Чтение онлайн

Мы пришли сюда охотниками, но вдруг сами стали дичью, и нам требовалось как можно скорее найти решение, как заставить этих пернатых хоть немного отступить и дать нам возможность перейти в нападение.

— «Топор»! Принесите его мне, дети мои! Не щадите ваших жизней! Ваш отец и король приказывает вам! — услышали мы громкий крик Киннара.

— И как же ты будешь использовать его, а, попугай? — со злостью ответила ему Астрид, но ее голос утонул в птичьих криках и грязных ругательствах гарпий.

— Его могут использовать лишь те, у кого есть руки! То есть те, кто может держать рукоять! А у этого урода руки как раз имеются! — объяснил нам Эванс. — Если «Топор» попадет к нему, боюсь, у нас не будет даже шанса противостоять ему!

— Не только у нас не будет шанса! Но и у всего Калдвинда! Представляете, что он сделает, если обретет такую великую темную силу? — обеспокоенно сказала я. — Неужели «Топор» так и не слушается тебя, Эванс?

— Нет! — коротко бросил он.

— Он просто издевается над нами! — хохотнула Астрид. — Но это хуже некуда!

— Ты права! Неприятный сюрприз! — невольно усмехнулась я. Моя ладонь с силой сжимала узкую рукоять моего кинжала, а мое сердце билось так быстро и громко, что я отчетливо слышала его биение даже посреди всего этой какофонии.

Мой разум разрывался от мыслей, а душа была наполнена страхом за жизнь невинной жизни, мирно спавшей в моей утробе. Мы слишком поспешили, слишком понадеялись на силу «Топора» и совсем недооценили врага…

«Соберись, Сильвия! Не время для мрачных мыслей! Если ты хочешь, чтобы ты и твой малыш выжили и одержали победу, тебе нужно вспомнить о том, что ты не одна! Пусть дурацкий „Топор“, который так нахваливают все и вся, не слушается приказов Эванса, с нами не только магия, но и одно большое преимущество: „Топор“ все же убивает этих созданий!» — мысленно одернула себя я и, закрыв глаза, глубоко вздохнула и попыталась успокоиться. Мое сердце билось все медленнее, волнение и страх становились все менее ощутимыми, а в разуме стал зарождаться план.

— Нам нужно вырваться из этого круга! Если мы останемся здесь, Мох нам точно не достанется! — решительно сказала я. — Эванс! «Топор» не подчиняется тебе, но все же только он может убить гарпий! Вспомни Цэху, жену Киннара! Мы обезвредили ее магией, но только «Топор» смог закончить ее страдания!

— Я буду помнить об этом всю жизнь! — горько бросил на это мой друг.

— Слушай меня, мой дорогой Эванс Валлас! — вдруг ласково обратилась Астрид к возлюбленному. — Позабудь о том, что случилось и подумай о том, что с нами будет, если мы будем чересчур жалостливы! Они раздерут нас на куски, а наши черепа будут украшать эту грязную мрачную площадь! А я не намерена умирать! Я намерена жить дальше и любить тебя, мой безрассудный маг!

«Безрассудный? Я никогда не назвала бы его так!» — подумала я.

Эванс? Безрассудный? Скорее, наоборот. А вот кто был безрассудным, так это сама Астрид.

— Покажем им нашу маленькую забаву? — вдруг усмехнулся Эванс, взглянув на свою возлюбленную.

— Ты о «маленьком развлечении?» — с хитрой улыбкой поправила его Астрид. — Ох, бедные летающие курицы! Сильвия! Прижмись ко мне! — бросила она мне.

Не задавая лишних вопросов и мысленно удивляясь таинственной беседе парочки, я прижалась к Астрид, крепко обхватила ее талию руками и почему-то крепко зажмурила глаза, но вдруг земля под нашими ногами затряслась, и это заставило меня вновь устремить взор на происходящее: энергетическая оболочка, наш щит от гарпий, вдруг засиял, и так ярко, что я невольно прищурилась, боясь вновь ослепнуть. Должно быть, Эванс и Астрид соединили свои силы и смогли сотворить что-то невероятное, возможно, какой-то сверхсильный огненный ураган или смерч, потому что уже через несколько мгновений, сияние прекратилось, щит исчез, и я вдруг обнаружила, что рядом с нами не было ни одной гарпии.

