Чтение онлайн

— А ренегаты? — пытался возразить Тарис. — Они пока не слишком сильно зависят от Сына Неба, мы могли бы воспользоваться их Силой.

— Ренегаты — глупцы. Они поливают свои головы из кувшина Силы. Они упиваются своим могуществом, но они всего лишь обычные люди. А мы, мы с тобой, Тарис, знаем больше, и в этом наша Сила. Дети Великой Матери обладают не только силой меча, но и Силой Неба. Разве этого мало? А, Тарис? Мы победим и без них.

— Это рискованно, — попытался возразить Тарис.

— Ты же мой ближайший помощник, — старуха схватила его за плечо, — ты и никто другой будешь иметь право назначить следующую Мать-предстательницу. Разве ты не понимаешь, что нам нельзя пользоваться ни Силой ренегатов, ни Силой Слуг Неба?

— Но почему?

— Провидение, Тарис, провидение. Если Слуги Неба ошиблись дважды, то они могут помешать исполнению планов Неба и еще раз. Мы все сделаем сами. У меня уже готов план. Жаль, очень жаль, что нас не так много. Ты и еще четверо пойдете навстречу певцу. Ты ведь справишься? А, Тарис?

— Думаю, что да. Нам всего лишь надо будет убить певца.

— Да, и тогда он будет во власти Бездны. Как обычный смертный, он попадет на Небо. Ведь он сейчас практически человек. Вы выходите сегодня же. Возьми, кстати, с собой и Ранама, того мальчишку, что убил при посвящении Олева.

— Хорошо. Теперь и вся Сила Олева перешла к нему.

— Именно так. Хотя Олева мне жаль. Но он уж слишком был стар.

Мать- предстательница вспомнила обряд посвящения и облизнула сухие, сморщенные губы. По обычаю новообращенный должен был слиться с Великой Матерью через нее. Это было прекрасно! Да и сам новообращенный видел и ощущал руками не горбатую сморщенную старуху, а прекрасную Великую Мать Бездну. И она на это время становилась ею, пусть, кроме нее и новообращенного, этого никто не видел. Но все смотревшие знали, ибо уже проходили этот обряд.

— Так вот, за певцом отряд поведешь ты, Тарис. Я же выведу всех остальных Детей на поверхность, мы оденемся как обычные люди и небольшими группами пойдем ко второй башне. Ведь самое интересное заключается в том, что путь к ней не так далек. Даже пешими мы одолеем его за несколько дней. Ты же иди навстречу певцу и не думай, что за тобой все Дети Великой Матери. Мы лишь последнее препятствие. Ты должен победить.

— Да, Мать. Но как я узнаю этого певца?

— В нем Сила, противоположная нашей. Подойди ближе.

Тарис сделал несколько нерешительных шагов и остановился в локте от Матери-предстательницы.

— Закрой глаза, — приказала старуха.

Тарис почувствовал, как на его плечи опустились ее руки. Через мгновение голова пошла кругом, ему захотелось сесть, но цепкие руки Матери-предстательницы держали его за плечи. Перед ним пронеслась череда образов и видении, каждое из которых навсегда отпечаталось в его памяти. А вместе с видениями в его разум вливалось понимание. Понимание всего того, о чем говорила Мать-предстательница. И теперь он знал, где и как ему искать певца, посмевшего восстать против Неба, а значит, и против Великой Матери Бездны. Но ничего, скоро он будет на Небе.

— Я пойду собирать Детей Великой Матери, что пойдут со мной, — открыв глаза, произнес Тарис.

— Иди. И пусть Бездна хранит тебя.

Она осталась одна. В голове у нее было множество мыслей, но они никак не складывались во что-то конкретное. Ей казалась, что разговор с ее ближайшим помощником лишь пустая трата времени, что все будет именно так, как должно быть, и не иначе. Пусть Небо действует через преданных ему людей. Но и оно должно как-то покарать того, кто встал на его пути. Эта странная и простая мысль пришла на ум Матери-предстательнице. Но оно почему-то действует через людей. Неужели Небо, истинное воплощение Бездны в этом мире, не всесильно? Но ведь и всемогущий Творец, как его называли бессмертные боги, Дай-мэ-рак, до сих пор не разорвал плоть Неба. Значит, и он действует через бессмертных или даже людей. Что ж, получается, что это игра на равных? Тогда у Детей Великой Матери есть реальный шанс победить.

На Небе стали проявляться яркие, кричащие краски. Значит, совсем скоро стемнеет. Тильво подумал, что опять ночевать в поле ему почему-то не хочется. Но его порядком уставшая спутница едва переставляла ноги. Ей слишком долго пришлось идти вслепую, опираясь на посох и его плечо. Сначала они прошли небольшую деревеньку, затем хутор, а теперь впереди показались башни замка. Поэтому петь, чтобы ускорить путь, он не стал. Люди были слишком близко.

Да и вообще, лучше бы они заночевали в деревне.

Денег у Тильво даже прибавилось. В городе, который они проходили два дня назад, ему удалось немного подзаработать, спев на свадьбе у главы гильдии кузнецов. Конечно же, слепая, странствующая с бродячим певцом, привлекала всеобщее внимание. Но вместе с Лайлой они придумали легенду о том, что Лайла его двоюродная сестра, чей дом сгорел вместе с родичами. И теперь она вынуждена странствовать вместе с Тильво.

Силу песни на языке бессмертных Тильво больше на людях не являл. Он лишь пел для Лайлы, чтобы она могла хоть изредка видеть и радоваться этому. К тому же это значительно сокращало дорогу, а им надо было как можно быстрее добраться до второй башни. А там будь что будет.

Ему на редкость повезло со спутницей. Она просто шла, смиренно перенося время слепоты. После того разговора на хуторе, где жила Лайла, речь о природе песен Тильво ни разу не заходила. Его спутница просто радовалась тому, что может хоть изредка видеть, и все. Хотя Тильво чувствовал, что ей очень хочется рассмотреть обстановку пусть даже самого захудалого городишки, в котором они останавливались. Ведь она всю жизнь прожила на хуторе отца. Но, к большому сожалению, Лайла обретала способность видеть только в местах, очень далеких от городов и деревень. И Тильво очень сильно мучился из-за этого. Он чувствовал себя ответственным за этого маленького человечка, который, не будь на то его воли, спокойно бы жил у себя дома.

— Я чувствую, что скоро стемнеет, — сказала Лайла.

— Да, на Небе сейчас расцвели вечерние краски.

— Это красиво? — в который раз задала этот вопрос Лайла.

— По мне, так все, связанное с Небом, безобразно. — усмехнулся Тильво. — Но если говорить честно, то в этом что-то есть.

— Что?

— Что-то страшное и одновременно завораживающее.

— Я хотела бы взглянуть на это.

— Ты же знаешь, что никогда не увидишь Неба.

— Да, но это так странно. Может, я единственная, кто видит мир таким, каким он должен быть, а Неба не видит.

— Может. Похоже, нам придется скоро остановиться на ночлег.

— А впереди есть какое-нибудь селение?

— Впереди замок. — Тильво поморщился.

Будучи бессмертным, он редко останавливался в домах простых людей. А останавливаясь, вел себя гордо и надменно, почти никогда не скрывая, что он бог. Но уж если на его пути попадался замок, то он буквально ставил его вверх ногами. Да, он никогда не унижал людей, подчеркивая этим свое превосходство. Но он всегда считал себя одним из хозяев мира, где велась Великая Игра между бессмертными.