Чтение онлайн

— Тише, — Перчинка бросила быстрый взгляд по сторонам, — Не привлекай внимание.

— О, извини, — Светлана понизила голос до ехидного шепота, — Не хотела испортить твою великолепную конспирацию. Мы же так убедительно выглядим! Две обычные наемницы, одна из которых насильно поит другую ядом. Совершенно типичная картина!

Перчинка сжала кулаки под столом.

— Замолчи.

— Заставь меня, — Светлана улыбнулась. Улыбка была холодной и злой, — О, подожди. Ты можешь. Ты всегда можешь. Просто отдай приказ, и я замолкну. Стану твоей послушной куколкой. Буду сидеть тихо, смирно, без единого звука. Хочешь?

Перчинка молчала. Она смотрела в свой стакан. На мутные разводы в жидкости. Она не наслаждалась. Совсем. После побега из особняка ее не покидало гнетущее чувство. Она видела лицо отца. Видела боль в глазах Сахаринки.

Да, ее план в итоге сработал. Но радости не было. Только пустота.

— Что, совесть мучает? — не унималась Светлана. Ее голос был тихим, ядовитым, слышным только им двоим, — Уже придумала новую красивую ложь для Кости? Ты ведь в этом мастер.

— Я сказала: замолчи, — Перчинка не поднимала глаз.

— А если не хочу? — Светлана наклонилась ближе, — Что тогда? Прикажешь мне выпить еще этой гадости? Или, может, заставишь меня саму себя ударить? О, я уверена, тебе бы это понравилось. Ты бы сидела и смотрела, как я бью себя по лицу снова и снова. Развлечение высшего класса!

Мирмеция подняла на нее тяжелый взгляд. В ее карих (теперь карих) глазах не было ни злости, ни торжества. Только бесконечная усталость.

— Просто помолчи. Пожалуйста.

Светлана замерла. Она была удивлена тоном. Она ожидала чего угодно — приказа, угрозы, ответной колкости. Но не этой… уязвимости. Она увидела не победившего кукловода, а… измученное существо. Существо, которое загнало себя в угол собственными решениями.

Истребительница хмыкнула. Откинулась на спинку стула. Скрестила руки на груди.

— Ладно, — она вздохнула, — Твое счастье, что я сегодня не в настроении для скандалов. Но учти, как только твой контроль ослабнет…

— Знаю, — перебила Перчинка, — Ты меня убьешь. Медленно и болезненно. Возможно, с использованием тупых инструментов.

— О, это было бы слишком просто, — Светлана усмехнулась, но в усмешке не было веселья, — Я вызову тебя на дуэль. Официально. При свидетелях. По всем правилам. И тогда посмотрим, насколько ты храбра без своих грязных трюков и контроля над чужим разумом.

Она сделала паузу.

— И пусть Костя обязательно присутствует на дуэли… — ее голос стал тише, — думаю, это будет для тебя хуже любой пытки. Видеть, как он смотрит на тебя. С разочарованием. С болью. С пониманием, что ты предала все, во что он верил.

Перчинка не ответила. Что она могла сказать? Светлана была права. Полностью права.

Тишина затянулась. Вокруг них трактир продолжал жить своей жизнью. Кто-то громко смеялся. Кто-то ругался. Пара наемников в углу начала драку. Над Светой и Перчинкой в воздухе просвистело несколько тел. Барменша равнодушно наблюдала за происходящим. Истребительница и мирмеция тоже спокойно продолжали отдыхать.

Перчинка достала из потайного кармана небольшой коммуникатор. Он был похож на гладкий черный камень. Она активировала его. В воздухе перед ней возникла крошечная, мерцающая голограмма.

— Ирма, доклад, — коротко бросила она.

Светлана приподняла бровь, наблюдая с любопытством.

На голограмме появилось лицо девушки со шрамом на щеке. Ирма. Верная помощница Перчинки.

— Госпожа! — голос Ирмы дрожал от облегчения, — Слава богам, вы живы! Мы так волновались!

— Доклад, — повторила Перчинка, — Быстро.

— На базе все спокойно, госпожа, — Ирма закивала, — Все идет по плану. Никаких происшествий.

Перчинка нахмурилась. Она ожидала услышать о реакции отца и общественности. Но Ирма говорила так, словно ничего не произошло.

— Что значит «спокойно»? — уточнила она, — Что в особняке Безумовых? Что с отцом?

— С… отцом? — Ирма на мгновение замешкалась. Ее глаза дернулись в сторону, будто она на что-то смотрела за кадром, — А, вы об этом. Судя по данным наблюдающих устройств, которые вы пронесли в особняк, все улеглось. Княжич отдыхает. Все целы. Мы ждем ваших дальнейших распоряжений.

Перчинка почувствовала, как по спине пробежал холодок. Ирма говорила странно. Слишком ровно. Слишком… по-заученному. Словно читала отчет с листочка. Но Перчинка списала это на плохую связь и стресс.

— Хорошо, — медленно произнесла она, — Я скоро буду. Со мной… ценный актив. Подготовь камеру сдерживания класса «Дельта». Максимальный уровень безопасности.

— Будет исполнено, госпожа, — Ирма снова закивала, — Ждем вас.

Связь прервалась.

Перчинка убрала коммуникатор. Ее беспокойство не утихло. Что-то было не так. Но что именно, она понять не могла. Усталость и эмоциональное истощение туманили разум.

Она посмотрела на Светлану. Та наблюдала за ней с ленивым любопытством.

— Проблемы в раю, кукловод? — поинтересовалась она, — Твои верные миньоны что-то напутали в отчете?

— Все в порядке, — отрезала Перчинка. Она поднялась, — Мы уходим.

— О, как жаль, — Светлана обвела взглядом прокуренный зал, — А я только начала наслаждаться местным колоритом. Вон тот горячий красавчик с щупальцем вместо носа, кажется, пытался со мной флиртовать. Подмигивал. Было бы интересно посмотреть, чем это закончится. Думаю, я могла бы его вырубить одним ударом. Или двумя. Для надежности.

— Встать, — приказала Перчинка.

Светлана снова подчинилась. Она встала. Ее лицо снова стало маской безразличия.

Они вышли из трактира. Оставили на столе недопитые стаканы и пару монет. Барменша даже не проводила их взглядом.

Ночь опустилась на Дикие Земли. Небо было усыпано звездами. Но звезды здесь были странными. Некоторые мерцали слишком ярко. Другие — слишком тускло. А одна, странно большая, вообще медленно ползла по небу, как гигантская светящаяся улитка. Оставляя блестящий след.

Перчинка бросила последний взгляд на свою пленницу.

«Она слишком много болтает», — подумала мирмеция, — «И слишком хорошо меня чувствует. Нужно будет усилить контроль, когда доберемся до базы. Чтобы больше не было таких… разговоров. Чтобы она стала тише. Послушнее. Удобнее».

Она не знала, что этот разговор, возможно, был их последним разговором. И что база, к которой они направлялись, была уже не ее крепостью, а ловушкой.