Чтение онлайн

Цепочка фактических и гипотетических связей: таран - Меридиан-6 Федорчук - Олни - предощущение катастрофических событий - флер секретности вокруг "Альционы" - ЮСФЕ. Конечно, Олни Лаймис знает больше, чем говорит. Говорит она не всю правду, и только ли правду? А время не ждет, и если немедленно не выбить из этой окружившей себя нездоровой мистикой особы все, что ей известно, то может произойти непоправимое. Дознаться, а потом решить, что делать дальше. Действовать придется в одиночку, поскольку обаяние и нервно-паралитический взгляд этой дамочки основательно лишили Витьку Лобина способности к критическому осмыслению действительности.

"Примем за рабочую гипотезу, что она лишь выдает себя за служащую Космических Сил, - заключил Славик.
– Самое подходящее прикрытие в нашем мире для авантюристки крупного масштаба. Легенда, в которой никто не посмеет усомниться и рискнуть навлечь на себя неудовольствие ЮСФЕ, слишком много мрачных и сомнительных дел приписывается обывателями этой организации. Но если не служащая ЮСФЕ, то кто? И как это выяснить без основательно подготовленного личного контакта? Кем бы ни были Олни, Федорчук, вся эта компания - они решительны и опасны".

Славик Волков решил посетить Олни Лаймис.

Проблемой номер один была хорошая ментальная подготовка девушки, с чем пилот уже имел неприятности, и которой в тайне завидовал. Чтобы не заснуть стоя и не проснуться потом, к примеру, лежа в клетке со львами, Славик всерьез экипировался, так, как делал это на "дружественных" планетах. Прежде всего он приспособил антисинкридер, ATR, устройство, защищающее мозг от прослушивания и воздействия, дающее сигнал тревоги, если такое воздействие пытались оказать. Настоящий планетный ATR, а не забава любителя - худосочная медная сеточка. По-словам Лобина, Волкову было известно, что Олни держит у себя дома целый склад гравитронной аппаратуры невыясненного назначения. Любопытно будет с этим разобраться, профильтровав испускаемые аппаратурой излучения. Для их записи Славик прихватил, рассовав во внутренние карманы куртки, целый исследовательский комплект - волновой детектор, масс-детектор, биодетектор, еще кое-какие мелочи из своего почти шпионского арсенала, не раз спасавшего жизнь пилота в краях, далеких от Земли. Вячеслав не отказался бы прихватить боевой астроплан в антипланетарном снаряжении и пару осиновых колов, но ни того ни другого в наличии не наблюдалось.

Собравшись, Волков подумал мгновение и захватил с собой личный огнестрельный пистолет. И этой штукой ему уже приходилось пользоваться. Вся прелесть ее была в том, что ни одна штабная крыса из Комкола не может придраться и сказать, что нарушаются пресловутые пять поправок о невмешательстве "Закона Евро-Азиатского Советского Союза об отношениях с космическими цивилизациями". (Впрочем, в тяжелых случаях Вячеславу приходилось брать и штуки помощнее, плюя на все пять поправок.) Славик понимал, что после тарана глайдера повторно предупреждать его не будут, и шутки кончились. "И черт с ним. Риск - благородное дело."

Утром в четверг предприятие началось.

Утром в четверг, отбросив колебания, я направился к Валентину Буркову.

– Ну?
– начал разговор он не тратя время на формальности.

– Почему поражены только советские колонизаты?
– в такой же сухой манере ответил вопросом на вопрос я.
– Или они тоже с этим столкнулись - я имею в виду американцев, европейцев и так далее?

– Таких сообщений не было. Как вам прекрасно известно, наши колонизаты составляют компактную группу в пределах тысячи светолет от Авангарда. Очевидно, заражение не передается на большие дистанции.

– А не разумнее предположить, что заражение не передается совсем?
– я изложил гипотезу Волкова. Бурков заинтересованно выслушал, усмехнулся и сказал:

– Чувствую, у вас есть что-то еще.

