Чтение онлайн

И вот, лестница закончилась, пропуская нас в такую-же арку, как и на первом этаже. Только здесь уже не было лабиринта. Вместо него мы попали в коридор, очень широкий и длинный. Напоминал он пещеру, прорубленную среди арктических льдов, которые формировались не одно тысячелетие. И тут - те же факелы с холодным пламенем.

Когда мы прошли дальше, то я понял, что в стены что-то вморожено. Какие-то силуэты, напоминающие людей, погруженных под воду в беспокойном море. Только этот миг остановился, и им уже не всплыть.

Я решил разглядеть первый силуэт, придвинулся ближе и ахнул. Вмороженная в глубокий слой льда девушка в полушубке. Длинные черные волосы, круглое, как у матрешки лицо. Она выставила перед собой руки, словно прикрывала лицо от удара. Глаза широко раскрыты. На лице читается ужас. Застывшее мгновение смерти, такое пугающее и одновременно прекрасное.

– Таким, как Январис, не место среди живых!
– мне было очень жалко её. Умереть таким жесточайшим мучительным способом...

– Ленвир. Первая жертва.
– чуть слышно сообщила Декабрина, тоже не сводя глаз с девушки.

Коснувшись ладонью льда, словно в надежде протянуть ей руку помощи, я твёрдо сказал, чувствуя, насколько сильно ненавижу Январиса:

– Он за это поплатится. Он за всех вас ответит! Больше Январис никого не заморозит. Хватит!

В голове уже возникал образ вмороженной в лёд Карсилины, наваждение нужно было скорее прогнать, и я отправился дальше по коридору, стараясь больше не смотреть в запертых во льдах девушек, каждая из которых просила помощи, устремив в центр коридора свои невидящие пустые глаза.

Не представляю, что нужно сделать, чтобы одолеть Январиса. Наверное, я стану тем дураком, который, пытается бунтовать против этих его правил, борется с ним а потом умирает, так ничего и не доказав зимнему месяцу, ибо Январис намного сильнее, а я глупый клоп, который не представляет угрозы. Смогу ли я сдержать обещание, данное погибшим девушкам, что за их гибель наконец наступит отмщение, что он больше не будет никого убивать?

Опустив голову и готовясь к тому, что вряд ли выберусь отсюда живым, я упрямо продвигался вперед. Декабрина, шедшая рядом, вдруг сказала, наверное, мысли мои прочла:

– Для того, чтобы его победить, ты должен знать о Ленвир.

– Не думаю, что душераздирающая история о том, как эта бедняга стала куском льда, будет мне полезной, - ответил я, не понимая, почему коридор такой длинный. Наверное, его протяженность составляет многие километры. Если так, то когда мы доберемся до конца, Карси уже станет частью этой стены.

– А, ты не думал, почему она стала первой жертвой, запустившей ужасную цепочку смертей?

Если честно, мне и в голову прийти не могло, что самая первая из погибших девушек сможет открыть глаза на поведение Январиса. Да и думал я о другом.

– И в чем причина?
– я не смотрел на Декабрину, из головы всё никак не шел образ вмороженной в лёд Карсилины. Это меня нервировало.

– Дело в том, что Январис раньше был обычным человеком. И имя у него было другое, правда, его никто не помнит, оно стёрлось из этой истории, - начала Декабрина, равнодушно разглядывая очередную несчастную.

– Ты шутишь?
– я повернул к ней голову.

– Нет, к сожалению.
– Помотала головой зимний месяц.
– Январис в детстве, да и юности тоже, был очень добрым и сердобольным юношей. Он всегда заступался за слабых...

– У меня это в голове не укладывается!..

– Подожди. С детства Январис любил дочь местного фермера, которую звали Ленвир. В юности она расцвела, и из загадочного бутона превратилась в прекрасную розу, ты и сам можешь оценить её внешность. Многие юноши в поселении с трепетом сердца вздыхали о ней. Январис не отходил от неё ни на шаг, был как верная собачка, и Ленвир это забавляло. Она считала его просто другом, не больше, а Январис любил всем сердцем, с болью каждый раз слыша, как она отправилась на свидание с очередным кавалером...

– Он бы её не убил, если бы реально что-то чувствовал!
– возразил я, снова посмотрев на стену и увидев вмороженную туда блондинку с диадемой на голове, стоящую на коленях, сложившую руки в молитвенном жесте. Тут же передёрнулся и отвел глаза.

