Чтение онлайн

Те, у кого сил хватало, помогали другим — туго перевязывали раны простыми бинтами, втирали мази, делились последними глотками воды из походных фляг.

Прошло не больше двадцати минут — больше они позволить себе не могли. Группы сформировались быстро, с отлаженной, почти машинной эффективностью, которую не смогла сломить даже смертельная усталость.

Битва кончилась. Теперь начиналась зачистка.

Группа Теодора двинулась к замку. Их шаги по скрипящему щебню и обломкам были тяжёлыми. Взгляды, острые как отточенные клинки, сканировали каждую бойницу, каждую тень. Они шли не как победители, а как сапёры на минном поле, зная, что самую страшную ловушку Архилич мог оставить именно здесь, напоследок.

Вторая группа рассыпалась цепью по периметру главной площади и ближайших руин. Их посохи и амулеты слабо светились, сканируя эфир на предмет остаточной, сконцентрированной магии. Они заглядывали в каждую яму, каждую промоину, ощупывали магией груды камней, ища аномалии, ища спрятанное, пульсирующее зло.

А Элоди повела свою — самую большую и самую измотанную — группу по безмолвным, вымершим улицам. Они стучали в уцелевшие двери, разбирали завалы у входов в подвалы, хрипло кричали в темноту: «Откликнитесь! Орден Света! Есть кто живой?»

В ответ чаще была гнетущая тишина. Иногда — тяжёлый, сладковатый запах смерти. Изредка — тихий, сдавленный плач или испуганный шорох в глубине. Они вытаскивали перепуганных, голодных, сходящих с ума людей, и проводили им наспех обряды поверхностного очищения, и отправляли к условно безопасному месту — на одну из немногих улиц, не заваленных гниющими трупами.

Они были уставшими до полного изнеможения, их броня висела на них неподъёмным грузом, а каждое движение отзывалось пронзительной болью в мышцах и старых ранах. Но они продолжали.

Потому что это был ещё не конец. Скверна разрослась и пустила корни. Даже если физическая оболочка Архилича была уничтожена, колоссальная негативная энергия, пропитавшая камни, землю и сам воздух Нааркома, никуда не делась. Сейчас у них не было сил на глобальный ритуал очищения всего города.

Поэтому они делали то, что могли, шаг за шагом. И план был прост и жесток в своей необходимости: найти Сердце Некрополиса и уничтожить его, лишив скверну сосредоточенного источника. Спасти уцелевших горожан, успокоить их, чтобы волны страха и отчаяния не подпитывали тёмную энергию дальше. И только тогда, с чистой душой и сердцем, зная, что сделано всё возможное, — отдохнуть, восстановить силы. А уже после — медленно и методично, проводить очистку самого города, камня за камнем, улицу за улицей, чтобы в нём снова можно было жить.

Лосиный лес.

Покинув подземелье всей бандой, мы направились в сторону сражения сквозь густую чащу.

Перед выходом я наскоро избавился от менее нужного хлама через систему, в общем-то просто продал кучу всякого из числа доспехов и оружия, а также парочку артефактов и десяток душ. И, выручив пять тысяч очков власти, тут же вложил их в «Око Древа». И теперь, сидя верхом на своём Упрямце, чёрном как ночь скакуне, я мог видеть то, что транслировали три зомби птицы разведчика: панораму поля боя с высоты.

Картинка была ясной. Лагерь барона — островок в чёрном море. И это море шевелилось. Пауки. Тысячи. Их было намного больше, чем тогда, когда с ними схлестнулась Анора. Но тогда они бились ещё и с гоблинами… а сейчас же вся их ярость была обрушена на людей.

Я внимательно следил за происходящим и оценивал силы.

Армия барона была моментально отброшена от леса и самого лагеря и теперь сгрудилась в более-менее упорядоченный боевой строй на открытой равнине ближе к стенам города. Впереди держали линию самые крепкие — щитоносцы и копейщики, за которыми метались офицеры, пытаясь построить всех остальных.

Тут и там вспыхивали магические взрывы — взметались столбы пламени, земля покрывалась инеем, а невидимые лезвия ветра проносились по рядам пауков, кромсая десятки тварей зараз.

Маги барона работали на износ, но самих пауков было так много, что эти точечные удары казались каплей в океане. Пауканы продолжали бесконечным потоком выливаться из леса, и чёрное море вокруг островка обороны только росло, угрожая поглотить его полностью.

Часть войск барона уже дали деру. Я видел, как они разбегаются, кто-то сумел оседлать лошадь и улепётывал от сражения на всех парах.

Да уж… мой «молот» ещё не готов, — холодно констатировал я. — Силы барона растянуты, есть дезертиры, и куча тех, кого просто задавили в самом начале. Но те, кто остались, дают отпор и ещё не окружены. А раз пауки не успели отрезать их или окружить, то если мы нападём сейчас, столкнёмся с обеими сторонами одновременно.

Хм, нужно выждать. По-любому. Пусть лучше они друг друга посильнее потреплют, а мы пока тут в лесочке потусуемся.

— Всем замедлиться, — отдал я приказ, и ментальный импульс, слово хозяина подземелья, пронеслось по рядам стражей. — Идём тихо. Никаких внезапных появлений. Пусть пока что считают, что в лесу никого нет.

Армия послушно притормозила, словно тяжёлая тёмная река, замедляющая своё течение. Скрип костей и лязг доспехов практически стих, сменившись почти бесшумным шелестом сотен ног по опавшей листве и мягкой земле. Даже костяные големы, обычно громоздкие, двигались теперь с призрачной для своих размеров осторожностью.

Я снова обратил внимание на экраны «Ока Древа» и задумался, обводя взглядом застывшую в ожидании тьму.

Хм, насколько же хорош мой план на самом деле? Зажать их между бароном и нами… звучит просто. Но если пауки окажутся умнее, и вдруг у них есть бесконечный резерв, или их королева вмешается…

В голове прокручивались варианты, каждый с новым риском. Мне нужен был совет, взгляд со стороны. Я оглянулся, желая переговорить со своим генералом, и именно в этот момент заметил движение с краю нашего построения.

К Сате, бесшумно скользящей рядом, подбежала небольшая стая шаурмуков. Они двигались с необычной для этих тварей почтительной осторожностью. Я приметил, что вожак, самый крупный, что-то бережно нёс в передних лапах, прижимая к груди. Это была тусклая сфера, цвета перезрелой сливы. От неё исходила странная, пульсирующая вибрация, которую я чувствовал даже сквозь расстояние. Она словно тянула за собой невидимый шлейф леденящего отчаяния, заставляя воздух вокруг слегка мерцать.

Сата остановилась. Её костяная рука опустилась, и вожак шаурмука почтительно передал ей находку. Она приняла сферу, её гипнокристаллы на лбу замерцали чуть ярче, отражаясь в тёмной, матовой поверхности артефакта. Она молча кивнула шаурмукам, и те, поклонившись, развернулись и бесшумно побежали обратно в сторону Нааркома.

Я остановил своего Упрямца и развернул его, направив к Сате. Нежить, двигавшаяся за мной, послушно начала обтекать нас, обходя стороной, сохраняя тишину и не прерывая своего медленного, скрытного продвижения.