Чтение онлайн

Мира смотрела на него с вежливым терпением, а Соловей, похоже, принял это за интерес.

– У меня таких историй сотни, – он приосанился и расправил плечи. – Может, когда всё закончится, мы могли бы… ну, знаешь. Выпить где-нибудь, поговорить. Например, могу тебе рассказать отличную историю про графиню из Западных земель, которая держала в подвале двенадцать мужей. Кормила их и выгуливала по расписанию. Или про осаду Красного Яра, когда мы…

Гепарда прищурилась. Уши чуть отклонились назад, а хвост перестал лениво покачиваться и замер.

– Погоди, – она склонила голову набок. – Так ты что… из этих?

Соловей запнулся.

– Из каких «этих»?

– Ну… из химерофилов.

Несколько секунд Соловей просто стоял с открытым ртом. Потом его лицо начало медленно наливаться краской, от шеи к щекам, пока не стало цвета варёной свёклы.

– Я? Что? Нет! – он замахал руками так, будто отбивался от роя пчёл. – Это недоразумение! Я просто… это по привычке! Я со всеми так разговариваю! Вот хоть у Марека спроси, я ему тоже предлагал выпить!

– Чёт не припоминаю, – донёсся голос Марека откуда-то от кареты.

Я покосился на капитана. Морда абсолютно невозмутимая, но в глазах плясали черти. Они с Соловьём за последнюю неделю выпили вместе минимум раз пять, это я знал точно.

– Как не припоминаешь?! – Соловей аж задохнулся от возмущения. – А позавчера в таверне? А когда мы с тобой до утра сидели и ты мне рассказывал про…

– Не было такого, – отрезал Марек с каменным лицом.

Кто-то из расходящихся гвардейцев хихикнул. Соловей побагровел ещё сильнее.

– Ну и ладно! Главное, что я общительный человек! Я со всеми общительный! Это не значит, что я… что я хочу… – он осёкся, поняв, куда заводит эта мысль, и торопливо сменил направление. – И вообще, я был женат! На человеческой женщине! Полностью человеческой, без хвоста и прочих прелестей!

– Прелестей? – переспросила Мира с интересом.

– Я не это имел в виду! – выпалил Соловей. – Я к тому, что мы разошлись! По обоюдному согласию! Она сказала, что я слишком много внимания уделяю… – он запнулся, подбирая слова, – … уходу за животными.

Повисла пауза. Гвардейцы переглянулись.

– За лошадьми! – Соловей взмахнул руками. – У меня была конюшня! Я их чистил! Кормил! Это нормальное занятие для нормального мужика!

Гвардейцы уже не хихикали, а откровенно ржали. Кто-то хлопал себя по колену, кто-то утирал слёзы.

– Да что вы ржёте?! – Соловей повысил голос, пытаясь перекричать хохот. – Там вообще была другая история! Там был её двоюродный брат, и то недоразумение с козой, а я, между прочим, вообще не при делах!

– С козой? – Мира подняла бровь.

– Да не в том смысле!

Я решил, что пора спасать мужика.

– Соловей, – окликнул я. – Хватит себя закапывать. Ты уже так глубоко зарылся, что скоро вылезешь с другой стороны континента. Лучше сходи, проверь лошадей.

Он посмотрел на меня с благодарностью утопающего, которому бросили верёвку.

– Да! Лошади! Отличная идея! Пойду проверю лошадей!

И он сбежал, провожаемый хохотом гвардейцев.

Мира проводила его взглядом.

– Какой интересный персонаж…

– Это ещё мягко сказано, – я встал рядом с ней, глядя, как Соловей суетится у кареты, старательно делая вид, что проверяет упряжь. – Подожди, пока он начнёт рассказывать про осаду Вышгорода. Там генерал Краснов, героическая оборона и полчаса объяснений, почему всё командование состояло из клинических идиотов.

– Звучит познавательно.

– Это если слушатели не служили под тем самым Красновым. Тогда это уже не рассказ, а вежливое приглашение на драку.

Толпа на площади начала расходиться. Гвардейцы гасили факелы и строились в колонну, торговцы возвращались к своим лоткам, где-то заорал мальчишка, рекламируя свежие пирожки, и город постепенно возвращался к своей обычной жизни.

Мира отлепилась от стены и подошла ближе.

– Слушай, насчёт Сизого, – начала она. – Нужно кое-что обсудить.

– Я могу его отпустить, – сказал я. – Формально он мой долговой раб, это правда, но если ты хочешь взять его с собой искать Ласку, то я не против. Он свободен.

Мира покачала головой.

– Нет, я уже с ним говорила. Попросила дать мне закончить это дело самой. Без него.

– И что, он вот так просто согласился?

– Нет, конечно, – усмехнулась она. – Сначала орал, размахивал крыльями, грозился полететь один и найти её раньше меня. Обещал, что справится, что ему плевать на опасность, что он не может просто сидеть и ждать. Ну, ты его знаешь.

– Знаю.

– А потом остыл. Походил кругами, поматерился, посидел на крыше и в конце концов признал, что я права.

– В чём именно?

– В том, что он импульсивный идиот, который всё испортит, если сунется туда сейчас. У него долги в Союзе, причём серьёзные. Очень серьёзные. Если он появится на нашей территории, определённые люди захотят с ним поговорить. И поверь мне, этот разговор ему точно не понравится.

Я вспомнил, как Сизый утром сообщил мне, что остаётся. Бодро так сообщил, с дурацкими шуточками про «воздушную разведку» и «стратегическое планирование с высоты птичьего полёта». А в глазах было что-то другое. Что-то тяжёлое, что он пытался спрятать за болтовнёй.

Теперь я понял, что именно.

– Он переживает за неё, – сказал я. – Сильно переживает.

– Конечно переживает. Они были… – Мира замялась, подбирая слово. – Очень близки. До того, как всё это случилось.

– И ты попросила его остаться в стороне, пока женщина, которую он любит, где-то там одна? Ждать и ничего не делать?

– Я попросила его стать сильнее, – Мира посмотрела мне прямо в глаза. – Чтобы когда придёт время, он смог помочь по-настоящему. А не просто героически сдохнуть в первой же стычке, ничего не добившись.