Чтение онлайн

Он упал на колени перед сундуком, погружая руки в сияющую груду осколков.

— О да… — выдохнул он.

Тьма взревела.

Это было похоже на взрыв сверхновой, только наоборот. Свет в комнате был поглощен. Тени сгустились, окутывая фигуру Ноктуса плотным коконом. Я отступил на шаг, прикрывая глаза рукой.

Когда вихрь улегся, передо мной стоял уже не тот бог, что минуту назад жаловался на кубик Рубика.

Его дурацкий халат исчез, сменившись мантией, сотканной, казалось, из самого ночного неба — ткань была черной, но в ее глубине мерцали настоящие звезды. Его фигура стала выше, плечи расправились. Лицо разгладилось, исчезли морщины усталости и цинизма. А глаза… В его черных глазах больше не было скуки. Там кружились галактики. Холодный, спокойный, вечный свет далеких звезд.

Он медленно сжал и разжал кулак. Воздух вокруг его пальцев затрещал от статического электричества.

— Ох… — выдохнул он, и его голос теперь звучал как рокот органа в пустом соборе, глубокий и вибрирующий. — Это… бодрит. Я чувствую себя так, будто выпил эспрессо, сваренный из тысячелетней безлунной ночи.

Он посмотрел на меня.

— Я восстановился не полностью, Эстро. Но… Этого более чем достаточно, чтобы устроить кому-нибудь очень темную ночь.

— Готов к командировке? — спросил я, доставая из кармана одну из двенадцати сфер Черного Солнца. Она была уменьшена для транспортировки и помещалась в ладони.

Ноктус усмехнулся. И в этой улыбке было столько хищного предвкушения, столько древней силы, что мне на секунду стало жаль монстров в Лондоне.

— Лондон, говоришь? — он взял сферу, подбросил ее в руке, как яблоко. — Туман, мрак, безысходность и королева-монстр? Знаешь, Эстро… Я передумал.

— Передумал?

— Я думаю, мне там понравится, — его глаза хищно сверкнули. — Это же моя стихия. Я покажу этим выскочкам из Бездны, что такое настоящая Тьма. И кто в ней хозяин.

Он подошел к зеркалу, которое теперь отражало его обновленный, величественный облик, и поправил воротник мантии.

— Я установлю твою игрушку, Эстро. И буду охранять ее так, что ни одна тварь не подползет. Но у меня есть условие.

— Какое? — я напрягся.

— Когда всё закончится… у меня будет одна просьба, — он повернулся ко мне, и его лицо стало абсолютно серьезным. — Ты организуешь мне в измерение Ночи пакет с безлимитным интернетом. И подписку на Нетфликс. Я пропустил два сезона «Очень странных дел», и это, скажу я тебе, настоящая трагедия.

Я рассмеялся.

— Ты не так много потерял… Последние сезоны отстой. Но договорились. Безлимит и премиум-аккаунт.

— И еще, — он уже начал растворяться в тени, готовясь к телепортации. — Скажи Никталии… пусть готовится морально. Я вернусь с победой. И, так и быть, привезу ей магнитик с Биг-Беном. Если он там еще стоит.

— Удачи, Бог Ночи, — сказал я.

— Удача нужна слабакам, — его голос донесся уже отовсюду и ниоткуда. — А у меня есть стиль.

Тьма схлопнулась, оставив после себя лишь легкий запах озона. И странное ощущение, что в мире стало на одну огромную проблему меньше. Или больше — это как посмотреть.

Я остался в кабинете один, глядя на пустой сундук.

— Ну что ж, — пробормотал я. — Лондон под присмотром. Осталось всего ничего… Спасти весь остальной мир.

Я вышел из кабинета, оставив за спиной эхо смеха Ноктуса. В коридоре царила суета, словно в муравейнике перед грозой. Впрочем, учитывая количество моих дочерей-мирмеций, это сравнение было пугающе буквальным.

Первым делом я направился во двор, где шла погрузка. Дребезг уже был починен (Сахаринка и Медовика творили чудеса с металлом и хитином) и теперь довольно урчал, переминаясь с лапы на лапу. Рядом стояли несколько грузовых монстромобилей поменьше.

У одной из машин спорили Настя и Эмми.

— Я тебе говорю, мы не можем взять с собой фен! — Настя пыталась вырвать из рук подруги объемистую сумку. — Мы летим в Йеллоустоун! Это вулкан! Там и так жарко!

— Это для укладки, а не для тепла! — упиралась Эмми. — Если я буду спасать Америку, я хочу выглядеть как супергероиня, а не как мокрая курица после сушки в микроволновке! Ой, Костя! — заметив меня, она тут же переключила внимание. — Скажи ей, что имидж — это часть психологической войны!

Я подошел к ним, оглядывая их экипировку. Настя была в строгом тактическом костюме, усиленном рунами, Эмми же умудрилась добавить к броне какие-то огненные шарфики и стильные розовые очки. В форме сердечек.

— Эмми права, — кивнул я с серьезным видом. — Если местные медведи увидят плохую прическу, они могут умереть от смеха. А нам нужны живые свидетели нашего триумфа.

Настя закатила глаза, но сумку отпустила.

— Вы неисправимы. Оба.

Я подошел ближе и положил руки им на плечи. Улыбка сползла с моего лица.

— Слушайте внимательно. Америка сейчас чисто пороховая бочка. Йеллоустоун фонит энергией Бездны так, что у местных индейских шаманов бубны лопаются. Вы должны установить сферу, активировать защиту и не лезть на рожон. Если станет слишком горячо — и я не про лаву — отступайте. Героизм хорош в меру.

— Мы справимся, Костя, — Настя коснулась своей руки, где под рукавом скрывалась свежая Метка Бездны. — Я чувствую силу. Она… слушается.

— А я просто сожгу все, что будет мешать, — Эмми щелкнула пальцами, высекая искру. — Не переживай. Мы вернемся. Нам еще нужно обсудить, кто будет подружкой невесты на твоей свадьбе со Светой.

Я хмыкнул. Оптимизм Эмми был непробиваем, как броня танка.

— Удачи, девочки.

Дальше по курсу была Сахаринка. Она стояла перед строем из двадцати мирмеций-солдат, отдавая приказы жестикуляцией антенн. Увидев меня, она тут же перешла на человеческий.

— Отряд «Восток» готов к погрузке, папа! — отрапортовала она. — Сфера для Китая упакована в контейнеры с тройной защитой. Мы взяли с собой запас сахара, теплой одежды и разговорники.

— Разговорники? — удивился я.

— Ну да. Надо же как-то объяснить местным, что мы пришли их спасать, а не захватывать. Фраза «Мы пришли с миром, отдайте нам вашу китайскую стену на пять минут» уже выучена.

Я с гордостью посмотрел на старшую дочь. Она выросла. Из забавной муравьедевочки, которая пугалась собственной тени, она превратилась в настоящего лидера.

— Сахарок, — я понизил голос. — Азия сейчас — это мясорубка. Там очень много древних духов, которых Бездна свела с ума. Будь осторожна. Не рискуй сестрами понапрасну.

Она серьезно кивнула, и ее антенны замерли.

— Я знаю, папа. Мы не будем лезть на рожон и сделаем все чисто. И… — она замялась. — Если ты найдешь Перчинку… не будь с ней слишком суров. Пожалуйста.