Чтение онлайн

– Лучше сдохнуть, чем служить тебе, - съязвил Медведь.

– Тебе понравилось умирать?
– Эмилия улыбнулась шире.
– Приму это к сведению. Однако я не договорила. Если б вы все тогда согласились, то Дмитрий тогда б был жив, а Роману не пришлось бы страдать за решёткой.

– Уверен, что они бы предпочли эту судьбу служению тебе, - заявил Миша. Правильно! Молодец! Полностью солидарна!

– Я вижу, у тебя с помощничками совсем напряг?
– присоединилась к их спору я.
– Только трое к тебе скоро явятся. А больше совсем никто не хочет принять твою сторону?!

– Поверьте, не только трое, - заверила Мила.
– И кроме этого у меня ещё есть свои люди. А ещё - на моей стороне полиция. Подумать только!
– иронизировала она.
– Твои же родители! Отреклись от собственной дочери!
– я постаралась сохранять невозмутимость на лице и не выказать лишних эмоций.
– Но, повторюсь: если бы вы не убили людей, кто действительно были важны для меня - я бы смягчила вам приговор до условного срока. Потом бы вы всё равно тайно для всех вступили в мои ряды... А что до тебя, Филипп...
– она оглядела его взглядом хищницы.
– То тебе предстоит гнить за решёткой до самой смерти. Уверена, тюрьма тебе её приблизит.

Филипп кипел весь от возмущения.

– Как ты могла убить своего деда?! Он ведь единственный тебя содержал и воспитывал... Правда вот, недостаточно. Мало у него было времени. Но что он сделал тебе плохого?! А я?! А эти подростки, когда ты их отправила в путь?!

Да, ситуация напряжённая. Я, Миша и Филипп полны гнева, а Мила - спокойная, как удав, только злобная и насмешливая.

– У, столько вопросов сразу!
– в знак удивления она демонстративно выпучила глаза.
– Но я могу сразу на них ответить. По очерёдности. Дедушка мой был наивный дурак, и мне нужно было забрать его силу - ну, Медведев с Васильевой догадались об этом, - она лукаво подмигнула нам.
– А ты, Филипп, всегда был излишне подозрительным, чем очень досаждал мне. Если бы я затеяла что-то фундаментальное, более грандиозное, нежели данная авантюра, и это дошло до твоих "нелюдимых ушей", ты бы мне помешал, и я лишь решила заранее это предотвратить. А подростки - они оказались слишком большими любителями приключений на свою пятую точку и очутились не в то время, да не в том месте - в моём кабинете

– Сволочь!
– не удержалась я.

– Змея!
– процедил Медведь.

– Иуда!
– добавил Филипп.

Мила насмешливо закатила глаза, приложив руку к сердцу, хотя я сомневаюсь в том, что оно есть у неё. Наверняка она чем-нибудь его себе заменила.
– Столько комплиментов! Да вы мне просто льстите! Кстати, раз вы так добры ко мне, хочу вас предупредить: уже поздновато для ритуала Отмены - полиция уже на подходе, в нескольких метрах от вас!
– она издевательски всем помахала рукой.
– Неудачники! Чао! До встречи в суде!

И карта вернулась к обычному своему виду. Эх, будь она проклята! И Мила, и эта карта! От них одни только неприятности! Филипп, будучи в той же степени разъярённости, как я и Медведь, мигом сжёг эту карту.
– Всё, теперь Мила уже не сможет нас видеть. Посмотрите, как далеко полиция.

Я послушалась и заглянула в окно. Какой ужас! Мои родители в сопровождении подчинённых уже поднимаются вдоль по склону, и через минуту две они будут уже у дома. Я встретилась взглядом с матерью. О, Боже, она меня увидела!Быстро я убрала свою голову из поля зрения.

– Они уже здесь!
– с нотками паники ответила я.
– Что же нам делать?

Как же хочется противостоять Миле, чтобы свергнуть её с поста директрисы и заключить за решётку на веки вечные, но мне, Мише и Филиппу нечего противопоставить ей так, чтоб родители поверили в нашу невиновность. И скорей за решёткой окажемся мы, чем Эмилия! Единственная надежда, чтобы избежать этого, остаётся на Филиппа.

