Чтение онлайн

служу царю и нахожусь на страже».307)

Столь же оживленными были и морские сношения с городами Финикии и Сирии.

Египетские корабли постоянно посещали города [266] финикийского и

сирийского

побережья. С другой стороны, сирийские и финикийские города постоянно

везли самые

разнообразные товары в Египет. Об этом мы часто читаем в амарнских

письмах. Так,

Аммунира, князь Берита пишет египетскому фараону;

«... смотри, когда вошли корабли царя, моего господина, которые... в

Берите, послала

служанка царя, моего господина,... на кораблях царя, моего господина, послал я».308)

О том, что корабли большого торгового города Финикии Арвада находились в

египетских

портах, сообщает египетскому фараону правитель Гебала в следующих словах:

«Чьи корабли стоят против меня? Разве это не корабли людей Арвада? И

теперь они даже

находятся у тебя. Возьми корабли и людей Арвада, которые находятся в

Египте».309)

С этими караванами и на этих кораблях из Египта шли самые различные

товары в страны

Передней Азии и, в первую очередь, в Финикию, в Палестину и в Сирию. Об

отправке и

доставке этих товаров читаем мы в целом ряде амарнских писем. Так, Таги

пишет

фараону:

209

«... Послал царь, мой господин... через Тухмайю мне и дал Тухмайя один...

из золота и 12

пар платков киту».310)

В другом письме Милькилу просит царя прислать ему лекарственные снадобья

из мирры:

«... Пусть царь, мой господин, пришлет мирры (mu-ur-ra) в качестве

лекарственного

снадобья».311)

Однако Палестина, Финикия и Сирия нужны были Египту не только как

торговые страны,

прямая и непосредственная торговля с которыми имела огромное значение для

развития

всей древнеегипетской экономики, но и как страны с древней и высоко

развитой

транзитной торговлей. Через Финикию, Палестину и Сирию лежали важнейшие

торговые

пути в более далекие страны: в Вавилонию, в Ассирию, в Митанни, в

хеттские области

Малой Азии, наконец, из финикийских приморских городов открывались

важнейшие

морские торговые пути к островам восточного Средиземноморья, на Кипр, Родос и к

островам Эгейского моря. Поэтому укрепление торговых связей с Палестиной, Сирией и с

Финикией имело громадное значение для развития внешней торговли Древнего

Египта в

целом. Этими экономическими интересами Египта объяснялась в значительной

степени

завоевательная политика египетских фаронов 18-й династии, которые

стремились стать

прочной ногой в Палестине, Сирии и Финикии для того, чтобы открыть себе

через эти

страны пути для дальнейшего продвижения в Переднюю Азию.

Торговые отношения Египта с Вавилоном начинаются еще в эпоху Среднего

царства. На

это указывают четыре медных сундука с драгоценностями, найденные не так

давно

французским археологом Биссон де ла Рок в развалинах храма в Тод. В этих

сундуках

было обнаружено большое количество бус, различных амулетов, плоских и

цилиндрических печатей. На некоторых из этих печатей сохранились

клинообразные

надписи и изображения азиатских божеств. На плоских [267] печатях имеются

изображения орла с человеческой головой и крылатого льва. Среди амулетов

следует

отметить изображения зиккуратов, а также сфинксов с головами, украшенными

тиарами.

Все эти данные позволяют предполагать, что эти вещи происходили из

Вавилона и что,

следовательно, уже в эпоху Среднего царства между Египтом и Вавилоном

начали

устанавливаться торговые сношения.312)

В эпоху Нового царства торговые сношения Египта с Вавилоном становятся

значительно

более интенсивными. В амарнских письмах мы найдем целый ряд указаний на

отправку из

Вавилона в Египет самых различных товаров, как, например, лазурита, серебра, изделий

из дерева, украшенных золотом, изделий из дерева ушу, украшенных слоновой

костью и

золотом, масла, колесниц, лошадей и рабов.313) Интересные подробности об

этих довольно

частых отправках различных товаров из Вавилона в Египет сохранились в

целом ряде

амарнских писем. Так, вавилонский царь Кадашман-Энлиль сообщает

египетскому

фараону Аменхотепу III об отправке ему лошадей, дерева, а также изделий

из золота:

«... прекрасных лошадей... 20 бревен... харагабаш из золота... 120

шекелей в качестве

подарка я послал тебе».314)

В другом письме Кадашман-Энлиль сообщает Аменхотепу III об отправке ему

рабов,

рабынь, колесниц и запряжек лошадей:

«25 мужчин и 25 женщин, всего 50 человек... я тебе послал... 10 колесниц

из дерева и 10

запряжек лошадей в качестве подарка для тебя я послал».315) 210

Вавилонский царь, очевидно, в обмен на товары, посланные им в Египет, просит фараона

выслать ему золота и в очень настойчивой форме требует присылки в

возможно короткий

срок возможно большего количества золота. Это требование облечено в

следующую

форму:

«А относительно золота, о котором я тебе уже писал, то пришли мне золота, сколько бы

его ни было, в большом количестве раньше, чем твой посол ко мне придет, теперь же

срочно, во время этой жатвы, либо в месяце Таммузе, либо в месяце Аб, дабы я мог бы

закончить то дело, которое я начал».316)

Египетский фараон не остается в долгу у вавилонского царя и посылает ему

большое

количество ценных предметов. В одном письме, обращенном к вавилонскому