Чтение онлайн

— Ты же видишь, что у меня в руках нож? — Райкер убрал свои руки от моих и положил деревяшку и лезвие с другой стороны.

— Что? Боишься, что я украду его и попытаюсь зарезать тебя? — поддразнила я его, ткнув в бок. Он отшатнулся от меня, как будто я действительно ударила его ножом, и я рассмеялась.

Райкер оскалился, потирая бок.

— Нет, я боялся, что ты можешь пострадать.

Я не могла ответить, так как пыталась взять свой смех под контроль. Улыбка расколола его суровый фасад, и он слегка расслабился, покачав головой.

— Я рад, что ты все еще можешь смеяться. Я волновался, что ты не сможешь после… — после того, как моя сестра стала одержимой. Я резко перестала смеяться, и Райкер вздрогнул.

«Прости», — показал он руками, а затем опустил их, словно случайно вернулся к старой привычке.

— Мне не следовало упоминать Кэсси.

— Все в порядке. — я отбросила болезненные воспоминания и сосредоточилась на его руках… руках, которые когда-то были его основным средством общения. С тех пор как я излечила его от немоты, у нас не было необходимости продолжать занятия языком жестов, но после его ухода я горевала о том, что никогда не смогу полностью выучить этот язык. Может быть, у меня еще будет такой шанс.

«Научи меня, пожалуйста», — показала я, смущаясь от неловкости жестов.

Брови Райкера поднялись, и он долго смотрел на меня, словно пытаясь разгадать мои мысли. Я сглотнула, ерзая на своем месте, но он наконец поднял руки, медленно показывая жесты для моего понимания. «Почему?»

— Какой смысл, если я теперь могу говорить? Это уже не так больно, как раньше, и было бы проще просто общаться словами.

Я наклонила голову, мои распущенные серебряные волосы упали вперед и закрыли лицо, надеюсь, скрыв румянец, который я чувствовала на своей коже.

— Знаю, но я хочу выучить твой язык, потому что это часть тебя, а я хочу знать тебя. — я подняла взгляд сквозь челку и увидела, что Райкер смотрит куда угодно, только не на меня, а мышцы на его челюсти напряглись. — Кроме того, это может быть очень полезно для общения в ситуациях, когда мы не можем говорить, или, когда мы не хотим, чтобы кто-то другой подслушал наш разговор. — Я ухмыльнулась, пытаясь разрядить обстановку.

Райкер выдохнул, его плечи опустились в знак поражения.

— Ладно. Что ты хочешь выучить на этот раз?

Я улыбнулась, когда наши взгляды встретились.

— Давай продолжим на чем мы остановились в прошлый раз. — я вспомнила часы, проведенные с ним в дворцовых садах, когда он учил меня. — Кажется, ты учил меня, как давать указания.

Он кивнул и, подняв руки, приступил к подробному объяснению.

— Вот так, — сказал Райкер, его голос охрип после нескольких часов исправления меня. Сидя напротив меня на полу пещеры, он протянул руку через небольшое расстояние между нами, и его пальцы переплелись с моими, придавая им правильную форму для знака, который я пыталась выучить. Перышки в моем животе закрутились, заставляя голову кружиться, когда я сосредоточилась на его прикосновениях, а мой разум переключился на мысли о том, каково это — чувствовать его руки в другом месте. Мне очень понравилось, когда он касался моих волос.

— Калеа?

Я вздрогнула, выныривая из своих фантазий.

— Прости, что?

— Наверное, на сегодня достаточно. — Райкер усмехнулся, отпуская мои руки. Разочарование укололо меня из-за потери контакта, и в то же время от его слов у меня участился пульс. Что именно он подразумевал под «сегодня достаточно»?

Я открыла рот, чтобы спросить, но потом передумала. Не была уверена, что готова это узнать. Сцепив пальцы на коленях, я сделала глубокий вдох, пытаясь упорядочить свои мечущиеся мысли.

— Ты быстро учишься. — Райкер подвинулся и лег на спину, растянувшись на мехах рядом со мной. Он выдохнул и прикрыл лицо рукой, скрывая глаза.

— Все благодаря моему терпеливому учителю. — я наблюдала за ним сквозь ресницы, пользуясь возможностью наблюдать за ним без осуждения. Оранжевый свет факела танцевал с тенями, смягчая жесткие линии его тела, легко различимые под кожаной одеждой, и заставляя его загорелую кожу поблескивать золотистым оттенком. Белая связующая краска выделялась красивым контрастом, и я едва удержалась от того, чтобы не провести пальцами по узорам. Продолжая разглядывать его, я зацепилась взглядом за тонкие шрамы, опоясывающие его шею. Я уже спрашивала его о них, но… — Как ты потерял голос?

Райкер пошевелился и сел обратно, его лицо превратилось в безэмоциональную маску. Его горло дернулось, когда он поднял руки, касаясь шрамов на горле, а взгляд стал отстраненным.

— После того как Лану, Пему и меня схватили и разлучили, меня отправили работать в шахту. Условия были ужасными, а хозяева рабов жестокими — они всегда находили предлог, чтобы помучить нас или причинить боль, независимо от наших усилий. Мне было невыносимо видеть, как страдает мой народ, и я делал все, что мог, чтобы заступиться за него… Однажды я даже пытался сбежать, но это было бесполезно, и наказали не только меня, хотя я действовал в одиночку. — он скривился, зажмурив глаза, и мое сердце разбилось.

Я наклонилась вперед и положила руку ему на плечо, размышляя, можно ли его обнять.

— Прости, я не должна была…

— Все в порядке. — Райкер открыл глаза, его лицо было так близко к моему, что я видела свое изможденное отражение. Он протянул руку, убирая прядь волос мне за ухо. — Понимаю твое желание спросить…

Я придвинулась ближе, и Райкер слегка напрягся, когда я провела пальцами по шрамам на коже вокруг его горла. Его пальцы нашли мои, и, обвившись вокруг них, он отодвинул их, хотя и не отпустил меня, и его взгляд упал на наши соединенные руки. Он провел большим пальцем по шраму в форме звезды на моей ладони, и у меня перехватило дыхание, но он продолжил свой рассказ.

— В особенно трудный день на шахтах один из генералов Лилит зашел с инспекцией. Он начал бушевать из-за того, что в этом сезоне шахта давала немного меньше продукции, и выместил свой гнев на беспомощном пожилом рабе… Разъяренный, я попытался вмешаться… — его рука сжалась вокруг моей, и я сжала в ответ, надеясь предложить хоть какое-то утешение, так как мои глаза горели.

— Глупец, я ничего не мог поделать. Генерал убил раба, которого я пытался спасти, и решил преподать мне урок. Они обмотали колючую проволоку вокруг моей шеи и прижали ее к горлу в наказание за то, что я высказался… Мне повезло, что она не проткнула мою яремную вену, хотя им было бы все равно.

Боль и ярость вскипятили кровь в моих жилах, и я бросилась вперед, обхватив руками шею Райкера.

— Мне так жаль, что тебе пришлось это пережить, — прошептала я, мой голос дрогнул, когда я прижалась лбом к его плечу. Райкер расслабился, прижавшись ко мне, его руки обхватили мои плечи.

— В этом нет твоей вины…

— Но это так. Что толку в титуле принцессы, если ты даже не знаешь об ужасающих условиях жизни людей, которым должна служить. Я даже не знала, что мой народ держит рабов, пока не встретила тебя.