– Сейчас я вам всё объясню, - он торопливо прошёл к противоположной стороне дома. Там находился мольберт и лежали картины, раскиданные по деревянным столам. Филипп взял одну из них в руки, любовно рассматривая её. Но холсте был изображён красивый и живописный пейзаж. Вверху светит яркое солнце, которое освещает поляну, окружённую лесом и на которой стоит большой двухэтажный каменный дом, ограждённый небольшим забором. Около этого дома стоят отдельные помещения - скорее всего, конюшня и хлев. Неподалёку - находится сад с огородом, в котором стоят теплицы, и чуть поодаль - течёт водопад.

– Видите ли, я не только маг, но ещё и художник, - тихим голосом и в быстром темпе начал издалека Филипп.
– Я с давних времён изучаю магию живописи и весьма преуспел в этом. Я научился делать картины живыми, хотя изображения на них и не двигаются в нашем мире. Эта картина - моё наилучшее творение. Я нарисовал внутри этого дома всё, что мне необходимо для своей деятельности как учёного и и волшебника - все алхимические принадлежности, мебель и то, что нужно для занятий магией. Временами я жил там и ни в чём никогда не нуждался - огород обеспечивает еду, коровы и козы дают молоко, а из родника можно выпить чистейшую воду. Я готов разделить с вами созданный мною мир, поэтому надевайте рюкзаки и возьмите друг друга за руку.

Сам он взял в руки Полотно прошлого и Настоящего и оставил под мышкой. Мы с Мишей в спешке надели рюкзаки, пригибаясь перед окнами так, чтобы быть незамеченными. Хотя это всё равно ничего не даст - мама уже меня видела. Снаружи раздался голос отца:

– Откройте! Мы знаем, что вы все здесь! Да, дело плохо. Я взяла ладонь Миши в свою.

– Быстрее, кладите свободные руки ко мне на плечи, - шёпотом велел Филипп. Мы мигом послушались.
– Я перенесу в тот мир и саму картину, ведь если она останется здесь, Стражи Порядка увидят нас на холсте и выудят нас из того мира.

– А это не опасно - помещать картину в саму себя?
– тихо поинтересовалась я.

– Нет. Я так уже пробовал - и ничего не случалось, - Филипп держал картину двумя руками. Мы с Мишей стояли за его спиной, сложив ладони на плечи Филиппа. Снаружи послышалось, как мама открыла дверцу ворот заклинанием. Я запаниковала сильнее. Ну же, давай, Филипп! Скорее!
– Immersus est mundus ego sum et a me, qui tamdiu eget meus mihi (Я погружаю в созданный мною мир самого себя и тех, кто держится рядом со мной, нуждаясь в моей поддержке). Картинный пейзаж засверкал перед моими глазами, постепенно увеличиваясь в размерах. Постепенно я ощутила, как меня втягивает внутрь него, и вокруг нас с Мишей и Филиппом всё заискрилось и замерцало, обретая природный вид поляны и леса. В нос ударили разнообразные приятные запахи, и послышался небольшой шум родника.

Я обнаружила, что стою вместе с Мишей и Филиппом на дороге, ведущей к дому из камня. Рядом цветёт красивый фруктовый сад с фруктовыми и ягодными деревьями, на грядках - растёт земляника, клубника, ну и Виктория, наверное, тоже. С другой стороны - огород, на котором цветки капусты "устроились в ряд", а рядом с ними - клубни картофеля и зелёные помидоры, привязанные к доскам. В детстве мне приходилось иметь дело с огородом, так что, раз мне придётся тут жить - я справлюсь. Филиппу и без огорода есть, чем тут заняться.

Из хлева послышалось мычание коров, блеяние коз и овей. В конюшне лошади оживились и застучали копытами. Ещё донеслось и квохтание куриц - похоже, что здесь есть инкубатор. Живность почувствовала, что прибыли люди. Всё вокруг ожило. Мы с Мишей в радостном потрясении оглядывали всё вокруг. Филипп нас выручил, как и самого себя! И мы все оказались в таком удивительном месте! В мире, который создал он сам!

– Добро пожаловать!
– видя наши эмоции, приветливо сказал он.
– Вы замечательные ребята, поэтому я и впустил вас сюда! В моё отсутствие здесь никогда ничего не меняется - фрукты и овощи не гниют, а животные - не погибают без пищи. Потому, как без человека здесь невозможна жизнь, и всё становится лишь нарисованным. Я надеюсь, что тут вы отдохнёте от всех невзгод, которые вам пришлось пережить в мире реальности, и здесь вы можете находиться сколько угодно! На за это право вы должны будете ухаживать за животными и растениями, - предупредил старик.
– Так вы позаботитесь о нашем пропитании. А то я всегда буду занят другими делами.