Возрожденная
Шрифт:
— Честно говоря, это чуть не вызвало у меня рвоту. Теневой Зверь много за что ответит, даже если в тот момент он был не совсем в своем уме.
— Ты уверена? — Гастер спросил в последний раз и начал раскладывать свои вещи на полу.
— Я готова, — убежденно сказала я.
В действительности я боялась, потому что альтернативой было уйти из этого мира, не получив ответов на все вопросы, которые я искала, и вернуться к Торину и Торме. Чертовски тяжелый выбор, ребята.
— Мне нужно, чтобы ты легла в этот круг, — сказал Гастер, и я заметила, что за считанные секунды он успел начертить очень сложный круг из изображений и символов белым мелом.
— Это называется магическая сфера, — объяснил он. — Она защитит тебя и нас от того, что… — он прочистил горло — может появиться при разрушении этого связывающего твою память заклятия.
Зловеще, но не удивительно. Гастер не показался мне человеком, склонным к истерике, и в его голосе, когда он рассказывал об этой процедуре, было слышно неподдельное беспокойство. Сфера заклинаний была отличным выбором.
Сэм потянулась и схватила меня за руку, когда я проходила мимо.
— У тебя получится, — прошептала она. — Я знаю, что бы тебе ни бросили, ты поймаешь это и бросишь обратно еще сильнее.
Я сжала ее руку в ответ.
— Спасибо.
Наши взгляды встретились, и, хотя она выглядела обеспокоенной, беспокойства было значительно меньше, чем непоколебимой уверенности в ее взгляде. Она думала, что я смогу это сделать, и я была полна решимости доказать ей это.
Когда я была готова, то вытянулась в круге, его размер был идеален для меня. По моей коже пробежало покалывание силы, быстрое, как электрический разряд. Гастер продолжал рисовать вокруг меня образы, и когда он приблизился к последним участкам магической сферы, энергия окутала меня.
— Сфера завершена, — сказал Гастер приглушенным голосом, будто между нами в буквальном смысле существовал барьер. — Соберись, Мера Каллахан.
Я закрыла глаза стараясь держаться изо всех сил, вцепилась пальцами в пол. Шансы удержаться были слабыми, но я все равно чувствовала, что это якорь, удерживающий меня на месте. Гастер начал напевать, слова становились все громче, пока не разнеслись эхом по всей библиотеке.
Песнопение проникло в мой мозг, вращаясь и набирая силу и громкость. В конце концов, когда мне показалось, что моя голова вот-вот взорвется, и я была на грани крика, последние слова Гастера откликнулись во мне.
Отклик, который становился все глубже, и мое тело вибрировало вместе с ним, будто каждая клеточка моего тела подпрыгивала и набирала скорость. Мое тело оторвалось от земли, и сфера заклинаний была единственным, что мешало мне полностью отключиться.
— Держись, Мера! — закричала Сэм, когда дрожь усилилась. — Ты почти у цели.
Веря, что она знает что-то, чего не знаю я, я крепче закрыла глаза и перестала бояться неизвестного. Я отдалась заклинанию и позволила ему сделать свою работу. Вибрация усиливалась, пока в моем мозгу не воцарился сумбур. Я не могла вспомнить, кто я, где я и почему я вообще здесь оказалась. Но я определенно помнила, как кричать.
Когда боль стала невыносимой, крики вырывались из моей груди и изо рта, продолжаясь часами, днями, неделями. Боль за болью. Ломая разум и тело. Линии света пронзали меня насквозь и окружали, когда щит, скрывавший мои воспоминания, был разорван на куски. Но боль продолжилась.
Рыдания.
Крики.
Потерянная. Одна.
Тень…
Тень…
Тень.
Где Тень?
Моя душа кипела эмоциями — таких я никогда раньше не ощущала. Эти чувства затмевали и уничтожали даже боль в теле. Теневой Зверь. Он не был моим врагом. Не был тем, кто украл у меня воспоминания.
Он был для меня… всем.
Пламя бушевало во мне, когда моя сила вырвалась на свободу из своей клетки, заполняя сферу и покрывая все мое тело. После этого боль утихла, и, в конце концов, мои крики прекратились, и я, наконец, обрела покой.
Нежное прикосновение к плечу вырвало меня из темноты, и, когда Гастер произнес мое имя, я резко вскочила, в голове у меня стучало, отбойным молотком, когда на поверхность всплыло еще больше воспоминаний.
— Ты прошла через это, — сказал Гастер, продолжая тихо говорить, — и твои воспоминания вернутся, как только твой мозг заживет.
Как у оборотня, моя черепно-мозговая травма должна была зажить за считанные секунды, но, по-видимому, то, что со мной сделали, было гораздо глубже, чем обычно. Потребовалось по меньшей мере десять минут, чтобы грохот прекратился, и когда я наконец подняла голову и оглядела, разрушения, которые, поразили меня настолько, что только в этот момент я смогла по-настоящему осознать их.
— Моя библиотека, — ахнула я, а затем разрыдалась, закрывая глаза руками и пытаясь сделать глубокий вдох. Когда я посмотрела на Гастера, выражение его лица было таким же разбитым, как и у меня. — Я скучала по тебе, — прохрипела я. — Я забыла о тебе.
Он наклонился вперед и обнял меня, прижимая к себе раз в десять сильнее, чем можно было ожидать от него.
— Я тоже скучал по тебе, Мера. Мы придумаем, как все исправить.
Воспоминания продолжали возвращаться, в основном неровными образами, и мне приходилось работать с ними медленно, потому что наплыв был ошеломляющим
— Мы были в Царстве Теней, — пробормотала я, — и мы только что победили Иксану, пару Тени, которая положила начало целой серии событий две тысячи лет назад… — Мои слова замерли, когда я нашла последний ключ к своей истории. Последнее предательство.
— Это была Дэнни, — прошептала я. — Дэнни мама Тени и богиня, рожденная Нексусом. Она пыталась спасти нас. Она съела могущественный камень из Волшебной страны, чтобы Иксана не смогла им воспользоваться, но сила испортила ее. Изменила ее. Она превратила ее в гибрид феникса и богини, одержимый поддержанием равновесия. Для нее это означало, что мне нужно вернуться к оборотням и стать альфой.
Чем больше я говорила об этом, тем отчетливее становились воспоминания. Я быстро пересказала все Сэм, чтобы она тоже понимала, что происходит.
— Богиня, — выдохнула она. — Богиня, которая все еще полна решимости сохранить это равновесие? Что мы будем делать?
Я знала, что мне нужно было сделать. Что мне было нужно — время. И моя стая. Моя настоящая стая.
Трепет в груди возобновился, но на этот раз за этим не последовало ни страха, ни замешательства. Доктор Гугл ошибался, это был не сердечный приступ. Я чувствовала свою связь с Ангел. И зуд на моей ладони, в том самом месте, где раньше у меня была багровая отметина, означал Миднайт, связанного со мной тумана. Я чувствовала свою стаю, которая пропала где-то там, в системе миров.