Чтение онлайн

Мюррей медленно положил свою, а потом сквозь темную путаницу мыслей осознал, что мисс Уайтсайд со странным выражением лица смотрит на него от двери. «Что там еще?» – подумал он.

– Мистер Керк, вас хочет видеть девочка, – сказала мисс Уайтсайд. Голос ее был таким же странным.

– Молодая девушка?

– Девочка, – холодно подчеркнула мисс Уайтсайд. – Маленькая, с большим ртом.

Описание было исчерпывающим. Еще до того, как гостья переступила порог, Мюррей понял, что это Меган Харлинген.

Выход – единственное слово, каким это можно было назвать. Ни одна трагическая актриса, выходящая на сцену для своего коронного эпизода – тем более способная сникнуть от таких проблем, как нос, покрасневший от холода, бросающаяся в глаза грязь на руках, перекошенные швы чулок и шаткая походка на высоких каблуках, – не могла бы сделать его эффектнее. К таким мелочам Меган была равнодушна. Пальто ее было небрежно наброшено на плечи. Юбка широкого розового кружевного платья раздувалась над кринолином и вяло раскачивалась при ходьбе. Надменность ее была потрясающей.

– Очень рада, что мне наконец позволили видеть вас, – сказала она Мюррею. – Кое-кто…

– Она сказала, ей нужны деньги на проезд, чтобы вернуться в школу, – вмешалась мисс Уайтсайд. – Я ответила, что вы заняты и я буду рада помочь ей. И тут… удивляюсь, что вы не слышали шума сквозь дверь, мистер Керк.

Губы Меган искривились.

– Я не поднимала шума. Просто ясно дала понять, что никак не могу брать деньги у незнакомых.

– Вот уж точно! – возмущенно заявила мисс Уайтсайд, и дверь кабинета второй раз за день захлопнулась с грохотом взорвавшейся бомбы.

Это как будто ошеломило Меган. Она попыталась улыбнуться, но потом, при холодном молчании Мюррея, оставила эту попытку.

– Извините, – сказала она слабым голосом. – Я вовсе не хотела ее сердить.

– Нет?

– Правда не хотела.

Мюррей вздохнул.

– В таком случае, Меган, позволь открыть тебе глубокий, мрачный секрет. Мисс Уайтсайд из тех эксцентриков, которые непременно сердятся, когда им кто-то грубит. Если вдуматься, – добавил он с суровой многозначительностью, – в этом отношении она очень похожа на миссис Дональдсон.

– Миссис Дональдсон? О, это вы о Диди.

– Это я о Диди.

– Странное прозвище, правда? – бойко сказала Меган. – Мюррей, откуда оно у нее?

Он ласково взглянул на нее и промолчал.

Меган принялась рассеянно грызть ноготь большого пальца.

– Насколько я понимаю, она доложила вам, что произошло, правда? О том, что я сказала ей?

Он кивнул.

– Так вот, делать этого не следовало. Она рассказала только затем, чтобы выглядеть невыразимо героичной и вызвать сочувствие. Будь вы женщиной, сразу бы это поняли.

– Не думаю, Меган. У нее был выбор либо дать тебе пощечину перед всем обществом, либо отвести душу со мной, и, на мой взгляд, она приняла правильное решение. Только я не пойму, с какой стати ты сделала ей замечание. Какая у тебя была цель?

– Прошу прощения, но я не скажу. Уверена, что вы не поймете.

– Не третируй меня, сестренка. Отвечай на вопрос.

– Ну ладно же! – с отчаянием сказала Меган. – Я только хотела… Она ваша подруга?

– Нет, и не увиливай от ответа.

– Тогда, наверное, любовница, так ведь?

– Меган! – произнес он возмущенно, так как решил, что нужно повысить голос, хотя бы из приличия. Собственно, впервые с тех пор, как заставил себя подняться с постели, он почувствовал, что день насыщен перспективами и жизнь полна приятных маленьких неожиданностей.

Меган, казалось, не разделяла этого чувства.

– Ну и пусть, – угрюмо сказала она. – Диди похожа на любовницу.

– Меган, поскольку ты, видимо, даже не знаешь, что означает это слово…

– Я знаю. Оно встречается во многих книгах. И у того человека, который живет под нами…

– У мистера Уолтерса?

– Да, у мистера Уолтерса. Так вот, у него есть любовница, я сама ее видела. Однажды он привел ее на вечеринку, она напилась, и у них вышла потрясающая ссора. Она сказала, что все лечатся психоанализом и ей хочется тоже, он ответил, что это слишком дорого, и она ушла в слезах. Я была там, когда это случилось.

Мюррей с сожалением подумал о запертом магнитофоне.

– Это очень интересно, Меган, но все-таки неуместно. Я хочу услышать, почему ты была груба с Диди.

– Я объясняю, почему, и я не хотела быть грубой. Я лишь намекнула ей в самой любезной манере, что она неподобающе выглядит.

– Она выглядела неподобающе?

– Конечно. Вырез платья был до сих пор, а когда она забросила ногу на ногу, юбка задралась так, что стало видно ее черное кружевное белье. Хотя только близилось время обеда, надушена была так, что невозможно было дышать, и весь этот мех и драгоценности нацепила спциально для прихода в гости. Это было до того отвратительно, что слов не подберешь.

– Безнадежное дело, – угрюмо согласился Мюррей. – Удивительно, что у тебя хватило смелости за него взяться.

Глаза Меган сузились.

– И это еще не все. Как она вешалась на вас – ну, может, вы были не против, но не представляете, как это выглядело со стороны. Не думаете, что у взрослой женщины достаточно силы, чтобы, войдя в комнату, не вешаться все время на людей, не поправлять им галстуки, не приглаживать волосы? Особенно когда все сидят и смотрят?

Внезапное озарение потрясло Мюррея. Он посмотрел на Меган, уверенный, что узнал классические симптомы ревности.

– Меган, мисс Уайтсайд сказала, что тебе нужны деньги на проезд, чтобы вернуться в школу. Почему, собственно, ты не в школе?

– Ах, это. Так вот, мы должны изготовить средневековые костюмы, и мисс Винсент разрешила мне поехать в библиотеку на Сорок второй улице, сделать их описания. Но вернуться вовремя на репетицию. Когда я обнаружила, что у меня нет денег на обратную дорогу, то вспомнила, что ваша контора где-то рядом, и нашла адрес в телефонном справочнике. Если у тебя есть разрешение, то находится вне школы в порядке вещей. Все это знают. Это невыразимо прогрессивно.