Чтение онлайн

— Думаете, решетка надежная? — с сомнением проговорил Иллар, разглядывая арку.

Он не раз видел, как стражники поднимали и опускали её. Но Илония слишком давно не воевала, и кто мог поручиться, что речные ворота закрывались, не отдавая дань привычке, а действительно могли защитить город.

— Когда её строили, думаю, считали, что надежная, — ответил Бахтин, но в его словах не было уверенности.

— Господин Бахтин, вам придется всё перепроверить. Даже не знаю, что вам посоветовать.

— Не волнуйтесь, лорд Иллар. Наши укрепления — не единственные в мире. У меня имеются и жестянщики, и каменщики, и толковый инженер. Мы решим эту задачу.

— Насколько я понимаю, тут Цибазу придется знатно раскошелится. Но пусть это будет вашей первоочередной задачей.

Осмотрели они и рвы. Старые, высохшие, заросшие веселыми полевыми цветами, по-своему украшающие окружающий столицу ландшафт. Слов говорить не надо было. Рвы прочистить, расширить, углубить, утыкать заостренными кольями, залить водой, благо для этого имелась система отвода вод реки, заодно отремонтировать и её. К весенним половодьям, когда Лерниса пыталась выйти из берегов, ров заполнялся водой, и по построенным каналам вода уходила на запад, неся с собой и сточные городские воды. Это были единственные дни в году, когда город оказывался окружен водой со всех сторон. Со спадом воды, сток воды перекрывался и рвы пересыхали, но давали достаточно влаги, чтобы дать жизнь зелени и плющу, который упорно карабкался по крепостным стенам ввысь.

От него тоже необходимо было избавиться. Основа осадного дела, обсуждать тут было нечего.

Была ещё одна задача, решение которой необходимо было найти как можно раньше. В столице Илонии по улицам города была проложена сеть как открытых каналов, по которым стекалась в Лернису и Таиру дождевая вода, так и каменных закрытых, в которые сливались из жилых домов столицы нечистоты и хозяйственная грязная вода. Последние выходили за городскую стену, пересекали рвы и уже там, вдали, по открытым дренажным каналам уводили зловонные воды в поля орошения.

Если каменное ядро попадет в городе в такое сооружение, то заделать его можно будет быстро и без особых последствий. Но вот если враг решит нарушить наружную часть каналов, либо просто-напросто закупорит выход, то все нечистоты останутся в городе.

Выгребные ямы в некоторых домах имелись. Те, которые по каким-либо причинам не смогли вписаться в общую очистительную сеть. Но их регулярно очищали, опять же вывозя отходы далеко за город.

Что ж, придется жителям нарыть ещё запасных ям, да продумать, как перенаправить сток нечистот в Лернису. Всё же, это намного лучше, чем разливающиеся реки отхожих вод по улицам города. Ну и прочистить все уже имеющиеся выгребные ямы.

За воротами перед ними встала ещё одна задача. Город был поистине большим, и все же места внутри уже не хватало. Снаружи, у реки и у четырех главных крепостных ворот, образовались небольшие поселения из ветхих деревянных домов бедняков.

— Жители сами придут в город под защиту стен, — уверенно произнес Бахтин.

— Но дома необходимо будет сжечь! — уныло пробормотал Иллар, — не оставлять же врагу столько материала для постройки лестниц и укреплений.

Бахтин покряхтел.

— Если выплатить компенсацию, люди сами все пожгут? — неуверенно произнес он.

— Идея неплохая, но тогда вам с Цибазом решать её, — произнес Иллар.

Вот и начались трудности. Реальные, а не такие — как послать ребятишек собрать камни, чтобы разместить их на крепостной стене.

Когда они вернулись к главным воротам, Фаркус их уже ждал.

