Водный Феникс. Книга третья
Шрифт:
— Это какая-то шутка?! У меня под сотню избитых и травмированных студентов, которым требуется помощь. А вы тут пируете, развлекаетесь и смеете еще меня дергать просто так? Да как вам не стыдно! — рассерженная женщина высказала свое негодование сначала Теону, а потом и ректору.
— То есть вы не ощущаете у Господина Громова никаких травм?
— Травм? Нет! Пострадало разве что его самомнение, если он тут со стула упал, или что у вас произошло. Но обвинять других людей, отрывать от работы целителя и надеяться, что это позволит вам выглядеть лучше… Вы совершенно забываетесь!
— Да как вы смеете! Я требую другого целителя! Раз вы не способны заметить следы от нападения, которое произошло всего пару минут назад! Я до сих пор чувствую привкус крови и… — вдруг Теон осознал, что он больше не чувствует боли. Щека не поранена изнутри, да и не опухает, даже покраснение уже сошло.
— Вот и ищите другого целителя, а меня больше не дергайте! — разозленная Светлана Владимировна покинула столовую так же быстро, как и пришла.
Теон даже растерялся от такого неожиданного поворота событий, когда его травма сама собой вдруг прошла без следа. А ректор тем временем заверил, что лучшего целителя, чем Светлана Владимировна, не сыскать. И вдобавок Фион Аристархович обратился к Максиму Баеву, спросив его версию недавних событий, как независимого свидетеля.
И ответа парня все ждали затаив дыхание.
— Я не видел никакого нападения. Господин Громов собирался подняться из-за стола. Возможно, он оступился…
— Это не правда! Этот дикарь напал на меня, а студенты его покрывают! Я этого так не оставлю!
Ректор пытался успокоить Теона, повторяя, что нет никаких объективных причин, чтобы обвинять гостя, но на всякий случай преподаватели проследят за тем, чтобы больше он с Громовым сегодня не пересекался. И тут голос подал Диего:
— Я не понимаю, чем я вас обидел, уважаемый господин Громов… Но если вы так злитесь, то можете вызвать меня на дуэль и научить манерам. Меня вполне устроит старый формат…
У меня аж холодок пробежал по спине. До этих самых пор Диего изо всех сил сдерживался, стоя в паре метров от своего заклятого врага, который вдобавок оскорбляет важных для парня людей и его личного героя детства. Друг не хотел создавать проблем Ане с ее мамой, не хотел подставлять преподавателей, но все же влез, когда понял, что Аня сама почти сорвалась… И лишь сейчас он предложил Теону дуэль, когда тот действительно мог согласиться. По голосу друга я понял, что к концу этой схватки в живых останется лишь один из соперников.
И Громов почти принял предложение своего обидчика, зная о собственных возможностях, подкрепленных звездными кристаллами. Но что-то в голосе парня заставило Теона не спешить. Он задумался. Окинул внимательным взглядом Диего, подмечая то, на что не обратил внимание сразу: на руках браслеты, и совсем не для украшения. А он ведь ударил огнем, несмотря на прямой контакт с цинтием. Это уже не просто хамоватый слабенький маг, а соперник, которого не стоит недооценивать. И эти слова про старый формат дуэлей, где правил намного меньше, а смертельных случаев гораздо больше… Теон и сам порой прибегал к этому приему, чтобы запугивать своих собеседников, и вот он неожиданно оказался по другую сторону. И ему это совсем не понравилось. А главное — зачем рисковать собой, если он может использовать свое влияние, чтобы отомстить обидчику сполна, и при этом не подставляться? А любой, кто посмеет назвать его трусом, будет следующим на очереди!
— Вызывать на дуэль какого-то доходягу? Мой статус не позволяет мне опускаться до такой вульгарности. Тебе и тысячи лет не хватит, чтобы стать для меня достойным оппонентом, чтобы я…
— Трус! Все с тобой ясно, так я и думал!
Теона всего перекосило, а Диего откровенно наслаждался этим моментом. Да, его следом ждут проблемы, и он не в первый раз пренебрег гостеприимством ректора. Причем закончиться все может весьма печально, если дело дойдет до разбирательства с привлечением представителей Совета Магов. Но прямо сейчас Диего победил. Громов унижен, и ему придется отступить.
— Ужин окончен! — рявкнул на свою семью Теон и повернулся к преподавателям. — Вам следует лучше заботиться о безопасности своих гостей! И следить за тем, кого вы вообще пускаете на территорию академии. И я этим вопросом еще займусь!
Теон двинулся было к выходу, но заметил, что Оля все еще сидит за столом, не поднимая головы.
— Тебе что, отдельное приглашение нужно?
Девушка вздрогнула всем телом.
— Мы еще не доели и немного задержимся, — Максим вступился за Олю и выдержал взгляд ее отца.
Не желая устраивать новых сцен и задерживаться в столовой еще хоть ненадолго, Теон все же ушел без дочери.
Надолго оставаться за столом мы тоже не стали. Диего снова сковали цепью и дали ему выбор: покинуть академию или же не покидать больше свою комнату, пока не дождется Симона, после чего уже без всяких вариантов он покинет академию. Друг выбрал второе.
А к нам с Соней пристали с расспросами остальные друзья, которые тоже подошли на шумиху и стали свидетелями финала конфликта. Однако рассказывать сейчас ничего не хотелось. Поэтому, отмазавшись парой общих фраз, мы с Аней отправились прямиком в свою комнату.
Слишком долгий день. Столько событий кого угодно измотают как физически, так и эмоционально. А такое завершение дня… Не хотелось даже обсуждать ничего. Аня знала, что ошиблась, и я мог повести себя осторожнее, Диего тоже мог бы не рисковать, уже и так имея довольно паршивую репутацию… Все пошло неправильно, но кое-как удалось выкрутиться. Так что сейчас к черту все мысли, нам нужен отдых! Утро вечера мудренее. Обдумаем все уже завтра.
За тем самым злосчастным столиком долгое время оставались лишь Оля с Максимом. Они тоже молчали, и к еде так и не вернулись, но просидели столько, что оказались одними из последних гостей. За все это время Оля лишь тихо поблагодарила друга, а он постарался в ответ подбодрить девушку, сказав что все будет хорошо.
В итоге была уже почти ночь, когда они покинули столовую, в которой уже большую часть столов вернули на привычные места, а угощения давно убрали. Максим проводил девушку до самой ее комнаты, после чего и сам пошел отдыхать. Его долгий и напряженный «дозор» последних дней наконец был окончен.
Все старшекурсники сегодня спали как убитые. Даже сильно раненые, кому пришлось остаться в больничных палатах, все равно погрузились в крепкий сон от усталости. Только одна девушка никак не могла заснуть. Оля Громова мучилась от непонятного, но очень сильного чувства тревоги.
Ни о чем хорошем, произошедшем за этот день, она просто не могла теперь заставить себя подумать. Дважды она вставала и шла в ванну, где долго смотрела на маленькое ледяное деревце, ее сокровище. Тогда ей становилось немного легче, но как только она возвращалась в постель, стараясь заснуть, то тревога вновь подступала, заставляя сердце колотиться, а дыхание становиться неровным.
Вдох… Выдох… Нужно успокоиться.
И тут раздался стук в дверь.
Негромкий, но требовательный. Бескомпромиссный.