Чтение онлайн

Для него время, когда наставник показывал свои способности, было священным, и болтуна, который осмелился бы нарушить это священнодействие, он мог успокоить ударом в челюсть с тем же невозмутимым спокойствием, с каким другие люди прихлопывают комара.

Тем временем Сизый затормозил у дальней стены, оставив в песке две глубокие борозды от птичьих лап, развернулся и уставился на меня. На его лице, насколько это лицо вообще могло выражать человеческие эмоции, возмущение боролось с профессиональным интересом, и профессиональный интерес, к моему удовольствию, пока побеждал.

— Братан, — сказал он, стряхивая песок с перьев на груди. — Это что сейчас было?

— Всего лишь ветер, — спокойно ответил я. — Продолжайте.

Данила не стал ждать повторного приглашения. Вот что мне всегда нравилось в этом парне: пока Сизый отряхивал перья и возмущался на весь зал, Воронов уже работал. Тихо, без лишних движений, потому что привычку думать перед тем, как бить, я в него вколотил давно.

Расчёт был простой и неглупый: пока я отвлёкся на Сизого, Данила тихо отступил в тень у стены и оставил вместо себя водного клона. Надо признать, что клон получился на загляденье: два месяца назад его копии расплывались через десять секунд и выглядели так, будто кто-то слепил человека из мокрого студня, а эта не просто уверенно держалась, но и вполне правдоподобно двигалась.

Тренировочные ножи, которые клон подобрал с песка и швырнул в мою сторону веером, я отвёл ленивым потоком воздуха, краем глаза отмечая знакомую тень на крыше. Всё складывалось в понятную картину: клон внизу кидает ножи, отвлекает внимание, а настоящий Данила лезет наверх, чтобы ударить оттуда, куда никто не догадается посмотреть.

А ведь ещё месяц назад он до такого трюка не додумался бы. Каждый раз поражаюсь тому, как быстро этот парень учится. Ему бы ещё характер подправить да поскромнее стать, и цены ему не будет.

Я скользнул Даром по клону, чтобы прикинуть, сколько секунд эта подделка ещё продержится, прежде чем расплывётся лужей на песке, и чуть не рассмеялся, когда вместо пустышки увидел пульс сто сорок, решимость семьдесят два процента и энергию в правой руке, которая копилась и рвалась наружу.

Получается, ножи в меня метал настоящий Воронов, а по крыше крался клон, который старательно изображал из себя основную угрозу. И ведь наверняка специально задержал его на подъёме, чтобы я краем глаза зацепил движение и купился на приманку. Хитрый засранец просчитал даже то, куда я буду смотреть!

Оценить по достоинству эту многоходовочку я не успел, потому что Данила ударил в тот самый момент, когда тень на крыше метнулась вниз. Расчёт понятный: я дёргаюсь навстречу ложной атаке, подставляю бок, получаю водяным хлыстом под рёбра, и любой другой противник повёлся бы, потому что тайминг был выбран почти идеально.

Но я просто топнул ногой по песку, как будто стряхивал грязь с сапога, и земля под передней стопой Данилы мягко поехала вбок ровно настолько, чтобы в момент удара парень потерял опору, качнулся, и хлыст, который должен был достать меня под рёбра, ушёл в пустоту, бессильно расплескавшись по песку мокрым пятном.

Данила ещё пытался поймать равновесие, когда я одним спокойным шагом оказался у него за спиной и положил ладонь ему на затылок, ощутив под пальцами мокрые от пота волосы и жёсткую, напряжённую шею.

— Мёртв, — сказал я негромко и убрал руку.

Данила медленно выдохнул, так что плечи опустились и спина чуть ссутулилась. Пот катился по вискам, а дыхание было тяжёлым и рваным, и не от бега, а от расхода энергии: клон, ножи, хлыст, ещё один клон на крыше, который нужно было держать одновременно с основной атакой. Для мага ранга D это было всё равно что пробежать марафон за пятнадцать минут.

Я знал это выражение на его лице, видел после каждого проигранного раунда: никакой обиды, никакой злости, только холодная работа мысли, которая уже разбирала бой на части, кадр за кадром. Вот за это я его и ценил. Талантливых людей в мире полно, а вот тех, кто умеет проигрывать правильно, по пальцам пересчитать.

— Ты знал… — сказал он, когда отдышался.

— Знал, — подтвердил я. — Но задумка была действительно интересная. Клон на крыше, сам внизу, да ещё и задержал его на подъёме, чтобы я точно заметил. Когда придумал?

Данила потёр затылок в том месте, где только что лежала моя ладонь, и поморщился.

— Вчера вечером. Подумал, что ты будешь ждать атаку оттуда, откуда сложнее всего достать. С крыши вот сложнее, а значит, ты решишь, что я полезу именно туда.

— Логика правильная, — кивнул я. — Проблема в том, что я проверил Даром того, кто кидался ножами.

Данила помолчал, переваривая, потом поднял на меня взгляд, в котором уже не было разочарования, только тот самый голодный интерес, который отличал его от всех остальных в этом отряде.

— А если бы я закрыл клона от чужого считывания? Это вообще возможно?

Я усмехнулся. Правильный вопрос. Именно такие вопросы и отделяют тех, кто учится, от тех, кто просто тренируется.

— Приходи завтра на час раньше, обсудим, — сказал я и повернулся к лавкам.

Двадцать пар глаз уставились на меня, и я видел в них одно и то же: они пытались уложить в голове то, что только что произошло, и у них не получалось.

— Объясню, что сейчас случилось, — я прошёлся вдоль лавок, заложив руки за спину. Бык выпрямился, Лиса перестала грызть ноготь. — Данила выстроил грамотную атаку в несколько ходов, с обманкой, подменой и правильным выбором момента. Она была достаточно хороша, чтобы достать большинство магов на ранг выше него. Но знаете, сколько энергии я потратил, чтобы его остановить?

Тишина. Кто-то в заднем ряду нервно сглотнул.

Я поднял руку и показал пальцами расстояние в пару сантиметров.

— Вот столько. Я сдвинул землю под его ногой всего на шесть сантиметров, и этого хватило, чтобы весь его план рассыпался. — Я прошёлся вдоль лавок и остановился напротив первого ряда, дожидаясь, пока до них дойдёт. — Я это к чему. Половина из вас наверняка сидит и думает, что с рангом D или E вы мешки для битья и против серьёзного противника не протянете и минуты. Так вот, это чушь собачья. Магу не обязательно быть самым сильным на районе. Ему достаточно быть умнее и сообразительнее остальных.

— А если противник и сильнее, и умнее? — подала голос Лиса.

Эта девчонка никогда не задавала вопросы просто так. Худая, острая, с вечно прищуренными глазами, которые подмечали всё и всегда. Каждый её вопрос был разведкой, попыткой нащупать слабое место или выудить информацию, которую потом можно будет использовать.

К Академии она не имела никакого отношения, я подобрал её на рынке в Нижнем городе, где она обчищала карманы ходоков с такой ловкостью, что те замечали пропажу только к вечеру. Магии в ней было с напёрсток, зато чутьё на людей, скорость реакции и умение раствориться в толпе стоили иного боевого дара.