И сейчас Иллар переживал еще об одной проблеме. Не дав ему попрощаться с мамой, пусть даже с самыми благими намерениями, Латин с Ногалом помешали ему выполнить еще один наказ отца. Попросить, чтобы дед показал ему потайные ходы. Тогда, когда отец давал последние наставления, он рассказал сыну о наличии потайных ходов во дворце. Сказал, где хранятся записи о них, как зашифрованы. Но показать никто не мог лучше короля. Оставалось только надеяться, что в одно из возвращений Иллара в столицу, король ещё будет на месте и не уедет на планируемую встречу.

По здравому размышлению, карету Интар оставил. Пригодится, как в первый день, когда он в карете спокойно, а не верхом, давал указания племянникам и сыну. Ночью он работал в комнате на узловом постоялом дворе, а днем беседовал в карете с Торесом, владетелем укрепленного города Гелназ. Потом спал. Наличие кареты оказалось весьма кстати. Интар даже мимоходом удивился, как это раньше не приходило ему в голову. Впрочем, раньше никогда такой спешки не было.

Карета и для Оветы оказалась не лишней. Девушка прекрасно сидела в седле, но такие длинные верховые переходы были ей в новинку, так что значительную часть дня она также проводила на удобном мягком диванчике, смотря на проносившиеся ландшафты из окна кареты, или сидя на козлах рядом с кучером Фетом, что нравилось ей ещё больше. Она радовалась, что отказалась взять с собой своих горничных. И теперь наслаждалась свободой. Не надо было сложно укладывать волосы, следить за этикетом. Она вполне обходилась своими силами, а когда они останавливались на постоялом дворе, к её услугам всегда были и служанки, и прачки.

Взяв с собой стопочку бумаги, она на привалах рисовала то, что ей встречалось по пути. Замок, речку, крестьянский дом, рисовала сосредоточенного отца, и даже кучера, когда он важно восседал на своём законном месте — на козлах кареты. Но больше всего ей нравилось рисовать Версу, её тихую красивую лошадку, которую совсем недавно препоручила ей бабушка Алаина. Для молодой кобылки это была первая крупная поездка, и она, как и Овета, с интересом изучала мир своими большими карими глазами. Овета участвовала с бабушкой в её обучении в Варнийке, сама мыла, чистила её, заплетала гриву, вплетая ленты и цветы, и всегда у девушки было с собой лакомство для любимицы. Как раз к этому времени бабушка решила, что Верса готова к дальним путешествиям и лично снарядила её для внучки.

Благодаря их стремительной скорости, до границы с Арилазой они планировали дойти на четвертый день. Выносливые лошади илонийской породы позволяли делать такие значительные переходы, обходясь лишь двумя большими перерывами в течение дня и отдыхом ночью.

У Стенли с братом скорость будет намного больше. Им придется менять лошадей. На почтовых Узлах положено держать по пятнадцать сменных лошадей, так что для их небольшого отряда должно хватить, даже учитывая возросшую потребность скаковых лошадей для увеличившегося потока гонцов.

Интар понимал, что поставил перед племянниками невыполнимую задачу. Убедить Матаса, даже имея на руках письмо Интара о том, что не стоит переходить границу и давать битву на территории Кордии, будет невозможно. Матас не послушает. У него имеется свой долг, обязательства перед Кордией. Через Корду пролегают все значимые морские торговые пути Арилазы, оба королевства дорожат своими связями. И хотя у Матаса очень небольшое войско, всего человек семьсот, он поведет их в битву.

Дружба между двумя королевскими домами Илонии и Арилазы носила личный характер. Отцы Матаса и Интара были давними друзьями. Интар, как старший товарищ, всегда был для Матаса примером для подражания. Его ум, знания, способность находить взаимовыгодные для всех решения, способность заставить себя выслушать и слушать, всё это сначала для принца Матаса, а потом и короля Матаса III — было образцом правителя. И вот сейчас ему предоставлялся шанс проявить себя как предводитель войска. Интар слишком хорошо знал Матаса. Тот встанет во главе своего войска сам. Войска неопытного, не имевшего настоящего боевого опыта, выполняющего роль армии Арилазы лишь номинально. Для представительских и церемониальных парадов они годились. Но не для войны.