Волки скалятся в тенях
Шрифт:
Алиса прислушалась, затаив дыхание. Никаких шагов и разговоров не доносилось с ближайших помещений, дом был погружен в мертвую тишину, от которой даже у нее пошли мурашки. Затем Алиса аккуратно ступила на паркет, и снова ни единого звука. Казалось, хозяин этой обители привел каждую мелочь в старом особняке в полный порядок.
— Сколько барахла, — голос Друга разбил хрустальную тишину, и Алиса была благодарна ему за то, что он напомнил ей, что она не одна. Кто-то стоит с ней рядом против целого мира.
Алиса придирчиво изучила обстановку. Шкафы с открытыми полками из красного дерева, заваленные книгами разного цвета и размера, стояли у каждой стены, кроме одной. На багровом фоне висели две головы: затравленным взглядом глядели волк и олень. От этой сцены ужас мокрой и заплесневелой веревкой скрутил нутро Алисы. Она нервно сглотнула, ощущая, как в горле до противного резко пересохло. Что вообще был за человек этот Джонатан Вильцгейм?
— Ни за что бы не поверил, что он грезит о возвращении клана Воителей и Волков, — прошептал Друг, словно его мог кто-то еще услышать, или… ему тоже не по себе?
Алиса мотнула головой, прогоняя тревогу. Они не в музей пришли, а по делу.
— Есть какие-нибудь мысли? — Поинтересовалась она через несколько минут, как начала ощупывать книги в поисках какого-нибудь тайника. В кабинете не было ни сейфа, и ничего такого, куда можно было бы спрятать то, что способно разрушить чью-то жизнь. Алиса уже начала сомневаться в том, что бумаги находились именно здесь. Не был же Джонатан таким дураком, что разболтал заказчику, где хранил главный рычаг давления.
Если его не боялись настолько, что ему было нечего скрывать.
— Осмотри ящики, — скомандовал голос внутри. — Ничего не найдем – уйдем. И скажем этому олуху, что дал ложную наводку.
— И потребуем несколько сотен сверху, — согласилась Алиса и двинулась к столу.
— Умница.
Начало было положено с нижнего ящика, который легко поддался, но там не обнаружилось папки, подходящей под описание. В красный была окрашена нужная папка, а они, словно быки, разъяренно искали ее.
Во втором ящике снова ничего, а в третьем и вовсе были истории болезней. Не лучшее чтиво на вечер. Скоро ящики на одной стороне закончились, и они перешли к другой, снова начав снизу. В одном из них им удалось обнаружить какие-то счета и контракты, а в следующем — блокноты в кожаном переплете. Алиса прыснула. Неужели хирург вел мемуары? И о чем же он интересно писал? О том, какие у кого камни в почках?
Левой рукой Друг залез под стол. Он надеялся нащупать там тайник, но рука наткнулась на закрепленный топор.
— А с ним шутки плохи, — похоже, Друга позабавила находка, но Алиса все больше впадала в некое подобие уныния. Ей хотелось поскорее разделаться с этим заказом и наконец-то сбежать из Бьюттерирайта в Мекролв, где они могли бы начать новую жизнь, где они могли бы дышать по собственному желанию, а не по указке короля.
Алиса потянула последний верхний ящик. Однако он не спешил открываться.
— Кажется, нашли, — Алиса непроизвольно улыбнулась. Облегченный вздох сорвался с уст, и она дернула ящик со всей силы.
Свет в бра резко потух, а внизу зазвенели колокольчики тревоги.
— Руби! — от крика Друга у Алисы чуть не лопнули перепонки. Левая рука сорвала топор со слабого крепления, и она перехватила рукоятку. Они нанесли первый удар, но на лакированной поверхности осталась лишь царапина.
— Сильнее.
Следующий удар прорубил дерево, но топор застрял, и Алисе пришлось упереться ногой в стол, а Другу приложить все усилия, чтобы вытащить его. В конце концов, у них получилось. Им не нужно было лишних слов при работе вместе — в критических ситуациях они становились одним целым.
Пришлось обрушить еще несколько мощных ударов, чтобы разрубить место над ящиком до конца. Друг кинул топор в сторону, а Алиса залезла рукой в щепки.
— Что за… — она вытащила белоснежный револьвер. Оружие выглядело великолепно: курок и спусковой крючок были сделаны из чистого золота, а остальная часть была усеяна драгоценными камнями разного цвета, которые в конечном итоге складывались в один узор — розы и стебли.
Работа настоящего мастера. Но они пришли не за этим.
Тот вечер Алиса еще долго буду проклинать в ночных кошмарах.
Разочарование достигло своего апогея. Казалось, оно могло целым океаном выплеснуться за края и без того маленькой чаши терпения, и затопить все вокруг. Однако, утопиться в нем и опустить руки — непозволительная роскошь для Алисы с Другом.
— Мы хотя бы можем выручить за него немного, — стоило ожидать, что он скажет именно это.
— Да кто его купит, — бросила Алиса, и выпрямилась, чтобы двинуться в сторону балкона. Времени было мало, скоро сюда завалится куча охранников. Отчего-то она сомневалась, что хирург сам кинется проверять обстановку наверху.
Здравый смысл должен подсказать ему, что на такой дом может напасть только группа людей. «— Да, здравый смысл, — повторила Алиса. — Отсутствующий у нас».
— Он очень важен для меня.
И тут Алиса замерла на месте. Ее щеки словно обдало ветром, состоящим из тысячи острых льдинок, когда до ушей донесся столь умиротворенный голос.
Свет вновь зажегся.
— Задери подбородок, девочка, — Друг звучал уверенно и грозно. Алиса готова была биться об заклад, если бы Вильцгейм услышал ее извечного товарища, то кровь застыла бы в его жилах, а все нутро свернулось бы маленьким котенком и жалобно запищало. — Он не должен увидеть твой страх.
Да, ее страх. Потому что Друг никогда не боялся. И она послушалась его.
— Позволишь? — Джонатан протянул руку, дружелюбно наклонив голову, так что темные локоны упали и прикрыли один глаз. Данный жест, похоже, должен был обозначить его благие намерения, но это, скорее, походило на покорность перед диким зверем, который мог в любой момент разорвать тебя на части. Джонатан не выглядел человеком, которого легко напугать. Наоборот, он был тем, кто всех запугивает и держит ниточки чужих жизней в своих руках.