Чтение онлайн

Экспозиция располагалась по трём этажам, в соответствии с исторической логикой: первый этаж посвящён истории, второй — сегодняшнему дню возрождённого Советского Союза, третий — планам на будущее.

Экскурсовод, Галина Семёновна, встретила юных космонавтов приветливо и повела по стандартной экскурсионной дорожке: от прошлого к будущему: Октябрьская революция, первый СССР, Реставрация капитализма, Вторая социалистическая… Начала она довольно бегло, просто обозначая основные вехи, но чем ближе подходила к современности, тем подробнее становился рассказ. И тем яснее становилось, что она не просто оттарабанивает заученный текст. Её рассказ получился удивительно связным, живым, она легко и ярко показывала логическую структуру и связь событий.

К большому облегчению Ник Никыча, Джон не вступал в идеологические споры, наоборот, слушал очень внимательно, вопросы задавал редко и только по существу. Но когда речь пошла о Второй социалистической революции и коротком периоде восстановления советской власти, не выдержал:

— У вас тут как в… обществе исторической реконструкции. Вы так специально делали?

На это Галина Семёновна только пожала плечами:

— Ко времени Второй социалистической старый СССР успел стать легендой, мечтой о справедливом обществе, образцом для подражания. Вполне естественно, что мы переняли многие его внешние атрибуты. Многое переняли и по существу, систему советов, например. Многое было исправлено просто благодаря развитию науки. Например, марксизм, получив математический аппарат квантовой социологии, стал действительно научной дисциплиной. Мы учли совершённые тогда ошибки и стараемся их не повторять. Так, у нас в экономике мощно представлен рыночный сектор…

— Рыночный сектор без частной собственности? — с изрядным скепсисом уточнил американец.

— Индивидуальная трудовая деятельность и кооперативы, трудовые и потребительские. Другое дело, что использование наёмного труда у нас запрещено, кроме как на государственных предприятиях, но это принципиальный вопрос, недопущение эксплуатации. Деятельность кооперативов только на четверть регулируется Госпланом, индивидуалы практически не участвуют в плановом производстве.

— И как… кооперативы относятся к навязанным государственным планам?

— Колхозы, так, чуть не дерутся за госзаказы, — влезла Света.

— Но там же цены ниже рыночных, почему? — удивился Джон.

— Так ведь госзакупка, она гарантированная! — пояснила Света. — У нас в прошлом году председатель выцапал госзаказ на 70 % нашего молока, так его чуть не на руках носили.

— А остальное? — уточнил Джон.

— Тоже расходится, но это надо везти на рынок в город, или договариваться с молокозаводами. Сыроварню свою сделали, при ней пекарню, тоже хорошо. Но сыры мы тоже на госзакупки сдаём.

Ещё несколько вопросов возникли по поводу марксизма вообще и мировой революции в частности. По этому поводу Галина Семёновна пояснила:

— Мы хорошо изучили ошибки прошлого. Мы больше не тянем никого за собой в социализм, народы Земли должны сами сделать выбор. А союзники, которые остаются с нами только потому, что мы их кормим, тоже слишком дорогое удовольствие. Мы споткнулись об это в конце XX века, США в первой четверти XXI. Не так ли?

Джон на это скривился, а Галина Семёновна закончила свою мысль:

— Главное, чтобы все придерживались принципа мирного сосуществования, особенно сейчас, в условиях нарастающего ресурсного голода.

— И коммунизм вы, значит, тоже больше не строите?

— Построй то, не знаю что… — вздохнула экскурсовод. — К сожалению, классики марксизма оставили нам идею, мечту, но не модель. Так что сейчас мы занимаемся совершенствованием того, что имеем, социалистического общества. Но при этом у нас уже много того, что мы называем элементами коммунизма. У нас бесплатное образование, медицина, общественный транспорт, бесплатное жильё, электричество, вода, связь, правда, кое-что из этого, только в рамках определённых норм, свыше которых плата за ресурсы взимается.

— Но только для своих и полно всяких ограничений, — уточнил Джон.

— Корпорация СССР, помнишь? — неожиданно встрял Аскар.

Джон какое-то время стоял прищурившись, словно что-то прикидывая в уме, и кивнул. Такой подход был ему понятен. А Галина Семёновна подвела итог:

— Между прочим, хорошая аналогия. Многие корпорации в США также поддерживают своих сотрудников. Похоже, мы движемся к одному и тому же результату, только разными путями.

– --------

[1] регенератор кислорода — прибор, в котором воздух прогоняется через слой вещества, поглощающего углекислый газ и выделяющего взамен него кислород. В самых примитивных (типа изолирующего противогаза) просто прогоняет воздух через слой этого вещества, приборы более совершенные делают то же самое, но по умному, с компьютерным контролем, индикацией количества оставшегося кислорода и прочими сервисными функциями.

[2] рекомпрессия — в данном случае, заполнение вакуумной камеры воздухом. Если делать это слишком быстро, то внутри образуются ударные волны, вполне способные убить человека в скафандре (а то и разорвать саму ёмкость)

[3] …ударили струи упругого тумана… — попадая в вакуум, воздух стремительно расширяется и находящаяся в нём вода конденсируется.

[4] относительный климатический оптимум XX–XXI веков — сейчас его называют глобальным потеплением.

Московский дом пионеров, комната собраний экипажа 28 лунной экспедиции, на следующий день

— У нас два вопроса, — начал собрание капитан. — Вчера руководитель экспедиции, Николай Николаевич поставил вопрос о доверии к себе. Причина: провокация, которую он нам устроил на аттракционе. Второй вопрос ставлю я: Провокация удалась из-за моей ошибки. Как командир, я должен был проверить готовность всех членов экипажа. Поэтому я ставлю вопрос: может ли экипаж доверять командиру, допускающему такие ошибки?

— Тогда ещё вопрос, — Лена подняла глаза от парты, за которой сидела. — Может ли экипаж доверять мне? После того разгильдяйства, которое я проявила.

Влад вздохнул, но вынужден был согласиться:

— Хорошо, третий вопрос поставила Лена. Можем ли мы ей доверять после её ошибки и легкомыслия? По традиции высказываемся в порядке старшинства с младших членов экипажа: сначала рядовые члены исследовательских групп, потом руководители направлений, потом мы с Аскаром. Но сегодня у нас ситуация необычная, Джон у нас совсем новенький, поэтому давай ты сначала.

— I? Why? Извините, я…

— Ты член экипажа и участвуешь в Совете наравне со всеми, — спокойно объяснил Влад.

Джон вздохнул и, словно решившись прыгнуть в воду начал рассуждать:

— Николай Николаевич поступил очень… жёстко. У нас считается, что так нельзя. У нас бы его уже отправили в суд. И уволили. Но у вас… Я не знаю как принято. Не могу сказать. Ты, Влад, ошибся, но никто не мог ожидать, что такое вообще возможно. На массовом аттракционе. Думаю, ты в этом не виноват. А там, внутри, это ты спас Лену. Ты хороший командир. В России иногда говорят: "От Бога". Ты командир от Бога. Я готов лететь с тобой. Лена тоже ошиблась потому, что того, что случилось не должно случаться и все это знают. Но когда произошло… Произошла нештатная ситуация, она вела себя хорошо. Без паники, всё делала правильно. Лена надёжный человек!