Война Гармонии (Отшельничий остров - 4)
Шрифт:
– Что тебе потребуется еще?
– спросил Гуннар.
– Ты. И боец, хорошо владеющий оружием. Я знаю одного подходящего, военного моряка, но тебе нужно будет с ним поговорить, - ответил Джастин, подходя к охладителю и доставая кувшин с элем.
– Это с кем?
– С Мартаном. Его отряд до сих пор пользуется старым вооружением, ответил Джастин. Он пригубил эля из переполненной кружки и продолжил: - А без тебя не обойтись, потому что ты работаешь в Найлане, с Турмином. Стоит мне сунуться в Найлан, как Рилтар натравит на меня, самое меньшее, троих.
– А с чего ты взял, что Мартану можно доверять?
– Он сам напрашивался ко мне в спутники. Малый здравомыслящий, порчи в нем нет, к тому же состоит в родстве с Гинталом. А мне потребуется корабль.
– Ты, часом, не спятил? Надеешься, что Гинтал предоставит корабль для твоей авантюры?
– А почему бы и нет?
– улыбнулся Джастин.
– Трудно ему, что ли, выйдя патрулировать залив, подбросить меня до берега?
– Совет ему не позволит.
– Если узнает. Что вовсе не обязательно. А если запрета нет, то его нельзя и нарушить.
Все воззрились на Джастина с удивлением.
– Да что тут такого?
– разгорячился он.
– Заходит "Ллиз" в порт, забирает у инженеров кое-какое оборудование и уходит. Рутинное дело. Кому придет в голову оповещать об этом Совет?
– Ну а потом?
– спросила Кирлин, покачав головой.
– Когда все выйдет наружу?
– Скажет, будто считал, что мы представляем Братство.
– Это не совсем честно.
– Точно. Но придумать честный способ обмана не так-то просто, поэтому чем меньше мы вообще будем говорить, тем лучше. Гинталу можно сообщить, что его задачей будет транспортировка новейшего оборудования, созданного одним весьма изобретательным инженером. Тут уж все чистая правда.
– Порой, чтобы скрыть правду, лучше ничего не выдумывать, - усмехнулся Горас.
– Тебе, Гуннар, - продолжал Джастин, - предстоит выяснить, когда на борту "Ллиз" будет дежурить отряд Мартана. Он должен знать расписание заранее. Мне подойдет любой день через четыре восьмидневки.
– Ну а чем сможем помочь мы?
– спросила Кирлин.
– Мне потребуется по меньшей мере сто стоунов мелко дробленного угля, много консервов и два медных шеста в три локтя каждый. На тот случай, если откажут огнеглазки.
– Это опасно, Джастин, - предупредил Гуннар.
– Тогда будем надеяться, что огнеглазки не подведут, - улыбнулся младший брат.
– Ну а самому мне придется выковать примерно дюжину дюжин гармонизированных наконечников для стрел.
При этих словах у него сдавило виски. Он сомневался, что хоть когда-нибудь сможет вспоминать о своем смертоносном изобретении без боли.
132
– К нам во двор фургон заезжает, такой какие в ходу у инженеров! объявила Элизабет, просунув голову в сарай, где склонившийся над точильным камнем Джастин старался приладить на место скобу и зажим, которым предстояло удерживать на месте драгоценный камень.
– Фургон?
– переспросил он, не подняв головы.
– Ага. Такая штуковина на четырех колесах, запряженная лошадьми. Которыми правит человек, - обстоятельно пояснила девушка.
– Элизабет...
– Джастин отложил зажим и окинул сестру взглядом.
– Ты уверена, что это не Линдер за тобой прикатил?
– Джастин! Это не смешно!
Она выскочила из сарая, но брат поспешил следом и нагнал ее во дворе.
– Прости. Но ты первая начала дразниться.
– Это не одно и то же. Я ведь не дразнила тебя насчет Дайалы... во всяком случае, уже давно.
– Элизабет фыркнула.
– Ладно, так и быть. Ты больше не отпускаешь шуточек насчет Дайалы, а я - насчет Линдера. Договорились?
– Договорились.
Послышалось ржание, и оба обернулись к фургону. Варин помахал им с козел и направил фургон ближе к конюшне.
Джастин утер лоб рукавом. Фургон остановился, и молодой инженер, пока Варин ставил повозку на тормоз, подсунул башмак под правое переднее колесо.
– Вот уж не ждал тебя так скоро.
– Меня Алтара прислала - я привез тебе ткань, - промолвил Варин, указывая на три здоровенных рулона.
– А как поеду назад, велела захватить дегармонизированного железа, если у тебя найдется, - инженер перевел взгляд на Элизабет и с ухмылкой, сказал: - Привет, красавица. Когда бы не Эстил, я, пожалуй, задумался бы о том, не перебраться ли мне поближе к Уондерноту.
Девушка залилась краской.
– Смотри, Варин, как бы я не передал твои слова Эстил, - рассмеялся Джастин.
– Железо есть, полный ларь, но ты получишь его только в том случае, если не будешь этак в открытую ухлестывать за моей сестрой.
Щеки Элизабет стали пунцовыми.
– Думаю, надо бы нам разгрузить фургон, - как ни в чем не бывало добавил Джастин.
– Элизабет, может позаботишься о лошадках, пока мы с Варином отнесем рулоны в сарай и загрузим железо?
– Конечно.
Девушка встряхнула головой, и ее светлые волосы затрепетали на ветру.
– Скоро с ней хлопот не оберешься, - сказал Варин Джастину одними губами.
– Уже. Ты просто мало имел с ней дела, - прошептал в ответ Джастин, откидывая задний борт. Потянувшись за рулоном, он сообразил, что веревки или бечевы нужной длины у него нет. Вечно хоть что-нибудь, да забудет.
Инженеры потащили первый тюк в сарай.
– Зачем тебе столько материи?
– поинтересовался Варин.
– Для опытов. Помнишь Листрилла и его шары, надутые горячим воздухом?
– Помню. Но ни одна из этих штуковин не поднялась выше двадцати-тридцати локтей.
– Вот я и хочу попробовать добиться лучшего результата, - заявил Джастин, ухватившись за плетеный ремень, скреплявший второй тюк.
– Во имя Тьмы, зачем?
– спросил Варин.
– Чтобы уничтожить Фэрхэвен.
Варин споткнулся и Джастин едва не выронил рулон.
– Ты серьезно?
– Я? Одержимый гармонией Джастин? Конечно нет!
– Теперь вижу, это не шутка. Не знаю даже, что хуже, - проворчал Варин.
– То, что ты и вправду собираешься это сделать? Или то, что я верю в твою способность добиться успеха?
– Уверенности в успехе у меня как раз и нет!
– рассмеялся Джастин. Просто я знаю, что должен попробовать.
– Алтара говорит, что ты определенно беспокоишь Рилтара.
– Думаю, нашего сверхпочтенного советника беспокоит любое инакомыслие, - отозвался Джастин, выходя из сарая следом за Варином.
Когда они затащили в сарай последний рулон, Варин добавил:
– Ты великий человек, вроде Доррина, и несомненно прославишься в веках. Беда только в том, что когда великие люди вершат свои великие дела, обычные, оказавшись рядом, гибнут целыми толпами. Поэтому, как бы ты ни был мне симпатичен, я предпочитаю держаться от тебя подальше.