Чтение онлайн

— Разве ты не пойдешь купаться? — Холли посмотрела на Пету.

— Позже, после ланча, может быть. — Пета заставила себя говорить весело.

Она взяла биту, которую протягивал ей Дикон. Николас подавал мяч. Он, очевидно, тоже не хотел купаться. И все же, если кто-то должен был учить Лориол плавать, разве не он?

Пета, чувствуя, что у нее нет сил ни возражать, ни прибегать к уловкам, все больше изумлялась. Лориол, можно сказать, не обращала внимания на Николаса и посвятила себя исключительно Майку. Вообще-то, подумала Пета, она вовсю флиртует, не заботясь о том, что подумают окружающие. Но почему? Что она пытается доказать?

Ей пришла в голову тревожная мысль: может быть, Лориол по какой-то причине, пытается заставить Николаса ревновать? Если так, то план, кажется, ей не очень удавался. И незнающему человеку могло показаться, что Николасу все равно.

Маргарет Мэндевилл, лежа в шезлонге, наблюдала за происходящим со снисходительной улыбкой. Очевидно, ее устраивала такая ситуация, хотя о Диконе и Холли вряд ли можно было так сказать. Дикон сердился, потому что Майк, увлекшись Лориол, и думать забыл о крикете, а Холли разозлилась из-за Петы. Какое право он имел ухаживать за другой, какой бы красавицей она ни была? Девочка думала, что знает, каково Пете, и неумело попыталась выразить сочувствие, обращаясь с ней особенно ласково. В то же время она разговаривала с Лориол бесцеремонно, даже грубо. Из-за этого ее мать несколько раз хмурилась.

Пета была благодарна девочке за преданность, но приходила в ужас, боясь, что из-за нее может скоро произойти «сцена». Девушка пребывала в смятении. Она одновременно сердилась на Майка, изумлялась поведению Лориол и сочувствовала Николасу. Что он на самом деле думал о поведении Лориол? И почему она вела себя так капризно? Что же у них с Николасом пошло не так после его возвращения из Лондона?

За ланчем Пета чувствовала себя неуютно. Она не смогла съесть почти ничего из вкусных кушаний миссис Мэндевилл. К счастью, никто не обратил на это внимания, хотя один раз она обнаружила, что Николас ее пристально рассматривает. Это немного встревожило девушку. Пета не хотела, чтобы он догадался, какой несчастной она себя чувствует, и немедленно стала преувеличенно разговорчивой.

После ланча Холли предложила прогуляться вдоль берега. Согласились все, кроме матери, которая твердо заявила, что незачем слишком много двигаться после еды. Пета предпочла бы остаться с ней, но не посмела, чтобы не показаться странной.

Они пошли группой, но вскоре разбились на пары. Впереди шли Майк и Лориол, за ними — Николас и Дикон, а замыкали шествие Пета и Холли. По такой жаре идти быстро не получалось, а Пете еще и мешал порванный ремешок сандалии, из-за которого ей оказалось в десять раз труднее передвигаться по рыхлому, зыбучему песку. В конце концов она сняла сандалии и пошла босиком. Девушка не хотела отстать, хотя и не получала удовольствия от такого времяпрепровождения. Вместо того чтобы стараться выглядеть веселой и беззаботной, она предпочла бы побыть одной. Слушать шум моря и крики чаек, летающих над водой.

— По-моему, Майк ведет себя ужасно! А ты глупая, Пета, это точно! — Холли дождалась момента, когда, как она думала, их с Петой не смогут расслышать другие, и тогда выплеснула сдерживаемое негодование.

У Петы на миг словно остановилось сердце. Она надеялась, что ей удалось обмануть Холли и убедить других в том, что все в порядке…

— Да о чем ты? — Пета сделала вид, будто не понимает.

— О, не притворяйся, Пета! Конечно, о тебе и Майке! — Холли смотрела на нее широко раскрытыми от негодования глазами. — Почему ты позволяешь Лориол увести его? Он принадлежит тебе, а не ей!

