Волшебные истории. Трилогия
Шрифт:
– Эээ, а что теперь? – после минуты ожидания, тупо спросил я, обращаясь непонятно к кому. – Есть тут кто-нибудь… сознательный?
И именно в этот момент застывшее море всколыхнулось. Охнуло, словно огромный кит и принялось стекаться. Потоки слизи поползли со всех направлений, собираясь в одну единственную точку где-то между ветвей дерева.
– Дорогой!? – раздался знакомый радостный голос откуда-то сверху. – Не может быть! Я не сплю!? Дорогой, это ты!?
– Да, Атрама, это я. И со мной Хина. А теперь кончай играть в прятки и спускайся сюда, – Слава богам, всё обошлось, а то у меня на душе уже начали скрести кошки. События приобретали дурной оборот – такое количество монстров нас раскатало бы в лепёшку и даже мокрого места не оставило бы. Но теперь всё будет хорошо. Атрама не даст в обиду своих друзей. Никогда.
– Сейчас, подождите минутку! О, Атарма так рада! Дорогой не забыл обо мне!!!
– О тебе, пожалуй, забудешь, – усмехнувшись, пробубнил я.
Наконец реки слизи прекратили течь, и тут же девушка спустилась к нам. У неё по каким-то причинам поменялся образ. При первой нашей встрече, это была маленькая девочка. Потом, после столкновения с Гневом, женщина лет тридцати. Теперь она взяла нечто посередине – моя ровесница, может чуть моложе. Два прозрачных хвоста, большие глаза, маленький носик и подбородок, небольшого роста. Этакая вечная озорная малышка, таскающая с собой любимую куклу. Не хватало только рыжих волос и конопушек.
Она обняла нас обоих по очереди, а потом не удержалась и расплакалась от переполнявших её эмоций. Ну, прямо как в старые добрые времена. Да ещё и эти желтовато-малиновые слёзы…
* Следующие пятнадцать минут можно не упоминать – все радовались встрече и воссоединению (девяносто процентов восторгов и ликования, а так же все пролитые слёзы принадлежали слизню, само собой). Но потом пришлось закончить эту идиллию и вернуться в бренный мир. А то дождь уже перешёл из моросящей пакости в "почти ливень". Под сенью светящихся деревьев это нас не сильно тревожило (ну хорошо – меня, что Атраме, что Хине, льющаяся с неба вода была нипочём) но стоит из-под неё выйти…– Слушай, а что у тебя тут вообще происходит? Куда делась эта толпа? И зачем воровать еду? – эти вопросы уже давно крутились в моей голове.
Склизкая немедленно прекратила реветь в три ручья и на глазах посерьёзнела настолько, насколько ей это позволяло новое лицо.
– Ааа, ну… – она растерялась, не зная, на что отвечать первым.
– Хорошо, давай по порядку: почему тут было так много твоих сородичей и куда они делись?
Девушка улыбнулась и благодарно кивнула.– Теперь они со мной.
Лаконично, но для меня хватило и этого. Слизень, когда он один – медлительное, ленивое и туповатое существо, спящее сутки напролёт в какой-нибудь щели или отдушине. Однако изредка случается так, что появляются "гениальные особи". Они, чаще всего, если и ведут себя по-другому, то практически незаметно. Но в совсем уж единичных случаях, разок на сто-двести лет, такой слизень получается чуть более агрессивным или сообразительным, чем должен быть. И вот к такому "лидеру" сползаются остальные, становясь чем-то большим, чем они были сами по себе.
Получается король слизней или, в нашем случае, королева. А Атрама им может многое предложить. А точнее – вечный покой и сон. Магии в её ядре с лихвой хватит на всех слизней нашего мира. Поэтому все местные сородичи склизкой стянулись к ней. Обычно подобные колонии выжигаются магией и горючей смесью. Но я уверен, что девушка справиться с подобной ответственностью – её интеллект и сила воли самую малость уступают человеческому.– Понятно, а зачем тебе мясо? Твоих подчинённых не нужно кормить – они питаются от твоего сердца, ты тоже вряд ли настолько соскучилась по человеческой пище, что решилась на кражу. Так зачем?
– Атрама заботиться о Тие! – гордо призналась склизкая, выпятив грудь, которой, по сути, не было. Два крохотных бугорка, скрытых имитацией обтягивающей кожаной жилетки.
