Чтение онлайн

Ната высказала предположение:

— Они могли все погибнуть — во время наводнения!

— Или уйти в степи…

Я еще раз осмотрел ногу девушки. Она продолжала набухать, словно ее изнутри накачивали воздухом. Но при этом, Ната не чувствовала боли, что было само по себе поразительно. Но идти, как раньше, она уже не могла — стопа ее просто не слушалась…

— Это может перекинуться на всю ногу?

Она с тревогой ждала моего ответа. Я искал следы от укусов — те уже полностью затянулись, и ничто больше не указывало на то, что Ната подверглась нападению какого-то насекомого или, может быть, змеи…

— Я не знаю. Неужели ты ничего не чувствуешь?

— Совсем… Всей стопы…

Мы нашли подорожник — он почти не изменился, став только намного выше, чуть ли не в человеческий рост! Ната велела мне истолочь его, чтобы появился сок, и, щедро намочив им бинты, обмотала стопу и ногу до колена.

Переход от дня к ночи здесь был заметнее, чем в городе, среди руин. Небо стало темнеть очень быстро. Едва только солнце, перевалив через сразу потемневшую реку, скрылось за горизонтом — долину начало заливать мраком… И, чем темнее становилось внизу, тем загадочнее становился её вид. А когда стало так темно, что разглядеть что-либо, было уже трудно — замелькали яркие огоньки, словно стаи светлячков поднялись ввысь и принялись исполнять свой завораживающий танец.

— Что это?

— Видишь, какая закономерность?

— Нет…

— Все огоньки по парам… Это глаза, Ната. Глаза животных, ведущих ночной образ жизни!

— И мы можем их увидеть даже отсюда?

— Возможно, мутация изменила способность отражать свет… И теперь он виден очень далеко! А может быть, это просто, летающие насекомые…

До нас донёсся заунывный вой. Угар, до этого, спокойно лежавший на боку, сразу вскочил и напрягся.

— Тихо, Ната… Молчи.

Вой повторился. Угар весь подобрался. Я видел, как он набирает воздух, готовый ответить на вызов этого невидимого зверя своим рыком.

— Ррр… Гау!

Угар, весь дрожа, не отрывал взгляд от темноты наполнившей долину. Ната, неслышно ступая, встала рядом с нами.

— Кто это, Дар?

— Может, большая кошка… Может — очень большая кошка! Не знаю. Нужно дождаться рассвета. Видишь, что бы могло случиться, спустись мы туда под вечер…

Мы обнялись и молча наблюдали за ночной жизнью, раскинувшийся, поодаль, долины. Мгла, вначале заполнившая все, остановилась на каком-то пределе — и сразу, едва из-за далеких гор, вырвалась на свободу огромная серебристо-желтая, луна, рассеялась, позволив теперь видеть все при холодном отражении ночного светила. Видимость, хоть и не такая, как днем, появилась, и мы могли разглядеть многое, с вершины холма, на котором находились. Вой больше не повторялся — ответ Угара заставил замолчать хищника, и пес, понемногу успокоившись, вновь улегся на землю.

Простор и широта, открывшиеся нашим взорам, поражали… На мой, невысказанный вслух, вопрос, Ната ответила очень просто:

— Она возникла недавно, Дар. Тогда же, когда все произошло. Возможно, здесь было поднятие этой части земли — за счет той, которая опустилась в провал… И возникла долина — такая, какой мы ее видим. А внутреннее тепло не позволило зиме, все уничтожить морозами… Наверное, здесь ее и вовсе не было — зимы!

Я поежился — свежий ветер как-то не позволял убедиться в этом полностью..

Но Ната не замечала его и вдыхала воздух полной грудью:

— А запахи! Они будоражат кровь! Интересно, что сейчас чувствует Угар? С его то нюхом…

— Он чувствует, что здесь водятся существа, которые запросто могут нами поужинать. И я тоже — хоть и не имею такого влажного и черного носа, как у него.

