Воробушек по имени Лиз
Шрифт:
– Хог’ошо, Седг’ик. Я приду завтра, а пока мне надо идти. Я и так задег’жалась. Меня могут искать.
– Конечно, иди.
Парень провел девушку до двери.
– Спасибо, Флер, - произнес он.
– Я г’ада, что ты выжил, Седг’ик. Ты вселил в меня надежду! – она обняла парня и вышла за дверь. Перейдя калитку, она развернулась на каблуках и трасгрессировала.
Седрик постоял еще какое-то мгновение, глядя на то место, где только что была девушка, а затем закрыл дверь.
Это был день накануне Рождества.
***
Каждый день после работы Флер спешила в дом друга. Она рассказывала о рождественском вечере, о новой песне Лиз, рассказывала об учебе в Хогвартсе, о том, что чувствовала Лиз на протяжении этих полутора лет. Она так же приносила новости. Вместе они обсуждали и строили догадки того, почему же Седрик остался жив, представляли, как он появится и все расскажет Лиз, как она обрадуется и расплачется от счастья у него на груди.
Так продолжалось целую неделю. Никто из близких ничего не заподозрил. Даже Лиз, которую Флер настойчиво расспрашивала.
В субботу, рано утром Флер по привычке отправилась к Седрику. В полдень Флер ушла.
– Это очень опасно, - сказала сыну миссис Диггори. – Она может проболтаться.
– Она никому не скажет, - спокойно ответил парень.
– Зачем ты все это затеял?
– Мне это нужно, как ты не понимаешь? Пусть я и живой, но, сидя взаперти который год, чувствую, что гибну. Слушая Флер, я ощущаю себя причастным ко всему, что происходит. Каждый раз ,когда она переступает порог нашего дома, я нахожу в себе силы продолжать…
В эту секунду в дверь постучали. Миссис Диггори жестом указала сыну уйти. Седрик вышел в другую комнату.
– Кто там? – поинтересовалась женщина.
– Это я, миссис Диггори, Флег’. Откг’ойте, пожалуйста.
Женщина открыла дверь. В гостиную вошла запыхавшаяся девушка.
– Где Седг’ик? – сбивчиво спросила она.
– Что случилось, Флер? – обеспокоенно спросил парень, заходя в комнату.
– У нас пг’облемы, - держась за сердце, девушка пыталась восстановить дыхание, - Лиз г’ешила жить дальше.
Внутри Седрика все замерло…
========== Chapter 60 ==========
“Он же любит тебя!” - эхом отдавались слова подруги у Лиз в голове. То и дело поскальзываясь, девочка бежала по обледенелой дороге к дому. Она знала, что слова Флер задели ее, иначе она бы не сорвалась и не сбежала как последняя трусиха, а просто спокойно улыбнулась и перевела бы тему разговора на что-нибудь иное. Но ее задели слова…
Вбежав в дом, Лиз тут же побежала наверх в свою спальню. “Лиз, это ты?” - раздался вдогонку вопрос матери, оставшийся без ответа. Только захлопнув за собой дверь, девочка смогла вздохнуть с облегчением. Здесь она в безопасности… от лишних неудобных вопросов, слов упреков, взглядов жалости… Как ей все это осточертело! Накатившая вдруг волна злости обрушилась на нее со всей своей необузданной силой, отчего Лиз в ярости ударила об стену. Как они смеют ее осуждать! Разве они знают каково это?
Человек, которого она любила, ушел… навсегда… туда, откуда не возвращаются… Она долго не принимала этого… Долго страдала… С нее довольно. Неужели они хотят, чтобы она продолжала оплакивать его? Они хотят видеть ее несчастной? Нет, этого не может быть. Тогда в чем же дело? И… неужели Седрик не хотел бы для нее лучшей участи?
Лиз в мрачной растерянности стояла посреди комнаты, когда внезапный стук в окно напугал ее. Вздрогнув от неожиданности, девочка повернулась на звук и увидела в окне Музу, нетерпеливо стучавшую клювом в оконную раму. Лиз поспешила впустить птицу внутрь. Муза гордо влетела в комнату. Она приземлилась на письменный стол, протягивая левую лапу, в которой было привязано письмо. Лиз подошла к столу, потянулась к письму, но птица отлетела к комоду.
– Как это понимать, а?
– рассердилась Лиз. Она подошла к комоду, но Муза снова упорхнула, ан сей раз приземлившись на прикроватную тумбочку. Лиз бросилась к птице, но та поднялась в воздух и крыльями сбила лампу. Та с грохотом разбилась. Меж тем Муза спокойно приземлилась на письменный стол.
– Хорошо, сдаюсь, - примирительно подняв руки, произнесла Лиз.
– Надо было быстрее тебя впустить.
Муза, гордо посмотрев на хозяйку, протянула лапу, что означало, что Лиз прощена.
Лиз быстро отвязала конверт. Обычная бумага, не пергамент, графа отправителя не заполнена. Только надпись “Лиз”.
Вскрыв конверт, Лиз быстро пробежалась глазами по содержимому, с каждым предложением все сильнее хмурясь.
– Лиз, у тебя все в порядке?
– раздался за дверью встревоженный голос матери. Та, видимо, пришла на звук разбитой лампы.
Лиз быстро подошла к двери, открыла ее настежь и решительно произнесла:
– Мне надо в Лондон!
***
– Не нравится мне все это!
– в который раз произнес Сириус.
– Тебе не надоело это повторять в тысячный раз?
– спросила Лиз.
Они оба шли по полупустым улицам Лондона. Суббота. 9 утра. Весь город отсыпается после пятничных вечеринок или трудовой работы.
– То, что ты уговорила меня сделать это, просто безрассудство!
– С каких это пор вы, Сириус Блэк, страшитесь безрассудных поступков?
– шутливо спросила девочка.
– С тех самых, как отсидел за один из таких 12 лет, - хмуро заметил мужчина. Лиз тут же сникла.
– Мне нужно его увидеть. Я бы не просила тебя, если бы не было необходимости.
– Кстати, а почему ты попросила именно меня, а не Джеймса? Или Лили?
– Если это засада, пусть у них будет один Поттер, а не несколько, - заметила Лиз.
– Хм, неплохо задумано. Но, а как же я?
– А что ты? Подождешь меня у входа в кафе. Если что-то пойдет не так, сможешь уйти.
– Ну, спасибо. Не знал, что ты обо мне такого мнения!
– обиделся Сириус.
– Прости… Я, конечно, так не думаю. Ляпнула, не подумав.
– Мы на месте.
Лиз посмотрела через дорогу на здание. Дешевое магловское кафе, каких великое множество по всему Лондону.
– Будь неподалеку, - попросила Лиз и ступила на дорогу.
– Подожди, - ее задержал Сириус.
– Не доверяй ему сразу. Сначала проверь.
– Хорошо, - серьезно ответила девочка и направилась к кафе.
Вот она миновала пустынную дорогу, обошла пару припаркованных машин и остановилась у витрины кафе. Подняв голову, Лиз прочитала надпись “Белый слон”. “Как глупо”, пронеслось у нее в голове. Сделав глубокий вдох, девочка открыла входную дверь и вошла внутрь. Колокольчик у двери известил всех присутствующих о ее появлении. Осмотревшись, девочка отметила пару официантов у стойки, еще одна, молодая девушка лет двадцати с небольшим, потирала столики, за одним из которых спиной к ней сидел тот, к кому спешила Лиз.