– Есть. Почему дело обставлено такой секретностью? Разве для самой Земли не существует угрозы? Разве не нужны сейчас совместные действия, чтобы такую угрозу предотвратить? Не скрываем ли мы каких-то своих промахов?

– По-мнению научного отдела, угроза для Земли отсутствует. От Земли до Авангарда почти пять тысяч светолет, а это много по-сравнению с радиусом зоны поражения. Мы не хотим паники. А просчеты... Просчеты бывают у всех. С вашей идеей я сам ознакомлю научников, хотя мне кажется, что они успели ее изучить и отбросить. Но у вас, Лобин, есть что-то еще.

– ЮСФЕ в курсе наших неприятностей?

– Разумеется. Хотя мы и не очень поощряем их вмешательство в нашу работу. Они получают информацию, но занимаемся мы сами.

– Некий сотрудник этой организации проявлял живой и неподдельный интерес к "Альционе". Это от нее я услышал о существовании программы неделю назад.

Бурков присвистнул:

– Но это действительно сотрудник ЮСФЕ?

– Она предъявила документ. Ответственность только перед подразделением номер 80, ну и так далее.

– Дивизион 80, - задумчиво повторил Бурков, - это контрразведка Командования ЮСФЕ по действиям в чрезвычайных ситуациях, ЭМКОМа. Ну очень крутые ребята. Вы зря молчали целую неделю, Лобин, вас не красит и не на пользу дела. В каких вы отношениях с этой особой?

– В непонятных. Я сам знаком с ней неделю. Это она нашла меня и в лоб задала вопрос об "Альционе". Олни Лаймис, если только это настоящее имя, а не партийная кличка.

Пока я изъяснялся, Бурков успел закинуть запрос в компьютер. Потом я подробно рассказывал историю моих взаимоотношений с Олни, не забыв упомянуть про Меридиан-6 и Федорчука, а под конец вспомнил, что сегодня Олни будет меня ждать, и по какому поводу будет ждать.

– А давайте-ка позвоним ей сейчас, - предложил Бурков. Я пожал плечами, а он уже диктовал код в микрофон. Раздался зуммер ответа, и куратор по безопасности спросил:

– Олни, вы меня слышите?

Славик надавил на кнопку звонка квартиры Олни. Дверь открылась автоматически. Он вошел и наткнулся на оторвавшуюся от терминала удивленную хозяйку.

– Простите, что я в столь ранний час, - криво усмехнулся Волков.

– Это опять вы, несносная личность, - разочарованно констатировала девушка.
– Полагаю, у Виктора возникли трудности, и он послал вас ко мне.

– Его трудности в том, что ему просто задурить голову, - с плохо скрытой неприязнью произнес Славик.
– Вы трагически ошиблись, он меня не посылал.

– Тогда что вам угодно?
– спросила она холодным тоном.

– Мне угодно поговорить с вами, Олни, и на этот раз вы так легко от меня не отделаетесь.

– Вы слишком грубы для того, чтобы с вами стоило разговаривать, поморщилась девушка.
– Смените тон.

– Простите меня за грубость, но во-многом она спровоцирована вами, развел руками Славик. Его лицо приобрело выражение мрачной решимости.

– Хорошо, Волков, я слушаю вас, но если вы будете испытывать мое терпение слишком долго - полицейский участок рядом, и вас ждут ужасные неприятности по-обвинению в нарушении неприкосновенности жилища. И пожалуйста, больше не надо ломать комедию с сотрудником госбезопасности.

– А мне кажется, это вы ломаете комедию, изображая служащую ЮСФЕ. Так что мы квиты.

– Вячеслав Николаевич, я с вами не соревнуюсь, и своего общества вам не навязываю. У вас не может быть ко мне никаких законных претензий, менторским тоном произнесла Олни.