Чтение онлайн

Часть баров Хоухая в хутунах и расположена. Эдакое наследование эпох: в древности Хоухай был процветающим торговым районом. С лавками, тавернами, домами обеспеченных людей.

Особняк принца Гуна — один из наиболее сохранившихся княжеских дворцов династии Цин — также красуется в районе Хоухай, точнее, на «Драконьей жиле», что бы это ни значило, соединительной линии между Хоухаем и Бэйхаем (где мы снимали часть танцев).

Особняк — это не просто такой богатый дом. Это целый комплекс зданий: с дворами, садами, галереями, беседками, рукотворными скалами, храмами, и даже зданием театра.

Я, конечно, всеми конечностями за. И поглазеть самой охота, а на будущее: вдруг однажды что-то костюмированное псевдоисторическое снимать соберемся? А тут готовые декорации княжеской резиденции.

Нынче таверны Хоухая сменились на бары. Гунванфу, побыв в какое-то время учебными заведениями и даже заводом, был разграблен, сад пришел в запустение. Особняк прошел долгую и сложную реставрацию. Весной, к цветению глициний, мои замечательные обещали меня туда свозить.

На набережных Хоухая по-прежнему шумно и многолюдно. Как и сотни лет тому назад.

Ночная жизнь, живая музыка, немного (дядя Цзялэ обещал присмотреть, чтобы танцоры не перебрали) выпивки с видом на озеро. Или с чашечкой чая — для того, кто ещё на лекарствах.

А если заскучают, могут устроить ночные «покатушки» на катамаранах.

Пусть ребята отпразднуют и отдохнут. Они заслужили.

Когда господин Дэн услышал, что мы заинтересованы в присутствии танцоров из команды Вихрь на мероприятии, он долго молчал. Кажется, скрежетал зубами. Ничем иным я не могу объяснить странный звук на пределе слышимости из динамика маминого мобильного телефона.

Эта ворона желала восстановить справедливость. Ребята реально пахали на износ. Танцевали почти что на разрыв аорты. В тропической влажности в сорокаградусную жару на солнцепеке — были и такие сцены.

А их просто как фон, марионеток движущихся, отработали и забыли.

Нечестно.

— Хорошо, — после долгих раздумий процедил кастинг-директор. — Позовем девушку, Ланьлань. В качестве представителя коллектива.

Выбор понятен: на страстный танец с элементами «латины» зрители ну очень уж бурно реагировали.

— Жуй Синь оставляет съемочную площадку ради мероприятия, — обманчиво мягко высказала Мэйхуа. — И всем известно, что число четыре — несчастливое.

Я, Жуй, Чжу Юэ — трое, добавляем танцовщицу — четверо.

«Си» в четвертом тоне — четверка, тогда как «си» в третьем тоне — смерть. Зловещее предзнаменование, как тут считается. В нашем кондоминиуме, как и во многих других местах, нет четвертого этажа и квартир с номером четыре.

Суеверия они, конечно, суеверия. Но свиданий со смертью лучше избегать.

— И что же вы предлагаете? — недовольным тоном.

— Пригласить пятым — лидера команды Вихрь, — голос мамочки льется, как патока. — Сыма Кай почти оправился от аварии. Ничего, что он придет на костылях. Сидеть ему травмы не помешают. И своим появлением он покажет фанатам, как они важны всем участникам съемочной группы.

Со «всеми» мать моя, конечно, перебарщивала. Но указать ей на это господин Дэн не мог. Это прозвучало бы грубо.

Появление брейкера на встрече со зрителями (с освещением на ТВ, пусть и в сильно урезанном формате) полезно для развития его канала на Баоку. А единственная девушка в команде поработает «лицом» всего коллектива.

После вынужденного выбывания лидера Вихрь так и так ставит Ланьлань в центр расстановок. Тех, что идут в запись, а затем — на их канал в «Сокровищнице».

Ещё вчера у ребят было полторы тысячи подписчиков. Сегодня — в десять раз больше.

Мероприятие проводилось в торговом центре, в атриуме. Прибыть настойчиво просили за час до начала. Для чего?

Приватность и защита. Заходили мы с черного входа. В ТЦ вызвали, несмотря на выходные, всех сотрудников службы безопасности. И всё же кто-то «подснял», как Чжу Юэ оступилась, выходя из машины.

Эту крохотную неловкость теперь будут мусолить все, кому не лень. У Юэ нет личного телохранителя. Она перемещается с личным помощником (молоденькой девушкой), вроде как больше ей никого и не нужно. Догнать и потребовать удалить снимок было некому.

Вообще, мама же просила наших девушек узнать, как обстоят дела в агентстве Юэ. Небесталанная и приятная девушка — если её обижают, взять под крыло Белого журавля эту милашку не ошибка.

По данным «с полей» выплаты актрисе могли бы быть и щедрее. Но в целом отношение к ней лучше, чем со стороны Радости к Жую. Поэтому «тонких» намеков Мэйхуа ей не делала.

Вообще-то у нашего Жуя тоже до сих пор нет телохранителя. Брать «середнячка» не хотелось, а на лучших желающие находились раньше нас. Это Шу Илинь шла «с браком», что сильно сокращало круг заинтересованных в её услугах лиц.

Наш актер скептически настроен к найму охраны. Как же: он сам крут, силен и мужественен. Кто посмеет это оспорить?

В итоге Мэйхуа немного ослабила давление на брата в этом вопросе. А самому Цзиню нынче не до этого.

Ладно, Чжу переживет это небольшое происшествие. В конце концов, она там просто покачнулась, а не упала в грязь лицом.

Ради особого случая торговый центр откроется позже обычного. Нас как раз успеют накрасить (прямо в магазине с косметикой, спонсорской продукцией), сделать укладку (девушка подвисает над бритой — и со шрамом, к счастью, на затылке — головушкой Сыма Кая).

Меня «старят», в смысле, делают зрительно старше. Не сопротивляюсь, мне же предстоит похожее перевоплощение. От трехлетки к младшекласснице шести лет.

И принарядить нас нужно, само собой — тоже по спонсорскому заказу. Тут снова накладка с Юэ: у неё рекламный контракт, согласно которому она обязана на публике носить вещи определенных брендов. С трудом, переговорами и звонком менеджеру агентства решается и этот вопрос.

Атриум — большой и светлый. Я, кажется, поняла, почему мы именно здесь проводим встречу.

Центральная часть атриума занята огромной моделью парка в традиционном стиле. Миниатюра реалистичная, все детали выполнены тщательно. Там даже вода в водоемах (как?) настоящая.