На завтрак я согрел на угольях очередную банку — мы уже заставляли себя есть их, завидуя собаке, довольно догрызающей вчерашней обед и ужин. Но выбирать не приходилось — в отличие от Угара, мы не могли похвастаться добычей… Я с живым интересом посматривал на смутные тени бродивших неподалеку животных, часто наклонявших свои головы вниз, к молодым и сочным побегам.

— Хочешь попробовать?

— Думаю… Пока не следует. Но, потом…

Она кивнула — Ната, как и я тоже хотела отведать свежего мяса этих зверей — и так же, как и я, могла недрогнувшей рукой направить свой дротик прямо в сердце выбранной мишени! Редкая женщина могла бы похвастаться, тем же…

Утром мы снова поднялись на вершину холма. Торопиться нам было некуда. Мы не ставили перед собой цели дойти куда-либо определенно — просто выбирали направление и пока еще не решили, куда именно повернем сегодня: в низину, чтобы пройти к виднеющемуся отсюда, голубоватому пояску воды, возможно, озеру, или продолжим свой подъем на юг — против течения Синей реки. Рядом встал Угар. Он принюхивался к свежим запахам утра и водил головой по сторонам. Мы заметили, что пес взволнован…

— Он опять что-то учуял…

— Да. Не будем торопиться — пусть определится точно.

Угар весь напрягся и повёл ушами. Он повернулся к реке и стал внимательно принюхиваться. Мы нахмурились — неужели кто-то, или что-то, может угрожать нам оттуда? Пёс негромко заворчал. Я посмотрел на него.

— Что такое, приятель? Что ты нам опять приготовил?

Пёс взрыл землю лапами, выразительно показывая глазами вперёд.

— Он хочет, чтобы мы пошли туда, — Ната присела возле него и погладила его по холке. — Ведь так, Угарушка?

Пёс рыкнул и стал осторожно спускаться с вершины. Он держал направление на юг, и мы, с трудом за ним поспевая, проследовали за ним. Здесь было идти труднее — деревьев встречалось мало, а крутизна спуска порой становилась просто опасной. Но пёс рвался вперёд. Он первым достиг подножия сопки и сразу исчез в прибрежной полосе кустарника. Голые, лишённые растительности ветки, сухие и ломкие на вид, были, однако, очень упругими, и мы измучились, пока пробрались сквозь заросли к берегу. Угар ждал нас здесь, напряжённый и ощетинившийся… Он водил носом по ветру, вздыбливал шерсть, и чуть ли не скулил, упрекая нас за медлительность.

— Да что с ним? Куда ты нас тащишь?

Ветер, с порывом, дал мне ответ на мой вопрос — глухой, заунывный вой, резанул по ушам. Мы одновременно рванули с плеча оружие. Ната припала на ногу — для нее спуск был намного труднее, чем для меня. Я изготовился спустить стрелу, а Ната сжала в кулаке древко дротика. Вой повторился.

Угар ощерился, показав свои устрашающие клыки, и побежал вдоль берега, по усеивающей его гальке. Мы переглянулись — с кем на этот раз уготовлена нам встреча? После этого воя я уже не жаждал увидеть ничего хорошего… Мы выбежали на небольшое возвышение, за которым скрылась спина нашего пса, оба скатились по гальке вниз… и тут я не смог сдержать вырвавшегося изо рта крика! Тоже произошло с опоздавшей на пару шагов Натой — ниже этого подъёма, шагах в тридцати от нас, прислонившись спиной к дереву, стоял человек!

Он держал в руках короткую палку и, довольно умело, отбивался ею от двух, наседавших на него, уродливых созданий. Однако было понятно, что долго так продолжатся не может — звери были очень крупными и какая-то палка вряд ли будет способна их удержать от решительного наступления. Угар, в несколько стремительных прыжков преодолевший это расстояние, молча налетел на одного из них и своим массивным телом сбил его с ног. Я же был настолько растерян, что позабыл про все на свете — Человек! Второй хищник стремительно отпрыгнул в сторону и, угрожающе клацнув зубами, бросился к