– Тие!? Ты знаешь где она?
– Да.
– С ней всё в порядке?
Слизень замялась, подбирая ответ.– Тия больше не такая, какой была. Она злая. Всё время ревёт и пытается напасть на Атраму, когда та приходит её кормить, – в голосе девушки послышалась неподдельная обида.
Данное известие тоже не сильно меня удивило. Подобного я ожидал, и мы с суккубой заранее подготовились к самому неудачному стечению обстоятельств.
– Отведи меня к ней.
– Дорогой, ты сможешь ей помочь? – жалобно спросила слизень.
– Конечно! Думаешь, я брошу эту вредину на произвол судьбы? Скорее, показывай дорогу, нам стоит управиться до рассвета.
На этой приподнятой ноте мы отправились куда-то дальше вглубь леса, ведомые вновь приобретённой соратницей.
* Проклятый ливень разыгрался не на шутку, стегая в лицо тугими струями воды. Небосвод озаряли росчерки молний, а гром гремел, как барабанная дробь военного марша. Не самая лучшая погодка для того, чтобы скитаться между ёлок. Как назло, тут не было крупных деревьев и всё заросло дикой малиной, боярышником, барбарисом и сиренью. Пришлось доставать клинок и прорубать себе дорогу, слушая мерзкое хлюпанье под ногами. Как бы в болото такими темпами не угодить. С Атрамы станется забыть сказать, что их выбросило посреди трясины. Но кошмар грибника закончился довольно внезапно – мы выбрели на относительно сухое место с огромной гнилой корягой, покрытой толстым ковром моха. Чёрный силуэт вынырнул из дырки сверху, сверкнул багровым росчерком глаз-угольков и бросился на меня. Хина дёрнулась, чтобы прикрыть меня от падающего кулака, но я остановил её жестом. Демоница с донельзя разочарованным выражением на бледном лице пролетела мимо, прокатившись по земле. Не сломленная первой неудачей, она вскочила на ноги и прорычала какие-то слова, нарисовав в воздухе несколько символов. Вокруг меня закружились багровые мухи, сначала несколько, но потом их собрался целый рой. Я отмахнулся от магических насекомых, будто те были обычными комарами и они рассыпались быстро гаснущими в воздухе искорками.– Довольно, демон, тебе меня не тронуть! – улыбаясь, будто встретил родную бабушку, сказал я, силясь перекричать завывания ветра и раскаты грома.
– Мерзкий человечишка! – ой, надеюсь у самой Тии голос не будет таким гадким и скрежетающим. – Я вырву твоё сердце через рот, а затем скормлю тебе его по кусочкам!
– Сильно сомневаюсь в этом… – едко ухмыльнувшись, съязвил я. – Ты сейчас и мухи не обидишь. Поэтому Атраме приходится таскать тебе еду.
– Ххххшаааа, – корча рожи и брызгая слюной, зашипела тварь. Пожалуй, хватит над ней издеваться.
– Когда я заключал пакт со своей подругой, то добавил в основу заклинания парочку побочных плетений, – говоря это, я не торопясь складывал пальцовки. Сначала суккубу опутали чёрные лозы, выросшие из-под земли. Затем на её коже проступили ярко-малиновые символы и фигуры. – С согласия самой Тии, разумеется. Оба срабатывали, при разрушении основного пакта, то есть если наша доблестная баронесса всё-таки полностью превратиться в демона. Первое плетение не давало ей, то бишь тебе, покинуть место трансформации, второе – навредить любому животному или человеку. Я, конечно, не рассчитывал, что задержусь на целый месяц… Ну а теперь, позволь с тобой попрощаться…
– Агггррххх, жалкие смертные!!!
– Да-да, убьёшь, задушишь, скормишь всё что сможешь всем, кому сможешь. Знаем, слышали подобные песенки. Тия, как твой хозяин, приказываю тебе вернуть свою человеческую память!
Суккуба резко заткнулась, перестав вопить на одной ноте и ничком рухнула в мокрый мох. Я вздохнул, убирая со лба прилипшие волосы.
– Хватит уже спящей прикидываться. Вставай, у нас времени в обрез.
– Уууугх, – простонала в ответ женщина, хватаясь за голову и приподнимаясь на локте. – Такое чувство, будто меня кто-то долго пинал железными сапогами.