Чтение онлайн

– Не вижу смысла семь часов трястись на поезде ради одной постановки. А на классические пьесы я смогу сходить и в наш драматический театр.

– Нет, ты не понимаешь, – убедительно продолжала Света: – В Большом театре огромный холл, украшенный хрустальными люстрами. Там множество мужчин и женщин, одетых в лучшие вещи из модных домов. А еще туда приезжают оперные певцы из всех уголков мира. Вот ты слышала когда-нибудь «Волшебную флейту» в оригинале?

– Не припомню, – Кира задумалась: – А разве есть вообще толк от нее для сотрудника?

– Что значит толк? – в разговор вмешался Антон: – Я считаю, что каждый человек, в том числе и сотрудник, должен быть развит культурно. Ты же читала Пушкина в школе, хотя, скорее всего, не планировала стать профессиональным писателем.

– Так Пушкин является нашим непосредственным наследием, ценность произведений которого распространяется на века. Ваша же «Волшебная флейта» – очередная выдумка режиссеров, желающих порадовать столичный бомонд.

– Вообще – то это Моцарт, – смутилась Светлана.

– Я знаю. Факт в том, что многие из тех, кто ходит в Большой на Моцарта, не читали и четверти произведений Пушкина. Все ваше увлечение искусством настолько наиграно, будто вы и впрямь убедили себя, что прослушивание оперы раз в год делает из вас хорошего человека. Если бы вам и было так дорого искусство, вы бы в жизни не сунулись в правоохранительные органы, которые непосредственно душат либеральные умыслы человека, – Кира оглядела затихших коллег: – Вы сидите в Вологде и привлекаете к ответственности прокуроров, перепутавших даты на протоколах, так о каком высоком искусстве, необходимом для вашей жизни, может идти речь? А эта ваша Вероника Вернер или как там ее – очередное доказательство слабости той системы органов собственной безопасности, раз они позволили взрастить таких рафинированных генеральских детей. И если вы за костюмы от Гуччи и походы в Большой готовы даже мысленно унизить свой родной город, то положите свои служебные удостоверения начальнику на стол, ибо я не могу даже представить вас продолжателями дела железного Феликса.

Оглядев удивленных коллег, Кира направилась к выходу.

– Максим, можешь съесть мою куриную котлету, – виновато проговорил Антон: – Мне что-то кусок в горло не лезет, ведь я понимаю, что в чем-то наша гордая пташка права.

Вечер прошел без происшествий и, как только стрелка на часах показала шесть, Кира начала собираться домой, предвкушая вечернюю встречу.

«И что же он забыл в общении с моей персоной, если на кону стоит его помолвка с ГРУшницей в Гуччи», – подумала Кира, покидая ставшее родным управление.

Двор сорок второй школы не изменился спустя годы, протянувшиеся от выпускного. Вот спортсмены – любители бегают по дорожкам вокруг футбольного поля. На соседней площадке выгуливаются дети из группы продленного дня. Окна первого этажа украшены очередными аппликациями, которые усердно делались учениками начальной школы, а из кабинета физики на третьем этаже виден портрет Эйнштейна. Вся эта до боли знакомая картина усердной учебы уже не вызывала у Киры никаких эмоций. Старое поколение сменилось новым, и вот уже совершенно другие ученики сидят в дряхлом кабинете истории, откуда до сих пор не убрали портрет Ильича, и усиленно зубрят даты, переписанные в какую – то тетрадку. Грузная директриса выходит из главного здания к единственному припаркованному на территории школы авто. Десять лет назад именно она выдавала Кире грамоту за победу на лыжных соревнованиях, сопроводив свое поздравление вручением какого-то шоколадного печенья в круглой коробке. Чувства призвали девушку поздороваться со старой знакомой, однако, повинуясь голосу разума, она всего лишь отвела в сторону лицо. Отвлекшись от своего пути, сотрудница не заметила, как на нее несется спортивный велосипед, однако крепкая мужская рука, вовремя потянувшая ее в свою сторону, предотвратила нежелательное столкновение.

– М – да, Кира Александровна, а могли бы очнуться в гипсе.

Наконец девушка посмотрела на своего спасителя, коим явился Никита Калинин.

– И все-таки я счастлив, что Вы также пунктуальны как я, – парень взглянул на часы в золотой оправе: – Без пяти семь.

– Да, спасибо за Ваши комплименты и это внезапное спасение, но я все-таки хочу перейти к делу, изложенному в записке.

