Чтение онлайн

– Я тоже видел истинного правителя Мельина, но чудовище Разлома может принять любой облик, - Семмерс был бледен, но держался твёрдо. И ни разу не протитуловал Императора.

– И как же отличить чудовище Разлома от настоящего человека? усмехнулся Император.

– Против них бессилен огонь, - усмехнулся сотник.

– Верно, - прищурился Император.
– И ты, воин, хочешь сказать, что я, твой Император, перед которым ты преклонил колени...

– Колено, - вполголоса, но с прежней твёрдостью возразил Семмерс. Одно колено, как положено солдату. Я не раб и на коленях ни перед кем не стоял. И не встану уже никогда.

– Гордое сердце, - заметил Император.
– Но ты говорил об испытании?

– Я говорил об испытании, - кивнул Семмерс.
– Калёным железом.

Сеамни охнула. Сульперий ойкнул.

– Пусть накалят прут, - спокойно сказал Император.
– И пусть все подойдут поближе. Если здесь есть семья Струга...

Император не сказал "барона". Висемерр Струг объявлен мятежником, тем самым он лишается титула.

– Если есть семья, пусть тоже смотрит. Пусть убедятся, что их глава погиб, подняв руку на законного владыку Империи. Никакого преследования им не будет.

– Семьи нет, - хмуро ответил Семмерс.
– Осталась в Струге. Главном замке. Эй, вы там! Прут несите. И жаровню с углями.

– Семье, раз так, пошлите весть, - холодно бросил Император. Передайте, что я жду от старшего сына немедленного изъявления покорности и принесения присяги по всей форме, если, конечно, ему не надоел баронский титул. А ты, Семмерс, подними своих людей. Те, кто захочет надеть цвета Империи.

– А кто нет?

– Отпусти на все четыре стороны. Слышите меня, люди? Все, кто хочет, может уйти со мной. Барона Струга больше нет!
– выкрикнул Император, из последних сил приподнимаясь в стременах.

" - Прут, Липке, прут сюда давай!
– рявкнул Семмерс на подбежавшего мальчишку. Двое других парнишек тянули низкую и широкую жаровню, полную тлеющих углей. В самую середину рдеющей кучи Семмерс воткнул поспешно поданный прут.

– Гвин, что ты делаешь, Гвин...

– Тайде, Империя стоит... ожога, - шёпотом отозвался Император.
– Не беспокойся. Право же...

– Я... не могу...

– Сможешь. Ты - Тайде. Видящая. А Видящие знают, что надо порою терпеть боль малую, чтобы потом не испытать большую. Такую, что и не вынести.

Сеамни отвернулась и закрыла лицо тонкими ладошками. Император кивнул Сульперию.

– Помоги снять латы, воин.

По лицу парнишки было видно, что за одно это прозвание он готов немедленно умереть с именем Императора на устах и по малейшему его приказу. Сульперий махнул рукой, двое мальчиков помладше кинулись ему помогать.

Прошло некоторое время, прежде чем Император освободился от части своей железной скорлупы и обнажил левую руку выше локтя.

– Ну, Семмерс сын Скавена. Бери прут.

– Гвин...
– еле слышно простонала Сеамни.

– Ничего, Тайде. Это... необходимо.

Во дворе наступила тишина. Из внутренних покоев, сверху, со стен и башен, из казарм и кордегардий к тому времени во двор выбралось уже немало народа. Воины и стряпухи, конюхи, доезжачие, псари, молотобойцы, землекопы, плотники, бронники, кухарки, повара, поломойки, и так далее и тому подобное. Дружинников собралось на удивление мало. Семмерс тут явно оказался старшим по чину. Не исключено, конечно, что стоявшие выше его по лестнице просто оказались обращены в пыль белой перчаткой Императора.

Сотник пеших копейщиков медленно обернул правую ладонь грязной тряпкой, медленно же взялся за прут, потянул его из углей; раскалившийся конец светился багрово-красным. Словно артист на сцене, Семмерс высоко поднял прут в воздух, показывая его глазевшим людям.

– Да давай же ты, остывает!
– громко и с оттенком презрения бросил Император.
– А то будешь говорить потом, мол, недостаточно калён прут твой был.

Семмерса передёрнуло. Он как-то неловко, боком шагнул к спешившемуся Императору, торопливо и резко ткнул рдеющим концом прута в и без того покрытую кровью руку правителя Мельина, посередине предплечья, и тут же потянул прут вбок, прикладывая стороной так, чтобы получился ожог длиной чуть ли не В палец.

...Императору потребовалась вся его выдержка, чтобы не вскрикнуть. Он мог гордиться собой - сквозь сжатые до хруста зубы и натянувшиеся побелевшие губы прорвалось только злое шипение.

Затрещали волосы, зашипела кожа, словно мясо на сковородке. Император только выше вскинул голову. По телу прошла быстрая судорога, от боли потемнело в глазах - от этого белая перчатка своего повелителя, или, вернее сказать, носителя не защищала.

Семмерс не выдержал первым. Отбросил в сторону остуженный человеческой плотью прут и на сей раз рухнул на колени уже по-настоящему, широко раскрытыми глазами глядя на длинный след, оставленный раскалённым железом, и завопил во всю мощь лёгких:

– Мой Император! Прости меня, мой Император!

– Император, Император!
– эхом отозвалось, прокатилось по двору. Коленопреклоненные люди смотрели на Императора с ужасом и восторгом.

– Император... Император вернулся...

– Вернулся, вернулся, - вымученно улыбнулся правитель Мельина.
– Эй, есть тут кто-нибудь с кухни? Масла принесите да тряпку какую-нибудь желательно почище.

...Выполнять это распоряжение тотчас кинулось чуть ли не три десятка человек. А Сеамни бросилась к обожжённой руке своего Гвина.

Глава третья

ЭВИАЛ. СЕВЕРНЫЙ КЛЫК

Мегана и Анэто действительно вернулись в лагерь, потеряв совсем немного времени. Едва ли кто-то успел заметить их отсутствие. Сновали очень озабоченные инквизиторы, угрюмые слуги разгружали только что пришедший санный обоз, им помогало двое молодых чародеев Ордоса - заставляли замороженные бычьи туши подниматься в воздух и укладываться на волокуши. Маги были совсем ещё юными, даже не с посохами, с короткими жезлами подмастерий. Анэто досадливо поморщился - даже таких мальчишек пришлось бросить в бой. А им бы ещё учиться и учиться - даже отсюда опытный чародей ощущал, как внутренне кривятся и ёжатся парни от отката.

Да и заклинание само не получалось у них как следует - здоровенные полутуши так и норовили хряпнуться оземь или с налёту развалить всю кладку на волокуше.

Ближе к берегу, у кромки матёрых льдов несколько сотен рабочих звенели кирками, вгрызаясь в мёрзлый грунт, - там копали котлован и насыпали бруствер, за которым предстояло укрыть недавно прибывшие дополнительные требушеты и баллисты. Там тоже хватало дел для магов - грунт требовалось сперва как следует прогреть, и лишь потом уступать место землекопам. Там трудилось несколько десятков огненных магов, поднимались облака пара, то и дело вспыхивало мрачное алое сияние.