Магия моих друзей заставила наших крылатых врагов отступить, и многие из них были тяжело ранены, и их перья были обожжены. Некоторые гарпии и вовсе потеряли свои перья, и на их телах виднелись уродливые большие ожоги, которые заставляли их кататься по земле и кричать от боли.

— Не щадите своих жизней! Принесите мне «Топор!» — вновь закричал сидевший на ветви, в полной безопасности, Киннар.

Думаю, страдания его дочерей были ему равнодушны, и он готов был пожертвовать хоть всеми ними, лишь бы добраться до нашего оружия.

Бессердечный король! Бессердечный, жестокий отец! Мой отец едва ли не рыдал, когда Дерек силой увез меня из Фламмехава, а Киннар пользуется своей властью над ними и не жалеет ни их здоровья, ни их жизней!

«Но твой отец тоже послал своих подданых на верную и глупую смерть… Армия Дерека убила едва ли не всех защитников Фламмехава в то время, как его король сидел на своем троне в своем дворце и упивался гордостью» — вдруг услышала я голос Норта в своем разуме, и мне тут же пришлось согласиться с его словами, весь именно так и было.

Куда уводят меня мысли? Мне нужно оставаться здесь, на поле боя!

— Не щадить… Не щадить никого! — шепотом повторила я себе и, подняв взгляд на Киннара, громко крикнула: — Как тебе такое, король? Нравится? Хочешь отобрать у нас «Топор»? Не получится!

В ответ Киннар захохотал, что сбило меня столку.

— Ты так думаешь, дрянная девчонка? Может, у вас есть магия! Но у меня есть мои дети! И они сделают все, чтобы порадовать своего отца! — уняв смех, крикнул он мне в ответ.

— Спускайся! Не будь трусом и сражайся с нами! — вновь крикнула я и, подняв свой кинжал лезвием вверх, презрительно добавила: — Или ты боишься?

— Спустить к ним, Киннар! — вдруг раздался душераздирающий женский крик. — Они слишком сильны для нас! Они убивают наших дочерей…

— Молчи, жена! Погибнут эти, так родим еще! — прикрикнул на супругу король гарпий.

— Мама! Мама, нам страшно! — Из башни гарпий раздался тоненький детский голос, и, невольно взглянув туда, я увидела темноволосую детскую голову.

И я тотчас поняла. Тотчас в моем разуме возник самый, что ни есть, жестокий и коварный план.

Атаковавшие нас гарпии были не единственными детьми Киннара и его жен: самые младшие и слабые скрывались под защитой башни. Уверена: им было приказано сидеть тихо, чтобы мы не заметили их присутствия, но, до смерти напуганные, малыши не смогли перебороть свой страх и нуждались в своих матерях.

Мы оказались правы: птенцы все же были. Маленькие, беззащитные дети.

Бросив быстрый взгляд на своих друзей, я поняла, что они размышляют о том же: Эванс смотрел на маленьких птенцов с болью на лице, а на лице Астрид была написана решительность.

— Не забывай, что мы только блефуем! Мы не станем убивать детей! — тихо напомнила я ей, боясь, что ее решительность идти до конца была слишком яростной, слишком сильной.

— А потом эти твари вырастут и будут похищать и убивать твоих подданных, королева! — горько бросила она мне. — Но, раз Вы пожелаете, Ваше Величество, я подчинюсь Вашему приказу, каким бы идиотским он ни был!

— Нам нужно добраться до них… Если Киннар не дорожит своими взрослыми дочерями, то должен будет подумать дважды, прежде чем дать погибнуть своим малышам! Не жалейте своих сил на взрослых особей, друзья мои! Мы идем к башне! Так быстро, как только… — тихо, чтобы меня слышали лишь мои друзья, сказала я, как вдруг все трое, мы были сбиты с ног толчком со спины и упали на землю лицом.

Удар был таким сильным и неожиданным, что, быстро поднявшись на ноги, я с удивлением и некоторым испугом почувствовала, как ужасно сильно заболела моя голова, и, приложив руку к виску, обнаружила на нем рану. Из этой раны медленно текла кровь… Головы Эванса и Астрид тоже были разбиты. Но кроме голов разбитыми были и наши колени с локтями.