — мигом вспыхнула я.
— Жаль, — тонко улыбнулся Ройс, хищно сверкнув серыми глазами. — Но сегодня мы займемся другим.
— Например? — я вопросительно вскинула бровь, продолжая стоять практически у выхода.
Заметив это, губы генерала изогнулись в легкой усмешке.
— Например, разговорами, — серый взгляд супруга скользнул по моему лицу и опустился ниже, после чего он добавил. — Без колец.
— Без колец? — повторила я. — Но, если мне не изменяет память, мы договорились снимать артефакт два раза в день.
— Утром и вечером, — кивнул Ройс. — Однако до утра слишком много времени. Боюсь, что в этом случае побочный эффект окажется сильнее и магического сдерживания будет непредсказуемым. Но, если вы сомневаетесь, я готов рискнуть.
И посмотрел на меня так хитро-хитро! Будто давал мне право решать самой: относительно контролируемое влечение сейчас, или бесконтрольное влечение завтра утром.