Восход погибшего мира
Шрифт:
Едва подъехали к пальмам раскинувшими тень по земле, нос Ройга уловил запах дыма. Он протянул было руку к мечу, но Лидия остановила его жестом ладони. Среди выложенных неровным полукругом серых валунов небольшой костёр, а рядом шипящие раскалённые угли, с малинными от жара камнями, на которых стоял железный кувшинчик с закипающим ароматным напитком. Возле невысоких кустов с густыми листьями лошадь, она сноровисто ощипывала их.
Волы тяжело сопя протащили повозку до родника и остановились без приказа, припав мордами к долгожданной воде, с шумом и чавканьем начав утолять жажду.
Оазис в окружении покосившихся пальм и редких высоких деревьев с густой зелёной растительностью под ногами, казался нечто волшебным в засушливой степи. Пройдёт пара месяцев и беспощадное солнце окончательно превратит эти места в пустыню, оазис станет единственным спасательным местом для отдыха караванов и дикого зверья.
— Господин, — здоровый чернокожий детина в белом одеянии и такого же цвета чалме склонился на колено перед Агасфером.
Старик повертев головой, одни в оазисе, коротко кивнул ему, показывая, что доволен.
Мафусаил подошёл к повозке, и увидев Ройга испугано замер. Но всё же протянул руку, помогая Лидии спустится.
— Спасибо, — поблагодарила она чернокожего слугу.
— Госпожа, рад вам служить, — расплылось широкое лицо в добродушной улыбке.
Ройг спрыгнул на землю и потянулся за мечом.
— Это лишнее, — Агасфер подошёл к валунам и сел на один из них. — Здесь нам не угрожают.
Мафусаил с готовностью подбежал к костру, на ходу перематывая ладонь лоскутом ткани. Схватив за изогнутую ручку кувшин, поставил его на песок и метнулся к сумке на седле лошади. Достав три серебряных небольшие чаши, вернулся обратно.
Затем разлил содержимое в чаши и первой протянул Агасферу. Старик отмахнулся от подношения, показав, чтобы Мафусаил передал её Лидии. Та приняла, не забыв поблагодарить. Ройг протянул руку к здоровяку, ожидая своей порции.
Мафусаил малость замешкавшись, всё же угостил его напитком.
Ройг сделал глоток, рот ожгло, он сплюнул.
— Что это?
— Кофе, — Лидия недовольно покачала головой, — нужно пить маленькими глотками.
— И надо чтобы он остыл, — Ройг присев на камень, поставил чашу на землю.
— Нет, тогда пропадёт весь его вкус. Ты добавил в него гвоздики? — Лидия делая маленькие глотки.
— Да госпожа, — Мафусаилу польстило, что это было отмечено.
— Мы отправимся в путь, когда стемнеет, — заявил Агасфер.
— К утру доберемся до следующего оазиса, — поспешно произнёс Мафусаил, поворачиваясь к новому хозяину, — если будем идти всю ночь.
— Мы будем идти всю ночь.
Ройг подув на кофе, осторожно сделал небольшой глоток. Вкус необычен, отличался от воды или вина, больше ничего в своей жизни ему не доводилось пробовать. И да, тонкий привкус гвоздики чувствовался.
Мафусаил наблюдал за тем, как чужестранец поддавшись демоническим силам резал зрителей арены. Кочевники решившие навалится на него всем скопом, разрубленными частями валялись по округе. Затем наступила очередь тех, кто не успел бежать. Обуреваемый яростью, воин в чёрном крушил и рубил, женщины, стража, торговцы и дети, всех кто попал под руку, ждала смерть.
Мафусаил впервые испытал подобный ужас, ледяной страх крепко проник в него, подкосив ноги и сделав тело мягким, не способным не то что сопротивляться, но и бежать.
Звон меча, рык, истошные вопли.
В это же время чёрный дым возвышался над Невольничьим рынком, запах гари висел в воздухе разгоняемый ветром. Люди гибли от огня и давки, у кого были корабли, поспешно возвращались на них, отталкивая несчастных, умолявших забрать с собой.
Одержимый продолжал преследовать убегающих, там где он, земля обильно покрывалась кровью. Мафусаил сумел разглядеть его глаза, они вовсе не безумные, в них холодное пламя тьмы жаждущей крови и разрушений. Глаза самого настоящего демона.
Чужестранец заметив Агасфера остановился и медленно стал подбираться к нему.
— Это глупо, — предупредил старик. — Вспомни о нашем соглашении.
— Убив тебя, стану свободным, — прорычало чудовище.
— Не выйдет, — спокойно произнёс Агасфер, — меня так просто не убить, многие пытались.
Чужестранец рванул на него, замахиваясь мечом, с которого крупными каплями падал кровь. Но едва приблизился к старику, завыв, рухнул на землю, схватившись за голову.
— Знай своё место, — назидательным тоном сказал старик, — не будь ты мне нужен, избавил бы от мучений навсегда.
Мафусаил услышав за рядом шорох, повернул голову. Возле него ребёнок с клеймом раба на груди.
— Дитя беги, — судорожно зашептал здоровяк предупреждая несчастного об опасности. — Спасайся пока мо…., — осёкся, чувствуя нехорошее в облике ребёнка.
Глаза, его глаза покрыты тёмной непроницаемой пеленой. Мафусаил чуть не задохнулся от охватившего страха. Показался ещё один ребёнок, затем третий и вот уже с десяток медленно приближались к нему, некоторые держали в кулаках окровавленные кухонные ножи.
Мафусаил начал пятиться от них, не в силах встать в полный рост, полз на коленях. Дети неотступно преследовали, ступая по разрубленным телам.
Так чернокожий верзила показался на глаза Агасферу.
— Господин! — кинулся здоровяк к нему с такой силой приложивший лбом к земле, что послышался звук удара. — Клянусь, я буду вам верным слугой!
Мафусаил боялся, впервые в жизни испытывал такой ужас. Зловещая аура накрыла Невольничий рынок и всех его обитателей, неся смерть и хаос.
— С ним была девушка, где она? — с ледяными нотками в голосе произнёс Агасфер.
— Её готовили к продаже господин, — Мафусаил не смел поднять лица, продолжая трястись от страха.
Агасфер перевёл взгляд на детей, один ребёнок молча повернулся и отправился на поиски Лидии.
— Найди повозку, — приказал Агасфер.
Мафусаил поднялся, ноги предательски дрожали — Есть господин.
Найдя брошенную повозку запряженную волами, животные нервно били копытами, лошади испугано ржали, поддавшись панике, Мафусаил вернулся к старику и втащил Ройга в повозку.