Чтение онлайн

Писатели прекрасно чувствовали его великолепный дар рассказчика и советовали поскорее сесть за письменный стол. «Если у человека есть вкус, то этот вкус мешает писать, — объяснял он наиболее настойчивым. — Написал — и вдруг видишь, что очень плохо написал. Вот если вкуса нет, то гораздо легче — тогда все, что намарал, нравится. Есть же такие счастливцы!» [7] .

Весной 1923 г. Шварц с Михаилом Слонимским, «серапионом», с которым подружился более других, поехали в Донбасс, где при соляном руднике служил врачом отец Евгения Львовича, — отдохнуть и подкормиться. Слонимский, уже «опытный» литератор, пошел в бахмутскую газету «Всероссийская кочегарка», и их со Шварцем пригласили поработать у них.

Шварц и сам не заметил, как стал писать. Вначале то была обычная обработка читательских писем. Вот где ему пригодился вкус. Некоторые сочетания стали складываться в стихотворные строки. И наконец до него дошло: ведь это же он пишет… Писать приходилось много и оперативно. Но особой популярностью у читателей пользовался субботний раешник Шварца «Полеты по Донбассу». А начиналось это так: «В прошлую субботу закончил я редакционную работу и пошел на чердак. Посмотрел — и прямо остолбенел. Сидит на полу домовой, довольно молодой, у отдушины, поближе к свету, и читает старую газету. Мы с ним разговорились и сразу подружились… Тут мне пришла идея. „Хотите, — говорю, — в газете служить, себя не жалея?“ — А он говорит: „Ну да“. А я говорю: „Тогда пойдемте сюда. Вы по воздуху летать можете? Если да — вы мне поможете“. — А он говорит: „Могу быстро и ловко, на это у меня особая сноровка“. — „Сколько времени нужно, чтобы полетать по всему Донбассу?“ — А он мне: —„Не более часу“» [8] .

Так Евгений Шварц стал журналистом и редактором.

«Рассказ старой балалайки», как и некоторые другие его произведения для детей — «Два друга — Хомут и Подпруга», «Война Петрушки и Степки-Растрепки», тоже написан раешником. И начиная с 1925 года в издательствах «Радуга» и ГИЗ вышло более десятка книжек с картинками для самых маленьких. Среди них «Вороненок», «Шарики», «Рынок», «Зверобуч», «Кто быстрей?», «На морозе», «Петька-Петух деревенский пастух» и т. д.

Так Шварц стал детским писателем.

Но он мечтал о большой, «станковой» работе. И вскоре он ее напишет. Вероятно, потому, что в прошлом он был актером, ею стала трехактная пьеса о молодежи 20-х годов. «Вчера я эту пьесу закончил, а сегодня прочел с ужасом и отвращением, — запишет он 27 августа 1927 года в толстой тетради сразу после текста пьесы. — Еще недавно — как легко мне было мысленно закрутить любой тугой узел. Мозги слушались, волнение заражало, а теперь я в отчаянии, из суеты выкарабкивался на недолгие минуты к столу и писал, торопясь, не думая, что будет дальше… И вот моя неудача, моя бедная пьеса, о которой я столько мечтал…» [9] .

Следующей своей пьесой Шварц был доволен и отдал ее в ТЮЗ. «Ундервуд» был поставлен А. Брянцевым и Б. Зоном в 1929 году. За «Ундервудом» последовали «Клад» и «Брат и сестра». Когда Борис Зон в 1935 году организует Новый ТЮЗ, эти спектакли он перенесет на сцену своего театра. Для Нового ТЮЗа Шварц напишет «Красную Шапочку» и «Снежную королеву». В 1932 году в журнале «Чиж» — «чрезвычайно интересном журнале» — начали печататься картинки А. Успенского «Приключения Петьки Доценко и гуся Барбоса» с анонимными подписями. И в том же году театр марионеток, которым руководил Евгений Деммени, поставил пьесу Шварца «Пустяки», главными персонажами которой стали Петька Доценко, гусь Барбос и прочие герои «Приключений». Постановка автору не понравилась. И, тем не менее, вскоре он напишет еще две кукольные пьесы — «Красная Шапочка и Серый волк» и «Кукольный город». В постановке Центрального театра кукол последняя пьеса получит название «Лесная тайна».

Так он станет детским драматургом и обретет свои театры.

