Чтение онлайн

Ох, неспроста эта ложь, неспроста! Неужели Мила решила использовать наше исчезновение, чтоб снять всю вину с себя... и свалить всё на нас?! И Филиппа, который досаждал ей своими подозрениями! Скажет, мол, что без влияния сильного колдуна мы б никого не убили, да и не смогли бы изчезнуть... А у нас даже нет и свидетелей, кто б что сказал в нашу пользу! Или есть? Маги-охранники, которые стояли у ворот во время того, как Эмилия провожала нас в путь. Но их она наверняка как-то ликвидировала.

– Поначалу я их словам не придала значения, - продолжала Эмилия.
– Ну, не хотели афишировать - это их право. Но после разговора с ними мне захотелось проверить: кто проникал в тот день в дедушкин кабинет? Я провела так называемую экспертизу, начиная от самого лифта, используя заклятие Обнаружения. И я увидела на кнопке вызова лифта отпечаток пальца Медведева, - я вспомнила её странные просьбы в тот день, когда она нас вызвала к себе в кабинет. "Нажмите, пожалуйста, на кнопку", "Откройте, пожалуйста, дверь" - и теперь всё встало на свои места. Я-то тогда подумала, что у неё помутился рассудок от траура, а оказывается, она изначально всё спланировала, чтобы свалить обвинения на нас.
– Дальше - я обнаружила следы его нахождения в лифте, также, как и следы Васильевой.

Ага, а свои следы, что ты оставляла единовременно с нами - так ты их благополучно стёрла, как и утренние, когда направлялась к своему дедушке?! Браво, Милли, ты прямо спец по своим делам! Но только удастся ли твоей магии быть незамеченной при осмотре Стражей Порядка? Или ты уже об этом позаботилась?

– Дальше - Васильева открыла дверь. Она призналась мне в том, что у неё и Медведева были весьма неплохие отношения с моим дедушкой, так что он сделал вход для них всегда доступным. Разумеется, если использовать заклинание...

– Молчать!
– разъярился мой папа. Мила послушно закрыла рот. Я улыбнулась. Всё-таки хорошо, что отец на моей стороне.
– Вы что, обвиняете мою дочь в убийстве?!

– Нет!
– тоном святой невинности заверила Мила.
– Я просто говорю, что она и Медведев нравились дедушке,но высказываю предположения! Возможно, что она кем-то околдована!

Сволочь! Умеет же держать себя так, будто б в действительности является оскорблённой жертвой. Обиженной судьбой и непредвзято мыслящей. На самом деле же она всё спланировала изначально - по-тихому траванула своего деда и устранила самый успешных и умных подростков, мол, это они отравили Родиона Филимоновича и, почуяв неладной из-за её вопроса - поспешили ретироваться! И всё это, конечно же, не обошлось без содействия сильного мага - Филиппа.

– Не в вашем положении высказывать предположения!
– жёстко отрезал папа.
– Вы - подозреваемая, - акцентировал он и обратился к сопровождающим Стражам в доспехах.
– Проверить лифт и все кнопки вызова с первого этажа!

Подчинённые кивнули и скрылись за дверью. Завуч несмело обратилась к маме и папе:

– Ну что, я тоже могу идти?

– Да, пожалуй, вы нам здесь не нужны, - отвечал мой отец.
– Если нам что-то понадобится - мы вас найдём. Только, пожалуйста, дождитесь возвращения Стражей, чтобы им не мешать.

Завуч кивнула. Подчинённые возвратились минут через пять, и она смогла спокойно уйти.

– Ну что?
– взволнованно спросила мама.

– Капитан Васильева, всё абсолютно так, как и говорила Эмилия Фокс. Вчера эти дети действительно направлялись на лифте сюда. Мы даже проверили дверь - её открыла заклинанием ваша дочь. Мама ахнула.

Ну, всё! Теперь они с папой точно будут подозревать меня с Мишей. И бесполезно надеяться на обратное.

– Я не верю...
– расстроенно произнёс папа.
– Хотя... зачем им иначе сбегать? Только лишь для того, чтобы скрыться от подозрений.

Его взгляд обратился к Миле. Та лишь, изображая горечь, пожала плечами.

– Я ничего не утверждала, - сказала она.
– Я только лишь высказала предположения. К тому же, сами ребята сбежать не могли. Им явно помог кто-то сильный на стороне.
– А у вас есть предположения, кто бы это мог быть?
– спросил мой отец. Кажется, папа начинает доверять Милли... Что очень плохо. Папа, пожалуйста! Не верь ей! Но этот разговор состоялся в прошлом и неизвестно, чем он закончился. "Может, всё не так плохо?" - тщетно пытаюсь убедить себя я.

– Я даже не знаю, - будто б задумалась над данным вопросом Эмилия, на самом деле - прокручивая в голове дальнейший сценарий.
– Им мог быть кто угодно.

– Ну а вы можете дать нам кого-то конкретного? Я понимаю - наши претензии к вам несправедливы, ведь нам казалось, что только вы имеете неограниченный доступ к данному кабинету, но на самом деле всё оказалось иначе. Страже Порядка важны ваши показания.

– Подожди, - нахмурилась мама.
– То есть, ты готов обвинить свою собственную дочь в убийстве директора Института?

В глазах папы сияли боль и решительность.

– Если улики все будут против неё - то да, - отвечал маме он.
– И тебе тогда тоже придётся поверить в её причастность.

Мне больно слышать такое от собственного отца. Медведь приобнял меня крепче, чтоб поддержать, но не сказал ни слова. Ему, как и мне, очень важно услышать, что происходило дальше, не упустив при этом ни звука.

Мама моя промолчала. Неизвестно, что именно она подумала, решив оставить мысли при себе. Однако то, что оона не стала возражать, отрицать - это уже дурной знак.

– Ну, тут я могу, конечно и ошибиться...
– Мила растягивала свою речь и, казалось: она в неуверенности. Кому угодно, только не мне.
– Но у моего дедушки всегда был друг. Его зовут Филипп. Сначала он мне понравился - я была ещё маленькой и всегда восторгалась его фокусами и подарками. Но затем я стала замечать его недобрые взгляды на дедушку...

– Наглая ложь!
– заявил Филипп. Мы с Мишей взглянули на него, представляя, что он сейчас чувствует. Но вообще-то там почти всё ложь, но мы-то с Медведем молчим.- Простите, пожалуйста!
– Ничего!
– и мы с Мишей вернулись к просмотру.

– Я - сирота, и дед был единственным, кто растил меня. Поэтому я приглядывалась ко всем, с кем он дружил. Как у всякого погружённого в науку человека, таковых у него было мало. Но все были искренними. За исключением Филиппа. Филипп ничуть не слабее моего деда и в той же степени мудр. Он даже как-то в шутку обмолвился, что не прочь тоже бы стать директором Института. Хотя я почему-то сразу подумала, что не совсем в шутку. А мой дед ему пообещал, что вот после смерти Филипп займёт его должность, если не умрёт раньше. Но сейчас эту должность занимаю я, и мне уже страшно за свою жизнь: вдруг Филипп сумеет заколдовать ещё каких-нибудь учеников и заставить их убить меня?!