Чтение онлайн

Если я хотел перекусить в нерабочее время, то в моем распоряжении были фрукты или необходимость готовить, и она делала ставку на мою лень. Я с меньшей вероятностью сбегаю за кукурузными чипсами и пончиками, если в холодильнике полно полезных закусок. Это было все равно что иметь жену, но без особых льгот. Как она выразилась, если я умру от сердечного приступа, она потеряет работу.

Я положил свой диктофон и фотоаппарат на стол Мири, предоставив ей позже перенести фотографии на свой ноутбук, и направился в ванную, чтобы привести себя в порядок. До того, как она переехала сюда, ванная была довольно убогой, с металлическими стенами, открытым потолком и адскими сквозняками. В ней был стандартный туалет в отдельной кабинке, писсуар, стоячий душ без дверцы и маленькая раковина из нержавеющей стали с выступающими трубами под ней.

За прошедшие месяцы Мири отделала ванную комнату плиткой, стены, глянцево-белыми, а бетонный пол светло-серым фарфором. Унитаз и писсуар остались прежними, но в душе теперь была функциональная дверца. Новая фарфоровая раковина, крупнее предыдущей, стояла на белом меламиновом туалетном столике, достаточно широком, чтобы вместить все ее женские принадлежности. Косметика, увлажняющие и очищающие средства, грунтовки, различные кисти, духи … Да, список можно продолжать. Я даже не буду упоминать, что было в душе. У меня была маленькая расческа, пачка "Олд Спайс", баночка крема для бритья, бритва и зубная щетка.

Взяв чистую тряпку для мытья посуды, я намочил руки, смывая фабричную грязь и мусор, а также всю засохшую кровь. Затем я снял рубашку и осмотрел свой торс в новеньком зеркале, обнаружив еще больше царапин и синяков на боках и спине. Я упал не так сильно, но получился жуткий беспорядок. Удовлетворившись этим, я нашел в ящике стола пузырек с перекисью и вылил несколько капель на другую салфетку. Морщась и чертыхаясь, я промокнул каждую царапину, затем бросил одежду в раковину и направился обратно в офис, где меня встретил Чёнси.

Чёнси был моим соседом по комнате, другом и доверенным лицом. Он уже жил здесь, когда я переехал, и мы стали близкими приятелями. Мы все делали вместе: ели, смотрели телевизор, сворачивались калачиком на моем надувном матрасе, обнимались и дремали. Поначалу Мири он не нравился, но со временем привыкла к его присутствию. Что касается соседей по комнате, то он был относительно тихим и часто не совал нос не в свои дела. Однако он регулярно портил мебель, так как не переставал все грызть.

Мы справились с этим, потому что, в конце концов, это было в его характере. Чёнси был крысой.

Это была норвежская крыса, как мы выяснили после того, как Мири из любопытства поискала породы в Интернете. Он принадлежал к виду, который, после его обнаружения в 50-х годах, вызвал гнев правительства Альберты. С предубеждением и беспощадностью они истребили всех, кого нашли, и объявили провинцию свободной от крыс. Их обманули, они упустили одного. Мы предположили, что он принадлежал кому-то, и его предыдущий владелец выпустил его в дикую природу после того, как его поймали на укрывательстве незаконного вида. Он был слишком хорошо знаком с людьми, независимо от того, кто приходил, без капли страха или дурных предчувствий.

Стоя на задних лапках, Чёнси махал мне своими крошечными ручонками и настойчиво пищал. Он был сыт, но вел себя так, словно я морил его голодом, несмотря на то, что вполне мог сам добыть себе еду на улице, что он часто и делал. На прошлой неделе он обмазался соевым соусом и кусочками риса, что поразило меня, потому что я не знал ни о каких китайских ресторанах в непосредственной близости.

— Привет, малыш — сказал я, подхватывая его на руки и прижимая к груди. Он был свежевымытый, от него пахло детским шампунем "Джонсон больше не плачет". Мири, должно быть, искупала его сегодня утром, а это занятие требовало почти ежедневного внимания, учитывая, с каким удовольствием он ныряет в мусорные баки. Он восторженно пискнул и заерзал у меня на ладони, когда я почесал ему подбородок. Я отнес его на кухню и усадил на пол, где он терпеливо ждал, пока я наливал немного смеси на блюдце. Он пискнул в знак благодарности и принялся за еду, нацелившись сначала на орехи кешью.

Я положил горсть в рот, с удовольствием пережевывая, и направился в свою "спальню", где стояла двуспальная кровать, скрытая за парой перегородок, и маленький белый комод. Я достал свежую рубашку, чтобы не испачкать кровью простыни, скинул ботинки и со вздохом облегчения растянулся на полу. Затем, достав телефон, я перевернулся на бок и пролистал BuzzFeed [1] . Я начал изучать свой тип личности, основываясь на своих предпочтениях в кино и телевидении, прежде чем провалиться в сон на полпути.

Вскоре после этого меня разбудили возмущенные крики разгневанной латиноамериканки.

— Что за черт? — Крикнула Мири из ванной — Ллойд, сколько, черт возьми, раз...

Я притворился спящим. Чёнси, свернувшийся калачиком рядом со мной, почувствовал надвигающуюся гибель и убежал. Что-то холодное и влажное, воняющее перекисью, ударило меня по лицу. Я вскрикнул и отшвырнул это, грязные мочалки с влажным шлепком упали на угол. Сев, я обнаружил, что Мири склонилась над моей кроватью, пронзая взглядом мой череп.

— Ты покупаешь мне новые — потребовала она — Там буквально валялась старая серая тряпка рядом с теми, которые ты мог бы использовать.

— Но белые такие мягкие, и я чувствую их на коже просто восхитительно — заявил я, вытирая лицо рукавом — Если подумать, то это твоя вина, что ты их купила.

Она закатила глаза, разглядывая мои руки и маленькие пятнышки крови, проступающие сквозь рубашку.

— Что случилось?

— Я упал и грохнулся.

— Оглядываясь назад, я чувствую, что ты это заслужил — пробормотала она — Какого черта ты надел белую рубашку? Знаешь что? Неважно. Поднимай свою задницу с кровати и покажи мне, что ты нашел.

Она удалилась, скрывшись из виду, а я неохотно спустил ноги на пол и последовал за ней, низко опустив голову в притворном стыде.

Я жил ради тех моментов, когда раздражал ее. Я безумно любил ее, но это было очень забавно. То, как она резко повернула голову в мою сторону, ее конский хвост живописно взметнулся, а свободная челка упала на лоб. Прищуренный взгляд, которым она смотрела мне в глаза, и то, как раздраженно скривились ее губы… Для меня это чистая комедия.

Я подошел к столу Мири, когда мой телефон снова зазвонил с тем же неизвестным номером. Я отклонил звонок. Взяв магнитофон, я нажал на воспроизведение и передал его ей.

Мири оперлась на локти, холодно глядя, как он заканчивает проигрываться.

— Как Стедману Уитерсу все это сходит с рук? — спросила она.

— В основном, взяточничество и вымогательство — ответил я — Я знаю, что он подмазывал городских планировщиков, и подозреваю, что у него на жалованье есть пара полицейских.

— Даже в этом случае можно было бы подумать, что больше людей обратят на него внимание.

— Я уверен, что так оно и есть, но он умный парень. Я гарантирую, что никакие документы не свяжут его с Колоколом и Мячом. Уличные бандиты сеют хаос в этом месте, а его компания выкупает разрушенный участок и предоставляет элитную недвижимость, в то время как его самого называют "спасителем".