Чтение онлайн

Он так и сделал, потому что был слишком слаб, чтобы сформулировать подходящий ответ, и слишком потрясен, чтобы попытаться. Никто в жизни не говорил ему ничего подобного.

– Ну вот, как я говорила, они любили друг друга всеми силами вселенной, но был некто, кто им завидовал. Одна старая злая богиня. Она явилась юной богине Этейн и предложила сделать ее самым прекрасным существом в мире, чтобы муж полюбил ее еще сильнее.

– И она согласилась, – вставил он. – Глупая женщина.

Мэгги тихо засмеялась.

– Пока вы правы. Но, к ужасу Этейн, она превратилась не в прекрасную женщину, а в бабочку.

У Джеймса задергались веки, когда он представил подобную глупость. Нет. Это нельзя так оставлять.

– Чепуха.

– Тихо! Бабочка была прекрасна, все цвета мира и рая переливались на ее крыльях, но потом на Тир на Ног налетел небывалый шторм и унес ее. – Маргарет ходила туда-сюда вокруг ванны, ее легкие шаги сопровождались шуршанием юбок о ковер. – Потрепавшись здесь и там, по всему миру, она наконец очутилась на смертной земле. Порхая своими измученными крыльями, она залетела в замок и – что бы вы думали – опустилась на бокал вина.

– Какая удача, – протянул Джеймс, втайне весьма довольный историей и особенно тем, как голос рассказчицы то приближался, то снова отдалялся во время ее передвижений.

– И хозяйка дома, – произнесла она с нажимом, – выпила этот бокал и бабочку.

– О боже.

– А потом хозяйка оказалась беременна.

– Католики поверят чему угодно. – Виконту нравилось провоцировать Маргарет. В самом деле. И учитывая, что его мозг пульсировал все сильнее, он был рад, что в состоянии складывать слова в предложения.

По комнате пронесся раздраженный звук, и ирландка сказала:

– Это было написано задолго до того, как католики были искрой в глазу Господа. У вас что, нет воображения?

– Не особенно. – Джеймс прижал руки к бедрам, вдавливая пальцы в мышцы. Он может перестать дрожать. Может.

– Просто слушайте.

В действительности он не собирался признавать, что звук ее голоса отвлекает его от нарастающей тревоги. Конечно же, если он расслабится и просто заставит себя слушать, воздерживаясь от комментариев, то сможет погрузиться в этот звук. Пауэрз просто будет плавать в нем, без тела, без мыслей, только свобода ощущений. Он прекратит это нелепое отсутствие контроля, желудок расслабится, и лихорадка, обжигающая мозг, отступит. Он снова станет собой.

Веки опустились, Джеймс попытался их поднять, но не смог. Пока он слушал, ее голос растворился в тумане небытия. И он соскользнул в воду. Подальше от всего. Подальше от растущего понимания того, что Маргарет ему все же нужна. Но только пока. Пока.

Маргарет медленно бродила, вспоминая историю, которую мать рассказывала ей бессчетное число раз. Ей нравилось ее волшебство… нелепость… и надежда.

Несмотря на то что Мэгги видела бесчисленное число голых мужчин, в присутствии Пауэрза все было иначе. Она не могла относиться к нему только как к пациенту, телу, нуждающемуся в помощи, и испытывала некоторый стыд. Он нуждается в ней, и ее желания ему не помогут. Ни капли.

Минуту назад ее руки касались его плоти, и ей приходилось крепко держать свои мысли в узде. Он – ее пациент и ничего больше. Ну еще он ее муж, но в настоящее время это совершенно не важно.

Мэгги медленно вдохнула и посмотрела на Джеймса. Его дыхание замедлилось, глаза были закрыты. Он выглядел почти умиротворенным, но на лбу выступил предательский пот. Стенхоуп боролся с потерей своего наркотика.

Его губы пошевелились, словно он пытался заговорить.

– Пауэрз? – настороженно позвала Маргарет.

Он дернул рукой. Движение было внезапным и резким: непроизвольная потеря мышечного контроля.

Мэгги сжала кулаки, зная, что дело принимает неприятный оборот. Сказка вылетела у нее из головы, и Маргарет подошла к ванне. Глаза Джеймса были открыты и странно блестели. Такой блеск она часто видела в глазах пациентов, бросавших морфий.

Внезапно тело Пауэрза расслабилось, и он соскользнул под воду. Серебристые волосы плавали на поверхности.

У Маргарет пересохло во рту, когда она бросилась вперед. Еще слишком рано для этой стадии. Она не думала, что он так быстро погрузится в полусон.

– На помощь! – закричала сиделка. Она сунула руки в воду и схватилась за широкие плечи Пауэрза. Его голова немного покачивалась. Она потянула, но он оказался слишком тяжелым. Маргарет изо всех сил боролась, упершись ногами в ковер и сцепив руки.

Лакеи, которым было велено ждать снаружи, поспешили в комнату.

Мэгги не подняла головы, сфокусировавшись на супруге.

– Вытащите его!

Один из лакеев подбежал к ванне.

Маргарет быстро отступила, понимая, что у юноши получится гораздо лучше, чем у нее.

Второй лакей встал рядом с ванной. Вместе им удалось ухватить Пауэрза. Они захрипели и с усилием потянули великана наверх.

Наконец им удалось вытащить Пауэрза из воды. Кашляя и отплевываясь, он заморгал.

– Ч-что?

– Вы заснули, – резко сказала Мэгги.

Повисший на руках у лакеев, виконт выглядел беззащитным, раненым гигантом.

Он неровно втянул воздух.

– Как?

Маргарет скрестила руки, чтобы восстановить хладнокровие. Она взялась за большое полотенце.

– Отведите его в постель.

Лакеи кивнули и двинулись в спальню.

Пауэрз не протестовал. Его взгляд был совершенно пустым.

– Ч-что происходит? – пробормотал он, пока его волокли.

Маргарет содрогнулась. В сильном голосе Пауэрза проступали ноты детского страха. Ей хотелось закричать на него, что она предупреждала о последствиях резкого прекращения приема опиума, но сейчас это было неважно. И она прикусила язык.

– Все будет хорошо, Пауэрз.

Не обращая внимания на державших его лакеев, Мэгги начала вытирать мужа. Ее всю трясло от злости на себя. Она не должна была соглашаться и позволять Джеймсу резко бросать опиум, но теперь уже ничего не поделаешь.

С дисциплиной, привитой в госпиталях за время Крымской войны, она приучила себя действовать методически. Заставила себя видеть в этом человеке только кусок плоти, тело, нуждающееся в лечении и уходе.

Лакеи уложили виконта под одеяло; его тело было безжизненным, голова повисла.

Маргарет осторожно убрала длинные серебристые волосы с его лица.

– Отдыхайте.

Пауэрз моргнул, мутный взгляд на мгновение сфокусировался.

– Мэгги? Что происходит?

Мэгги сглотнула подступивший к горлу ком.