К этому же времени относится и обращение Шварца к кинематографу. Он делал надписи к немому фильму Н. Лебедева «Настоящие охотники» (1930), с будущим режиссером В. Петровым написал сценарий «Товарный № 717», а с А. Михайловым — «Детство большевика». С Н. М. Олейниковым после успеха картины «Разбудите Леночку» (1933) с Яниной Жеймо в заглавной роли они задумали целый сериал о Леночке, но снят был еще лишь один фильм «Леночка и виноград». О сценарии последнего Сергей Юткевич говорил на одном из худсоветов Ленфильма: «Мое затруднение заключается в том, что, читая этот сценарий, читая его не один раз, я никак не мог освободиться от исключительно радостного ощущения от этой вещи, а поэтому не могу придираться к авторам так, как мне, как докладчику, полагается. Глубоко положительное отношение к данной вещи вызывается еще и тем обстоятельством, что ее рассматриваешь не только с точки зрения сценария детского жанра. Я считаю, что это один из лучших вообще сценариев фабрики… Западный опыт говорит, что комедийный сценарий, иллюстрирующий трюки, никогда не делается одним сценаристом или одним режиссером, а делается так называемой компанией выдумщиков, которые накапливают определенное количество смешных вещей. Этот сценарий резко отличается тем, что мы здесь имеем сценарий, придуманный двумя выдумщиками… Но в основном это не просто некоторое написание, чрезвычайное по ценности художественное произведение, очень смешное не только тем, что построено на литературных остротах и каламбурах, а смешными положениями, в которые они попадают, со смешными трюками и пластическими приемами кинематографии. Это делает данное произведение выдающимся совершенно сценарием и образцовым не только для детской кинематографии, но и вообще одним из чрезвычайно важных опытов в области создания советского комедийного жанра» [10] .

Однако, к сожалению, режиссер А. Кудрявцева не совладала с материалом, или, как подметил А. Пиотровский на обсуждении картины, «главная беда Кудрявцевой в том, что она не охватывает картины в целом, что она запуталась в жанре, — это производное отсюда. О маленьких проходных вещах она говорит, а о существенном говорит мельком» [11] . Дальнейших «Леночек» не последовало. Шварц и Олейников написали еще для Ленфильма кинокомедию «На отдыхе», поставленную Э. Иогансоном в 1936 году.

Так Евгений Шварц стал сценаристом.

В ранних произведениях Шварца, рассказывающих о самых «реальных» событиях, критики, тем не менее, сразу почувствовали сказочный настрой. «Шварц — он сказочник. Сказочность есть в каждой его пьесе — и „Ундервуде“, и в „Кладе“, и в „Приключениях Гогенштауфена“», — замечала Алиса Марголина [12] . «С его творчеством связана борьба за современную театральную сказку, элементы которой он несомненно внес в детскую драматургию, — подводил некоторые итоги начала творческого пути Шварца Леонид Макарьев. — Современная тема в его пьесах всегда является поводом для построения острого действия, разворачивающегося в неожиданном сцеплении событий и образов. Его люди и их поступки так же правдоподобны, как и фантастичны». — И дальше, вновь: «Сознательно ли стремится Шварц к сказке или нет, но по существу он является для театра драматургом-сказочником» [13] .

Сказка была большой любовью писателя, но и великой его болью, ибо долгие годы она была «так называемым запретным жанром» (из одного высказывания Шварца на бюро секции драматургии). А в 1934 году, уезжая на съезд писателей, он сказал корреспонденту «Красной газеты», что «съезд разрешит давно уже дискуссированный вопрос о фантастике, о приключенческом рассказе для ребенка, и надеюсь, что сказка, фантастический и приключенческий рассказ станут, наконец, полноценным жанром детской литературы».

И, быть может, потому вначале сказка робко еще вплеталась в ткань реального повествования его первых пьес — «Ундервуд», «Клад», сценариев о Леночке. Но уже «Приключения Гогенштауфена» он определил как «сказку в 3 действиях». А в совершенно «реальном» сценарии «Леночка и виноград» вдруг появлялся медведь, который не только понимал, но и сочувствовал героине, попавшей в беду.

Ребят за отличную учебу награждают поездкой на виноградник. Там они узнают, что кто-то постоянно ворует виноград. Повар — добряк, с открытой душой и простодушным лицом, — закармливает ребят вкусными вещами, водит купаться, учит их нырять. Делает все, чтобы те не заподозрили его в воровстве. Однажды он, чтобы не мешали его подпольной профессии, увел отряд в лес и бросил там. Леночка пошла искать дорогу.

«Вдруг слышится треск сучьев. Прямо на нее из-за деревьев выходит медведь. Останавливается. Подымается на дыбы, смотрит с интересом.

— Здравствуйте, — говорит Леночка. Зверь молчит. — Нечего пугать, я про вас довольно читала. Летом вы сытые.

Медведь наклоняет голову. Прислушивается, вопросительно рявкает.

— Очень тебя прошу, уйди! — говорит Леночка. — Я тебя хотя и изучила, а все-таки неприятно. Ты можешь лапищей своей корову убить. Довольно без тебя дел. Воры. Заблудились мы… Ну, пожалуйста, очень тебя прошу: пошел вон.