— Не говори так! — непривычно резко ответила Пета. — Майк не «принадлежит» никому, и в том числе мне. Почему ему не подружиться с кем-нибудь еще, если он так хочет? Конечно, он считает Лориол привлекательной, любой бы считал!

Холли пнула камень.

— Это несправедливо по отношению к тебе!

— А теперь ты ведешь себя глупо! Я-то не возражаю.

Пета надеялась, что говорит убедительно. На самом деле она сомневалась, потому что действительно возражала, по многим причинам.

Но Холли повергла ее в изумление.

— Это вранье! Но я не обижаюсь на тебя. Я злюсь на Майка. Он не может понять, что Лориол просто флиртует. Она бросит его, как горячую картошку, когда захочет. — Девочка вздохнула. — Наверное, после такого ты уже не захочешь за него выйти?

Пета, пораженная проницательностью ребенка, только ахнула.

— Выйти за него?

— О, я знаю, ты над этим еще мало думала. — Холли быстро взглянула на нее. — Мама разозлилась, когда я об этом сказала. Она говорит, что вы просто хорошие друзья. Я не стала спорить, но, конечно, любому ясно, что вы созданы друг для друга. — Холли, которая читала все женские журналы, попадавшие к ней в руки, постаралась выглядеть совсем взрослой. — Наверное, ты в скором времени и сама поняла бы это, если бы Лориол не приехала и не устроила такой беспорядок!

В эту минуту Дикон позвал сестру. Пета осталась одна и попыталась поразмыслить здраво.

Раньше любое предположение о том, что они с Майком могут быть ближе, чем просто друзья, вызывало у нее презрительный смех… но права ли девочка? Может, действительно, со временем она поняла бы, что Майк значит для нее гораздо больше? Неужели из-за этого ее не покидали обида и раздражение?

Пета озадаченно нахмурилась. В отличие от Холли, она не притворялась, что много знает о любви, но всегда представляла, что чувство должно быть пылким и волнующим. Вдруг роман не всегда начинается с пышных признаний и клятв… может, порой он становится продолжением прекрасной дружбы… Возможно, она и Майк…

Поглощенная мыслями, Пета не смотрела под ноги и, нечаянно наступив на осколок стекла, вскрикнула от боли. Когда остальные прибежали к ней посмотреть, что произошло, носовой платок, которым Пета быстро перевязала рану, пропитался кровью.

— Дай я посмотрю. — Николас опустился на колени возле нее и осторожно дотронулся до ее ступни. — Да… Ты сильно порезалась, детка. Надо перевязать.

— Но почему ты сняла сандалии? — холодно спросила Лориол.

— Порвался ремешок. — Пета говорила дрожащим голосом. Она сильно расстроилась и сердилась на себя. — Я не заметила стекла.

— Надо же! Кровь так и хлещет! — Дикон смотрел на песок, который окрашивался в красный цвет. — Тебе придется вернуться к машине, Пета. Мама всегда возит аптечку в багажнике, она быстро тебя перевяжет.

— Да, но Пета не может идти с такой ногой! — запротестовала Холли. — Кому-то придется нести ее на руках. — И она посмотрела прямо на своего брата.

На миг наступила мучительная тишина. Майк медленно краснел, но не произносил ни слова.

— О, я не думаю, что все так плохо, правда? — В голосе Лориол, опирающейся на руку Майка, звучали одновременно скука и нетерпение.

Пета, вне себя от смущения, попыталась подняться на ноги.

— Конечно, это не… — начала она, но Николас не дал ей договорить. Раньше, чем девушка успела понять, что он собирается делать, мужчина подхватил ее на руки, легко, как ребенка, не обращая внимания на ее испуганные возражения и на выражение лица Лориол.

— Холли совершенно права. Ты не можешь идти с такой раной. Я отнесу тебя, здесь недалеко.

— Пожалуйста, отпусти меня! — Пета едва не плакала.