Чтение онлайн

Только тот, кто привык к точности, может стать хорошим летчиком-бомбометателем.

Однажды во время боя у озера X. эскадрилья наших самолетов пролетала над неприятельскими укреплениями. Вражеские офицеры и солдаты, уже научившиеся бояться наших самолетов, попрятались в глубине окопов, так что их не было видно, — казалось — кругом все пусто, только зенитные орудия противника не переставали обстреливать идущие высоко в небе наши самолеты.

Неприятельских солдат раскидало в разные стороны.

Вдруг один из самолетов отделился от остальных и пошел быстро вниз. Очевидно, его задело разорвавшимся в воздухе снарядом.

Неприятельские солдаты высунулись из своих окопов и стали наблюдать за падающим самолетом. И вот они увидели: от самолета оторвался какой-то комок, через несколько секунд над ним раскрылся белый купол парашюта.

Стало ясно: летчик выбросился из гибнущего самолета-

Обрадованные солдаты выскочили из окопов и побежали к тому месту, куда опускался летчик. Они обгоняли друг друга: каждому хотелось прибежать первым, чтобы прикончить беззащитного летчика или взять его в плен.

Летчик еще не приземлился, а внизу уже собралась большая толпа. И все жадно следили за падающим самолетом и за летчиком, который спускался на парашюте.

Вот парашют уже совсем низко.

И вдруг, в тот миг, когда парашют спустился совсем, раздался сильный взрыв, неприятельских солдат раскидало во вce стороны, одних убило, иных ранило.,

А самолет, который, казалось, падал, теперь снова взмыл вверх...

Что же произошло?

Никакой снаряд, оказывается, не попал в самолет: летчик нарочно сделал вид, будто самолет подбит. И летчик совсем не думал выбрасываться из самолета. На парашюте он спустил вместо себя чучело, а внутрь чучела он положил две бомбы. Все это было заготовлено заранее, еще перед вылетом. Когда бомбы ударились о землю, они, конечно, сразу же взорвались...

Так наш летчик перехитрил противника.

«Не было никаких признаков опасности. И вдруг в воздухе промелькнуло со свистом что-то темное, сразу же за этим раздался грохот взрыва: мост, через который мы собирались перейти на тот берег реки, рухнул. Тут только мы поняли, что это был неприятельский пикирующий бомбардировщик. Мы кинулись к пулеметам, но было поздно: самолет уже улетел».

Так рассказывали французские солдаты о том, что такое пикирующие бомбардировщики.

Есть такое французское слово «пике», оно значит колоть, пронзать- На языке летчиков «пике» значит крутой, быстрый спуск, такой быстрый, что самолет словно пронзает воздух.

Пикирующий бомбардировщик обычно летит на очень большой высоте, так что с земли его не заметишь. Приблизившись к цели, — скажем, к мосту, по которому идут неприятельские войска, — летчик делает вдруг «пике»: самолет, словно ястреб на добычу, камнем бросается вниз. Если бы самолет просто падал, то и тогда он приближался бы к земле очень быстро. А тут он еще увеличивает скорость, загребая воздух всеми своими винтами. Поэтому он и летит с невиданной, чудовищной быстротой: километр — в четыре секунды. Он летит, как пуля, прямо в цель. Кажется, вот-вот он врежется в мост и разобьется вдребезги. Но в последний миг, почти в последнюю секунду, летчик успевает сбросить бомбы и сейчас же вывести самолет из «пике» в «горку»:

Пикирующий самолет сбрасывает бомбы.

устремляет самолет круто вверх. Так что в мост ударится не самолет, а сброшенные им бомбы. А сам самолет, взмыв вверх, быстро улетает.

При таком способе бомбардировки не надо уже смотреть в таблицы и заниматься сложными вычислениями: бомбы летят со страшной скоростью как раз туда, куда летел самолет, то есть прямо в цель. И сбрасывают их не с высоты четырех-пяти километров, как при обычной бомбардировке, а почти над самой землей, с высоты трехсот-пятисот метров. Поэтому промахов бывает гораздо меньше.

Самолет, дающий «пике», проносится так быстро, что его почти не видно. Прицелиться и подстрелить его — дело очень трудное.

Вот сколько преимуществ у пикирующего бомбардировщика.

Но не всякий самолет может бомбардировать таким способом. При быстром полете сопротивление воздуха становится очень сильным. Ведь даже в поезде, когда он идет быстро, мы стараемся не слишком высовываться из окна, — с такой силой несется воздух навстречу. А самолет во время «пике» мчится в пятнадцать раз быстрее поезда. Это значит: если бы летчик вздумал в этот миг высунуться из кабины, ему бы ветром оторвало голову.

Самолет должен быть так прочен, чтобы выдержать этот чудовищный напор воздуха.

В тот миг, когда бомбардировщик выходит из «пике» и начинает делать «горку», он испытывает такой страшный толчок, от которого обыкновенный самолет рассыпался бы в щепки-

Пикирующим бомбардировщиком может быть не всякий самолет, а только такой, который специально построен для этого.

Да и не всякий летчик может бомбардировать таким способом.

Каждый, кто качался на качелях, помнит, наверное, как замирает сердце, когда качели, которые шли только что вниз, начинают итти вверх. Пикирующий бомбардировщик тоже идет сначала круто вниз, а потом сразу же круто вверх. Но все происходит так быстро, что это нельзя и сравнивать с качелями!

Если посадить на пикирующий бомбардировщик человека, не прошедшего никакой тренировки, то сердце у него не замрет, как на качелях, а разорвется, остановится навсегда.

Летчик должен иметь здоровое, крепкое сердце И не только крепкое сердце, а еще и крепкие нервы.

Ведь летчик в один миг должен успеть сделать два дела: сбросить бомбы и вывести самолет из «пике». И тот, кто опоздал всего на секунду, уже погиб: за секунду самолет долетит до земли, ударится о нее и разобьется вдребезги.

Летать на пикирующем бомбардировщике может только тот, у кого железное здоровье, кто хладнокровен, решителен и расторопен.

Учебный самолет «У-2» готов к вылету. В кабину позади летчика садится парашютист.

Сердце у него замирает от предчувствия чего-то необычного. Первый прыжок — нелегкое дело! А вдруг парашют не раскроется? Нет, этого не может быть: опытный мастер складывал и проверял его.

Взмах флажком — и мотор взревел, самолет покатился по ровной площадке. Выглянув через несколько секунд из кабины, парашютист с удивлением, видит: земля уже довольно далеко внизу. «Когда ж успели оторваться?» думает он.