Чтение онлайн

...В очередной раз происходящее показалось мне сном, страшным кровавым кошмаром. Резкий звук неприятно царапал обостренный слух, не сразу стало понятно, что это кричу я сама. Но мне никто не отвечал, я вдруг осталась одна наедине с молчащими людьми и сколько бы я не трясла их, как бы не взывала к ним - они не отвечали, да и как могли ответить мертвецы?...

Я резко выдохнула, выравнивая дыхание.

Благословенное солнце слепило горячие глаза, множась бликами, все вокруг возвращалось в реальность. Волчий Излог отступал, рассеиваясь среди других воспоминаний. Все в прошлом. Память, закрой дверки и этого ящичка, пусть их нелепые позы не тревожат меня больше! Не хочу вспоминать, как загустел воздух, наполняясь звоном... как пестрые росчерки обрывали жизни... как гасли вокруг звуки.

Довольно!

Уткнувшись в плечо Охотнику, я плакала самым некрасивым образом: со всхлипами и шмыганьем носом. Росни мужественно терпел неудобства, некоторое время вообще не шевелясь, потом начал гладить по волосам, слегка раскачиваясь, его движения убаюкивали.

– Выплачь эту боль.
– Сказал неожиданно мягко.
– Выплесни ее слезами. Счастлив, кто еще может плакать.

– Ты вины не несешь.
– Резко сказал позже, направляясь на встречу с Рэмом.
– Ты не Охотник. Радуйся, что саму отпустили. Хотя, почему - не понимаю... Ты ж вроде от покровительства отказалась, как Рэм сказал?

Я нервно рассмеялась.

– Они не объяснили... Они просто не показались, Росни, эльфов я не видела.

Росни испугался нового приступа истерики, замолчал, хмуро поглядывая, когда считал, что я не вижу. Ладно-ладно, Охотника из меня не вышло, как и эльфа. Переживу как-нибудь.

*

– Я не оправдываюсь, Рэм, - Попыталась объясниться, идя вслед за ним.
– Я пытаюсь поступать правильно. Сам посуди, у меня есть задание, мне нельзя его не выполнить. То есть никаких гарантий, что оно вообще выполнимо... Но это-то как раз и не главное!..

– И не оправдывайся.
– Доброжелательно посоветовал он, не оглядываясь.
– Оправдания всегда выглядят подозрительно.

Город встретил нас шумом и пылью.

Растерянная царящим вокруг бесконечным движением, я окончательно запуталась. И что я буду здесь делать?!.

Рэм привел меня на окраину, спрашивая по пути попадающихся людей о возможности стать на постой. Домик выглядел довольно жалко, покосившийся, с кучей детей и всего двумя комнатами: одной общей, той, где жила семья, второй очень маленькой, сдаваемой в наем. Я согласилась без пререканий, меня устраивало все. Пререкания у меня возникли позже с Рэмом, по поводу оплаты жилья: я оплатила вперед, возможно, просто потому, что очень уж хотелось знать - где-то есть уголок, в который можно вернуться. Даже если предполагаешь вернуться не скоро. Сам Охотник оставаться в городе не собирался, его ждали другие, важные дела, я впервые могла оказаться действительно одна.

– Куда ты теперь?..
– Стараясь оттянуть тягостный момент, спросила его тем же вечером.

– Сначала загляну к Мерману. Помнишь? Тот, торговец, к которому мы заходили, как тебя нашли?.. Он самый. Теперь он здесь, с месяц как уже семью перевез. Прислал приглашение. Посмотрю, в чем дело.

– Может, вместе зайдем?..
– Предложила, стараясь не выдавать паники от вероятности встретиться с одиночеством. Рэм не удивился, согласился просто:

– Почему нет.

Так вот я вновь ушла с Охотником, оставив за собой комнату в чужом доме, и собственное заверение, что вскоре появлюсь.

*

По дороге мы лишь раз встретились с небольшим обозом, повозок в пять. Хмурые переселенцы недобродушно поглядывали в нашу сторону, когда проезжали мимо.

– Переодеть тебя надо.
– Решил Рэм, встревоженный внимательными взглядами.
– Про тебя и сейчас уже много плетут, да и ранешные сплетни не забылись...

– Какие?
– Удивилась.

– Про эльфов.
– Ответил нехотя, отбивая всяческое желание к дальнейшим расспросам.

Найдя торговца с приличным товаром, Рэм без разговоров натянул на меня одежду совершенно нелепую, я сама на себя без смеха и смотреть не могла. Он был так хмур, что пришлось согласиться. Хорошо хоть юбку надеть не заставил.

Так я и не узнала, зачем звал к себе Мерман. Мы провели в его доме всего одну ночь, которую я безмятежно проспала под негромкий разговор хозяина с Охотником, утром Рэм спешно собрался назад. Встреченные двое незнакомых Охотников верхами согласились взять нас с собой, компания сразу получилась большая и веселая.

*

На следующий вечер к нашему костру свернул дежуривший по тракту разъезд. Я впервые видела не ополченцев, а настоящих солдат: пятеро мужчин, две женщины. Одеты в тяжеленные латы, шлемы, вооружены не короткими мечами.

К Охотникам обратились уважительно, на приглашение разделить ужин согласились сразу. Я, по своему обыкновению, разглядывала новоприбывших столь внимательно, особенно женщин, что Рэм предостерег:

– Женщины из Восточных Поселений. Ты поосторожнее при них, Ренни, эльфов там не любят. Почему? А кто его сейчас разберет! Давняя это история, уж и памяти о тех делах не осталось, а неприязнь все живет, хоть с той, хоть с другой стороны. Эльфы сами-то знают, конечно, в чем тут загвоздка, да только они не шибко распространяются, о чём знают.

– Как ты отличил их?
– Удивилась, разглядывая самый обычный наряд женщин.
– У них даже оружие здешнее, и акцента вовсе нет... или я не уловила?

– На острове люди часто подчеркивают свое отличие от эльфов. Не знаю, чего тут больше: зависти или брезгливости. Зовут как, слышала?
– Ирина и Ларила. Окончание 'а' у женского имени означает отрицание. Ларила - не- Ларриль, Ирина - не- Иринон. В этом выражается противопоставление себя эльфам.

Мне показалась забавной приставка-отрицание. Словно можно прожить жизнь вопреки.

– И часто женщин называют так?
– Улыбнулась.

– Ты удивишься, насколько часто.
– Без тени шутки ответил Рэм.

Разглядывая снаряжение воинов, обратила внимание - у шестерых наручи были по чеканке разукрашены синей краской, у одного - черной.

– Война вот-вот кончиться должна.
– Рассказывал Охотникам тот, с черными полосами, Баграт.
– Король Гатр армию по самые стены выдвинул, хоссам деться некуда, сидят запертые. А мы вот... тут задержались. Синие вон в разъезд подались, и я решил напоследок осмотреться, потому как скоро с подкреплением уйдем. Да, и Синюю сотню забирают, и Черным всем приказ выступать.

– Про твое дело не спрашиваю, личная сотня Короля - дело темное, не зря вас черным метят. Но Синяя сотня - разведчики.
– Негромко сказал один из Охотников недоверчиво.
– Чего они тут-то делают?

– Эльфы.
– Так же негромко пояснил Баграт, оглядываясь невольно.
– Земли-то самые что ни на есть ихние...

Все понимающе покивали. Значит, опасаются удара в спину, подумалось мне. Зря опасаются! Пока сами не сунутся, эйльфлёр все равно, кто топчет дороги - южане или северяне. Те и другие смертные.