– Ах да, – Калинин смущенно улыбнулся, растягивая губы в кривой ухмылке: – Вчера я поступил с Вами слишком жестко. Наговорил, чего не стоит, напомнил неприятные вещи. В общем, я хотел бы попросить прощение за свое поведение. Знаю, что Вы можете обвинять меня за неумение держать язык за зубами, но все-таки позвольте мне прояснить ситуацию, прежде чем я буду отправлен Вами на 4 стороны.

– Допустим, я заинтересована, – заговорила Кира, посмотрев ему в глаза.

– Как Вы, наверно, поняли, я знал Вашу мать.

– Откуда?

– Родители вместе служили. Она по делам часто приходила в наш дом, обращалась с нами, как с родными детьми. В общем, где-то за неделю до ее гибели я слег с сильной температурой. На кону были школьные лыжные соревнования, и отец даже слышать не хотел о том, что мне придется их пропустить. Антибиотики, уколы – меня пичкали всем, чтобы на конкурсе я принес им победу, однако лучше от ускоренного лечения мне не становилось. В тот день я возвращался с очередных процедур, а Ангелина выходила из нашего подъезда. Теперь я могу сказать, что у нее был взволнованный вид, но тогда я как-то не обратил на это внимания… Она, как обычно, начала спрашивать меня про учебу, олимпиады, ну и я проболтался ей о лыжном соревновании. Ваша мама была первым человеком, который запретил мне туда идти. А еще она сказала, что я слишком талантлив для этого города, и порекомендовала мне поступать в Первый кадетский корпус в Санкт – Петербург. В конце она проронила фразу «пообещай, что выполнишь мою волю». Я тогда посмеялся, знаете, переезд в другой город, как и прогул соревнования, мне никто бы не разрешил. В итоге я даже сходил на них и тем же вечером слег с пневмонией. А наутро уже узнал, что ее не стало…

В воздухе повисла неловкая пауза. Кира, уже привыкшая к подобного рода воспоминаниям, нежно обхватила ладонь Никиты и, наконец, заговорила.

– И потом Вы уехали в Петербург?

– Ах да, я все-таки туда поступил. Вскоре меня заметили кадровики, отправили в Академию… Мне странно это признавать, но я все еще скучаю по Вашей матери. Она была очень заботливой.

– Только для чужих…

– Простите, что?

– Ну, мама никогда не уделяла внимание мне или моему брату. Она в принципе была очень импульсивной – в противоположность моему хладнокровному отцу, закатывала истерики, скандалы. Из-за обиды на мужа могла перестать общаться с детьми.

– Ее можно понять, столько испытаний упало на ее плечи. Она ведь была первым замом начальника ОБХСС, мало какие женщины достигали таких высот.

– Из-за ее боли все мы несчастны… Я рада, что хотя бы в Вашем сердце ее образ занимает весомое место…

– Кира, – Никита сжал ее руку и посмотрел уже серьезным, осознанным взглядом в ее серые уставшие глаза: – Я просто хочу, чтобы ты была осторожнее. Твоя охота за досрочными званиями тебя и убьет.

– Спасибо, что так переживаете за мою жизнь, – смутилась она, пытаясь достать ладонь из его цепкой хватки: – Но, думаю, Вам следует так переживать за будущую супругу. Все-таки прогулки по нашему городу в платье Шанель могут закончиться для нее не самым приятным образом.

– Ах, Вы уже познакомились? – Калинин продолжил сжимать ее руку, наслаждаясь промелькнувшей эмоцией бессилья на лице Авруцкой.

– Не вижу в нашем знакомстве смысла.

– Раз так, предлагаю продолжить уже наше знакомство в каком – нибудь ресторане. Отказы не принимаются, однако я согласен на любой день.

– Думаете, мадам Веспер куда-то разрешит Вам пойти со мной?

– Задобрю ее еще одной дорогущей сумкой из новой коллекции. А Ваше внимание я смогу привлечь огромным числом историй и интересными диалогами.

– Даже готовы доказать мне гипотезу Пуанкаре?

– Ну, если дама настаивает, – заметив воцарившееся на лице девушки спокойствие, Калинин принялся разжимать ее ладонь.

– Оставьте свой контакт, и я Вам перезвоню.

Вечер неспешно вступал в свои права, покрывая небо бархатно – темным закатом. Капитан ФСБ медленно вырисовывал на кисти своей коллеги цифры из мобильного номера. Страсти уходящего дня накалялись.