Восход погибшего мира
Шрифт:
— Мафусаил! — рявкнул Акула, в шатёр пригнувшись вошёл чернокожий здоровяк. Мускулистый, широкоскулый. Оказавшись внутри, брякнулся на колени, прижимаясь головой окутанной чалмой в мягкие ковры. — Отвели этих двоих, его в загон, девку в особый шатёр.
Мафусаил поднявшись, потянул за собой Ройга.
— Иди за ним, — чуть слышно произнесла Лидия, — не беспокойся обо мне.
Ройг повиновался, позволил верзиле вести себя. Лидия неслышно следовала за ними.
Когда парочка скрылась за пологом шатра, Валлис ощутил облегчение, всё же они порядком беспокоили его.
— Давай наконец выпьем как следует, — Акула решил показать каким радушным хозяином может быть.
В загоне помимо Ройга находилось с десяток молодых и крепких мужчин. Все с понурыми лицами и потухшими глазами уставились в холодный каменный пол. Иные плакали, осознавая грядущую участь.
Ройг встал напротив решётчатого проёма наверху. Сверху на него смотрел Мафусаил.
— Не знаю какие боги привели тебя сюда странник, но твой путь закончится тут, — показывая крепкие чуть кривые белые зубы, произнёс Мафусаил. — А девице повезёт куда больше, вполне возможно попадёт в гарем к уважаемому человеку и будет ублажать его, а то и родит детей.
Разумеется Ройг не понял и слова из незнакомой речи, но всё же обратился к Мафусаилу с вопросом — Где находится Хорезм?
— Что ты сказал? — Мафусаил уставился на Ройга. — Повтори, — и когда ещё раз услышал те же слова, изумлённо покачал головой. — Откуда ты знаешь про Хорезм? Вряд ли бывал в тех местах. Удивительно.
И оставил Ройга.
Лидия сидя в роскошном шатре позволяла ухаживать за собой рабыням Акулы. Те подготавливали девушку к предстоящему показу. Наполнили ванну тёплой водой и ароматными маслами, искупав, привели в порядок волосы.
Одна из рабынь, ещё юная девушка, с восхищением расчёсывая длинные чёрные волосы не могла удержаться оттого, чтобы не похвалить их.
— Госпожа, у вас великолепные волосы, — плавно вела расческой по густым прядям.
— Спасибо.
Но тотчас услышали сварливый голос другой рабыни — Она уже не госпожа, она точно такая же как и мы.
Рабыня с жадностью глядела на золотые украшения Лидии и набравшись дерзости, протянула руку к ожерелью.
Лидия перехватила её, и решительно произнесла, даже не глядя в её сторону — Ещё раз попытаешься, это будет последний твой поступок в жизни.
Рабыня замерла в нерешительности, затем выдернула руку и приблизившись к уху Лидии заговорила брызгая слюной и ядом — Тебя продадут словно породистую кобылу на базаре, а затем толстый и вонючий богач притащит к себе и овладеет тобой. Он будет трахать тебя до тех пор, пока вдоволь не насладится. А затем, если тебе повезёт, проведёшь остаток никчёмных дней в гареме где засохнешь и твоя красота увянет навсегда. А есть и такие любители, что заставляют своих рабынь спасть с животными, вот тебе будет весело если попадёшь к такому, — и запрокинув голову, зловеще загоготала.
— Пошла вон, — Лидия не удосужилась даже взглянуть на злопыхательницу.
Притихшая юная рабыня в одиночестве продолжала приводить Лидию в порядок.
Он близко, девушка прижала пальцы к ожерелью, он ищет их и скоро будет тут.
Той же ночью Валлис получив задаток от Акулы, покинул Невольничий рынок, не обращая внимания на всеобщее недовольство команды. Он спешил уйти в море и отправиться в сторону Эль Ряда. Непонятное чувство тревоги заставляло принять решение.
Сидя в каюте за столом, разглядывал золотой браслет. Всё же, тонкая вещь, змейка выглядела живой, казалось несчастную тварь взяли и покрыли золотой краской, заставив замереть.
Мастер создавший украшение не поленился соблюсти поразительную точность в сходстве с живой змеёй, на продолговатом теле видны крохотные чешуйки, а сколько усилий пришлось приложить чтобы вставить рубиновые глаза. И вправду уникальная работа требующая невероятного мастерства, такую поискать надо. Волшебство да и только.
— Хорезм, — проговорил Валлис, рассматривая украшение, — чёрт, надо было забрать все побрякушки на ней, — уныло вздохнул, вспоминая ожерелье. И чего он так перепугался? Надо было скопом навалится на него и наверняка бы прибили, ну или выбросили бы за борт. А с девкой бы точно справились.
Ему в голову пришла идея надеть браслет на руку. Запястье с лёгкостью проскользнуло в него.
— А что, недурно, — улыбнулся капитан. Вытянув руку, полюбовался под свет лампы.
Ему показалось, что рубиновые глаза золотой змейки как–то странно блеснули в огне.
— Хм, — поднёс к глазам, пристально вглядываясь.
Неожиданно змейка выпустила кончик хвоста, из пасти показался раздвоенный язык.
Валлис обомлел от происходящего, а змейка повертела головой, словно ища кого–то.
— М…магия, — прошептал Валлис и попытался снять браслет.
Едва дотронулся до него, змейка зло зашипев, впилась в руку.
— Ааа! — заорал перепуганный Валлис суматошно тряся рукой, пытаясь сбросить браслет.
— Капитан? — застучали по двери.
Змейка вгрызаясь в плоть, проникла под кожу.
Валлис заверещал во всю мощь. Матросы не стали дожидаться пока дверь откроется и в пару мощных ударов выбили её.
Их ошеломленному взгляду предстала следующая картина. Валлис истошно вопя, кромсал кинжалом собственную руку, разрубая острым лезвием на части.
В стороны летели куски мяса и кровь била фонтаном. Лицо капитана перепачканное кровью, искажённое от неописуемого страха, вызвало ужас у его подчиненных.
Адонис находясь ближе всех кинулся к нему, пытаясь выхватить кинжал.
— Она сожрёт меня! — кричал Валлис, продолжая резать свою руку всё больше и больше, добираясь до локтя и поднимаясь к плечу.
— Успокойся! — орал Адонис, но Валлис отбивался, размахивая кинжалом, резал и его.
Адонис отскочил в сторону, истекая кровью. Валлис кружа на месте, с диком протяжным воплем расталкивая команду выскочил на палубу. Не отдавая отчёта что происходит, стремился к воде. Споткнувшись, со всей силы приложился о палубу головой. Золотая змейка выползла из разодранной руки, извиваясь и оставляя кровавый след, вновь обрела прежний вид.