– Не перебивай!
– попросила Декабрина.
– В общем, в деревеньке были достаточно традиционные взгляды на женитьбу, когда родители договариваются о том, чьей судьбой станут их дети. Январису, можно сказать, повезло. Его родители и отец Ленвир договорились об их свадьбе. Ленвир, узнав об этом, долго плакала и упиралась такому решению, но его никто не менял, ведь "стерпится - слюбится", многие говорили. А Январис был счастлив. Пусть даже таким образом, но Ленвир будет его...

– Фанатизм -- это, а не любовь!
– не смог промолчать я.

– Погоди!.. Так вот, Ленвир в назначенный срок, просто сбежала, а свадьба не состоялась. Её долго искали, но так и не обнаружили. Январис был разбит, опозорен, ему хотелось любой ценой держать девушку возле себя. Да и в деревне после этой истории на него все косо смотрели. Однако, Январис выяснил, что Ленвир пропала не одна, а с молодым сыном кузнеца, очень талантливым юношей. Куда они направились, никто не знал. Январиса это очень злило, ведь счастье ускользнуло из-под носа, точнее, его украли. Решив, что отыщет Ленвир, что бы ему не стоило, вернет её, юный Январис собрал походный мешок и отправился в путь. Долго он путешествовал по свету, пока не добрался до Снежный земель, в которых обитают зимние месяцы. Да, он мёрз, но это его не сломило. Он шел и шел, видя перед собой лишь Ленвир. Случилось так, что юноша стал свидетелем поединка двух месяцев - прошлого Январиса и Февралия, брата его. Февралий никогда не испытывал родственных чувств, хоть это и был его родной брат, всегда завидовал ему. В общем, Февралий смертельно ранил брата (да, месяц может убить только другой месяц) и тот упал, а Февралий, смеясь, удалился. Сердобольный юноша бросился к умирающему, но тот был уже обречен. Однако силы свои надо было кому-то передать, иначе никак, а тут такая кандидатура сама нарисовалась. Дрожа, прошлый Январис протянул своему преемнику две половинки ледышки и попросил соединить их, говоря, что после этого поступка юношу все зауважают. И преемник согласился, он соединил ледышку и забрал себе силы зимнего месяца, став новым Январисом и забыв своё имя. Вместе с именем он забыл свои тёплые чувства, став холодным и равнодушным к чужой судьбе. Его сердце навсегда заковалось в лёд. Январис больше не испытывал эмоций и чувств, он вообще ничего не испытывал, и ему это нравилось. Он развлекался приобретенным могуществом, в те года были небывалые метели.

– Это ужасно - отказаться от своих чувств и эмоций, вообще от всего!

– Но взамен он получил гораздо больше, чем глупые людские чувства, страхи, эмоции. Он приобрел вечную жизнь и силы, о которых даже мечтать не смел.

– Я не считаю, что это было чем-то большим...

– Освоившись в роди месяца, он перешел к цели, которая не давала покоя - добраться до несносной Ленвир и проучить её. Наконец, нашел, где она с возлюбленным проживала, и жесточайшим образом с ними расправился. Сначала, он на глазах у бывшей возлюбленной заморозил несчастного сына кузнеца, а потом принялся за Ленвир, которая кричала и умоляла не убивать. Январис смеялся, дико, холодно, как зверь, в нём больше не осталось ничего человеческого. Заморозив её, он долго ходил вокруг её тела, созерцая прекрасные формы, и решил взять её к себе в убежище, поставить на видное место, чтобы эта фигурка всегда напоминала ему о победе над теми, кто считал Январиса слабаком, над которым можно потешаться. Чтобы это всегда напоминало о том, как он перестал быть человеком, превратившись в жестокого монстра. После этого случая он замораживал всех красивых девушек, которых встречал, и относил к себе в убежище, оставляя их в этой стене. Теперь они не смогут ему отказать, теперь они не будут смеяться над ним!..

– Ужасно, что он утратил себя, - впрочем, мне не было жаль Январиса.

Коридор сужался, что свидетельствовало о том, что скоро он должен закончиться и привести нас куда-нибудь. Правда, девушки, вмороженные в стены, всё никак не заканчивались. Видеть их, замерших в предсмертных позах, умоляя Январиса сжалиться, - угнетает.

– Ты ведь уже понял, что нужно сделать, чтобы победить моего брата?
– поинтересовалась Декабрина, замедлив шаг.

Я не понимал, к чему она клонит, да и зацепками в той истории, что она поведала и не пахло. Впрочем, была кое-какая догадка: