Чтение онлайн

— Ага, попался!

Равнодушный и пятеро стражников вошли в хижину.

— Нашел! — похвастался Лови-Хватай.— Всю мебель переломал, всю посуду перебил,— нет нигде! Собрался уходить, запнулся за циновку, поднял ее, а вон где Петрушка.— И он отшвырнул циновку ногой к стене. Руки у помощника были заняты: он держал за шиворот Петрушку.

— Он мой гость,— с достоинством сказал виноградарь,— и я не дам его в обиду.— И он хотел вырвать мальчика из рук Лови-Хватая.

— Веди его, я его накажу,— отдал команду Равнодушный.— Нечего на старика смотреть.

Но старый виноградарь подошел к двери и запер ее на крючок.

— Не выпущу вас отсюда с Петрушкой!

Но разве удержать было старому виноградарю пятерых стражников и сильного Лови-Хватая?

В хижине остался виноградарь, рядом с ним стояла сорванная с петель дверь, а отряд стражников с Петрушкой в центре пошел обратно по улице.

— Я тебе покажу, виноградарь, век будешь помнить, как сопротивляться правителю! — кричал Равнодушный на всю улицу.— Пусть все знают, как выступать против меня.

Солнце поднималось все выше и выше. Становилось жарко, и Равнодушный приказал стражникам идти по краю поселка короткой дорогой. Там росли сады, и было

не так жарко. Тропинка вывела их к речке, через которую был переброшен узкий мостик с шаткими перилами. Небольшой отряд вступил на него. Первым шел Лови-Хватай,

тяжело ступая и размахивая руками. Следом за «ним шли два стражника, потом Петрушка, которого держал за шиворот третий стражник. За ним еще два стражника, и последним, замыкая шествие, шел Равнодушный. Вдруг пятый стражник, который шел последним, наступил на апельсиновую корку, поскользнулся, оперся о шаткие перила, и целое звено их полетело в воду. И надо же так случиться, что именно за это звено держался, проходя по мосту, Равнодушный. От неожиданного толчка он потерял равновесие и полетел в воду.

Речка была не очень широкая, хорошему пловцу выбраться из воды не стоило бы труда, но Равнодушный не умел плавать и сразу пошел ко дну. И тут же вынырнул,

открыл глаза и закричал:

— Помогите! Спасите! — и снова скрылся под водой.

Лови-Хватай и стражники растерянно стояли на берегу. Они умели плавать, но никто из них не решился нарушить правила этого острова.

«Утонет,— подумал про себя Петрушка.— Теперь, наверное, понял, какой несправедливый закон в его стране».

И пожалел: человек все-таки. Когда Равнодушный снова вынырнул на поверхность, Петрушка протянул ему руку.

Правитель с помощью мальчика выбрался на берег.

Вода ручьями стекала с его головы и одежды. Маленькие глаза покраснели, а в оспинках на лице остались капли влаги.

— Вы... Вы...— он гневно посмотрел на стражников и Лови-Хватая.— Как вы смели... — Он не договорил, как Лови-Хватай громко воскликнул:

— Я бы тоже мог спасти тебя, нс я не хотел нарушать закон нашей страны.

— И я не хотел.

— И я! — хором выкрикивали стражники.— Мы подчиняемся законам Равнодушного.

— Теперь ты понял, как несправедлив закон, который запрещает помогать друг другу в беде? — спросил Равнодушного Петрушка.

И весь гнев Равнодушного мгновенно обратился на мальчика.

— Ты еще смеешь учить меня, бездельник! Ты дважды нарушил закон моей страны. Если люди будут помогать друг другу, они, пожалуй, соберутся все вместе да и прогонят меня с острова.

— Правильно! — выкрикнул Лови-Хватай.— Нам нельзя нарушать законы, иначе правителю не будут подчиняться.

— Веди его. Мы будем его судить по законам нашего острова,— оправившись, твердо распорядился Равнодушный.

Правитель пригладил волосы, надел услужливо поданную одним из стражников шляпу, и все двинулись ко дворцу Равнодушного.

НАЧИНАИ-НЕЗАКАНЧИВАЙ

Виноградарь на другой день, как всегда, встал по-стариковски рано. Ему не спалось. Он очень расстроился, что Равнодушный увел Петрушку, и, чтобы зря не ворочаться

в постели, решил лучше поработать на винограднике. Взял он холщевую рубашку, надел ее и почувствовал вдруг что- то необычное. Одну руку продел в рукав, другую продеть не

может. Так и болтается один рукав на боку. Он пытался несколько раз сунуть руку в рукав, но так и не смог этого сделать.

Стал виноградарь обуваться, кое-как башмак надел, а шнурки завязать не может... Надел другой башмак — то же самое. Шаркая по полу ногами, чтобы не свалились

башмаки, виноградарь поплелся к умывальнику. Намылил лицо мылом, стал смывать. С одной стороны лица мыло смыл, а с другой не может.

— Бабочка, дай полотенце, глаза защипало.

Пришла Бабочка, подала полотенце, а он и полотенце в руках держать не может. Половину лица вытер, полотенце выпало у него из рук и змейкой упало на пол. Вышел виноградарь в сад, стал виноград собирать, думает: «Обменяю на рис да отнесу Петрушке, вдруг правитель заморит его голодом».

Стал виноград собирать — опять беда: половину грозди сорвет, половину на лозе оставит, да и кусты мнет.

Одной ногой на тропинку ступит, а другой обязательно на куст попадет. Заглянул к нему через забор, проходя мимо, Пальмовая Кора.

— Что с тобой, сосед? Не заболел ли? И виноград не чисто собираешь и кусты мнешь.

— Да, нет, не заболел,— ответил виноградарь,— только работа сегодня что-то не клеится.

— Ну, если не заболел, то это Равнодушный тебя наказал. Ты, как Начинай-Незаканчивай, ничего сделать до конца не можешь.

— И верно: Начинай-Незаканчивай,—горестно подтвердил виноградарь.— Все утро ничего делать не могу. Как теперь я жить, буду?

Пальмовая Кора рассказал всем о беде виноградаря, и с тех пор стали звать его Начинай-Незаканчиваем. Все сочувствовали ему, а помочь не могли.

Горевал-горевал Начинай-Незаканчивай, но жить-то надо. И стала Бабочка все хозяйство вести: и на рыбалку ездить, и за виноградником ухаживать, и дома убирать да

готовить. А Начинай-Незаканчивай годился только на то, чтобы птиц от виноградника отгонять да сетовать на свою беду. Но беда-то одна не ходит, а вслед за собой другую ве¬

дет. Так и у Начинай-Незаканчивая. Только собралась однажды Бабочка идти на рыбную ловлю, как приходит Пальмовая Кора и говорит: «Иди ко дворцу! Сейчас Петрушку судить будут». Встревожилась Бабочка, быстрее побежала на площадь. А Начинай-Незаканчивай дома остался, как всегда, на винограднике сидел да руками махал.